- Город

Главная страница ВМ

«Человек, чье имя стало символом эпохи»: Москва простилась с Лужковым

Песков объяснил высылку немецких дипломатов на фоне убийства в Берлине

Госдума разрешила вернуть «курилки» в аэропорты

Дедушка убитой студентки РУДН раскрыл подробности трагедии

Москвичи собрали 43 тонны продуктов для пенсионеров

Роспотребнадзор объяснил, как правильно «выбрать» Деда Мороза

Спасти еду, чтобы спасти людей

Топ-5 грехов новой Мосгордумы

Каких специалистов ценят в столице больше всего

Как распознать редкие и дорогие монеты в своем кошельке

«Я очень по вам скучала»: София Ротару выступила в Москве

Назван главный цвет 2020 года

Еще одна площадка фестиваля «Путешествие в Рождество» появится в Зеленограде

Личные вещи Людмилы Зыкиной продадут на аукционе в Москве

Алексей Зернаков - зайка

Игорь Ивандиков, «Вечерняя Москва»

Прощай, человек войны

Кладбище небольшого городка неподалеку от Москвы— место спокойное и уединенное. Тихо шумят сосны на ветру, а между деревьями высятся памятники. На одном из них — скромном деревянном кресте — табличка: Александр Н., 25.08.1985 — 17.10.2017. А еще целая гора венков и цветов — от родных, друзей, Союза добровольцев Донбасса… Не так уж и много оставил он по эту сторону: несколько наград, личных вещей, много фото, пару интервью. И множество самых разных друзей. Да страничку в соцсети, на которой последнее сообщение гласит: «Чао, бура- тины».

Вряд ли про жизнь Сани (позывной «Ливонец») снимут фильм или напишут книгу, хотя, наверное, стоило бы. Несколько лет назад, как и сотни других ребят по всей стране, он, бросив работу в офисе, отправился по зову сердца и долга под Луганск. Потом небольшой перерыв — и по- ездка на истекающий кровью Донбасс. А дальше, как водится, маховик войны закрутился и затянул его.

Он не любил громких слов и пафосных речей, а о своих поездках в теплую далекую страну, российский фронт борьбы с мировым терроризмом, он предпочитал рассказывать веселые истории: о ящерице Кеше, раз за разом возвращавшейся на их позиции в поисках еды, приручен- ной белке, окопном лакомстве — толченом печенье со сгущенкой, да нелепых союзниках-«садыках».

Про пули снайперов, рвущиеся под колесами фугасы и ночные выходы он молчал. Только иногда в его рассказах проскальзывали странные нотки — когда он говорил о товарищах, которые не вернулись из очередной поездки. И самое главное— что он верил в то, что делал. Сначала под Луганском, в батальоне «Призрак» покойного Алексея Мозгового. Потом — под Донецком в батальоне «Русич». И далее — в одной далекой стране, чье название не сходит с первых полос мировых СМИ. Он был патриотом, хотя и старался не упоминать этого слова.

Его жизнь оборвалась внезапно— как это обычно бывает на войне. А дальше запаянный цинковый гроб и заплаканные оцепеневшие родственники, до сих пор не верящие в случившееся. И тихое подмосковное кладбище. Да молодые парни с суровыми обветренными лицами, собравшиеся вместе с родственниками вокруг свежей могилы. И ветер, тихонько всхлипывающий в вечнозеленых кронах.

Саня честно признавался, что уже не видит себя в мирной жизни, что ему здесь нестерпимо скучно и нечего делать. Он стал Homo militaris — человеком войны. А на все уговоры бросить свой «опасный бизнес» только улыбался и всякий раз говорил — это крайняя поездка. А потом война снова звала его. Он был солдатом и погиб как солдат— защищая мирных людей.

Недавно исполнилось сорок дней, как тебя нет с нами. Вечная память тебе, друг. Мы обязательно встретимся с тобой когда-нибудь.

Новости СМИ2

Антон Крылов

Во всем виноват Сталин

Алиса Янина

Новогодние подарки — дорого и глупо

Ольга Маховская, психолог

Как справиться со страхом экокатастроф

Георгий Бовт

Закон не правят на коленке

Виктория Федотова

Когда «хорошая девочка» — смертельный приговор

Игорь Воеводин

Это вам не «Мисс Вселенная»

Олег Капранов

Смартфон у ребенка отбирать нельзя. Тем более в школе

Генерал Мороз был предателем. Правда и мифы о Битве за Москву

Построили стену из кирпичей собственного производства

Правильно распределяйте свое время на экзамене

Чтобы попасть в мишень нужны не глаза, а чувства