Борис Березовский: Человек без некролога

Блестящий авантюрист, человек редкостного обаяния, под которое попала семья главы государства, гениальный делец и жулик. Заказчик, как говорят, самых громких преступлений – и сам жертва, взорванная в собственном автомобиле в центре Москвы. Муж трех жен и отец шестерых детей. Полуинвалид, страдавший тяжелой формой гепатита, потихоньку переходившей в цирроз. Человек, без которого не обходились ни некоторые ключевые решения Кремля девяностых годов, ни более поздние попытки оранжевых революций в сопредельных странах.

Березовский создал науку конвертации близости к власти в звонкую монету. В девяностых схема работала безотказно, в нулевых – засбоила, а потом и вовсе обратилась против своего создателя. Власть освободилась от дурмана, финансы тут же запели романсы, газеты и телеканалы ушли к другим, а самого Бориса Абрамовича мутная, как вся его жизнь, волна выбросила на английский берег.

Березовский не изменил себе. Пытался продолжать раскручивать политических марионеток, надеясь в будущем выжать из них все соки и деньги. Потеряв чувство меры, даже задумал въехать на кривой козе во французский и американский истеблишмент. Эти сумасбродные мечты так и остались мечтами. Россия ушла вперед, а Березовский не смог вырваться из своих золотых и преступных девяностых. Таял авторитет, незаметно росли долги, олигарх погряз в судебных тяжбах. На горизонте замаячил призрак разорения, рассказывают даже, что ему, чье состояние «Форбс» оценивал в миллиард с лишним долларов, пришлось занимать деньги на авиабилет… Можно только догадываться, под каким тяжким прессом жил Березовский. Человек, переживший свое время.

И вот он умер. Как говорится, умер в новостях: его уход обсуждает весь мир. Спецвыпуски, криминальные версии, политические итоги, дележ наследства. Только никто, кажется, не удосужился написать некролог. Потому что все знали: у Бориса Абрамовича нет друзей – есть только интересы. Еще вчера великая богатая страна лежала у его ног, и завистники спрашивали, зачем ему столько денег, солить, что ли? В могилу ведь не унесешь. А когда жизнь и вправду кончилась, оказалось, что нести особенно нечего. Чужая земля, ванная, бренное тело на полу… И рядом какой-то жалкий шарфик.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции