Ложный герой

В поезде, который, грохоча колесами, стремительно несся по Калужско-Рижской линии в сторону центра. Сидит себе, по сторонам озирается, соседей изучает, да на дам заглядывает. Сияет весь. Каким-то далеким для меня и уже полузабытым внутренним солнечным светом. Как будто на свидание к возлюбленной спешит.

Одет с иголочки. Черный костюм. Белоснежная рубашка. Галстук темно-синий. Черные, начищенные до блеска, туфли. На коленях бережно держит черный-пречерный портфель, набитый так туго, что по его бокам заметны какие-то округлые выпуклости, больше напоминающие боксерские перчатки. Пальцы крупных жилистых рук поглаживают его. Как бицепсы играют мозоли на них.

Только мозоли эти не на ладонях изнутри, как у обычных людей, а снаружи, как у знаменитых боксеров. На пястно-фаланговых суставах. Такие вырастают в ходе долгих изнурительных тренировок, когда человек, не щадя себя, усиленно боксирует. Изо дня в день. Бьет кулаками по кирпичной стене, отрабатывая каждый удар. Этих мозолей от мягкой боксерской груши не нарастить.

Сам весь из себя такой спортивный. Накаченный. Живой Сильвестр Сталлоне, одним словом. Ни с кем его не спутаешь. Даже при большом желании. Потому что черты лица — нос, губы, подбородок, щеки, глаза, брови, ресницы и даже рисунок складок на лбу — точно такие, как в фильме «Рокки». Один в один. Чуть перекошенная харизматичная улыбка — та же что в картине. Ни больше, ни меньше — голливудская звезда. В Москве. В метро. Собственной персоной. Без охраны.

Без толпы обезумевших от счастья поклонников, с истошными криками рвущихся к своему кумиру за вожделенным автографом, локтями расталкивая друг друга.

Стоп! А где они, эти поклонники? Их нет.

Отсутствие поклонников меня отрезвило. Смутило. Заставило усомниться в подлинности Сильвестра Сталлоне. А когда зазвонил телефон, и Сильвестр без малейшего голливудского акцента ответил своему невидимому собеседнику на чистом русском языке, мои сомнения еще больше укрепились. Предательски зашевелились.

Папарацци поймали Сталлоне на выходе из кафе в Беверли Хиллз и расспросили о самочувствии железного Арни / Фото: скриншот с видео TMZ

То, что он вовсе не настоящий, а ложный герой, стало понятно уже через минуту. На станции «Академическая». Когда в вагон вошел пожилой человек. Старый-престарый. С тросточкой. Осторожно шаркая ногами по полу, он дошел до середины и остановился, растерянно оглядывая вагон в поисках свободного места. А его не оказалось. Все места были заняты.

Роботизированная современными технологиями молодежь сидела, уткнувшись в смартфоны, никого не видя и не слыша. Пассажиры постарше закрыли глаза, сделав вид, что еще не проснулись, не избавились от утреннего сладкого сна.

Только Сильвестр Сталлоне наш сидел не мигая, выпрямив спину, словно медитирующий старец. Не встал. Не уступил место старшему. Обрушил, подкосил, подорвал мою веру в героя. Зараженный всеобщим вирусом бессердечия вслед за остальными пассажирами тоже впал в спячку. Отключился. Опустив веки на глаза, уронив голову на грудь.

А ведь мог легко подтвердить свою репутацию, стать настоящим героем в минуту, когда вымерли вокруг все остальные рыцари. Не стал. Пропустил свой шанс. Остался обычным черствым эгоистичным столичным пассажиром. Очень жаль.

А старик скоро вышел из вагона. На следующей же станции. И, стуча тростью по полу, медленно направился к выходу на улицу Шаболовская.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции