Главное
Карта событий
Смотреть карту

Свобода молчания

Сюжет: 

Разговор начистоту
Общество
Свобода молчания
Алексей Зернаков / Фото: Вечерняя Москва
В связи с трагическими парижскими событиями общество снова задалось вопросом: что же такое на самом деле свобода слова? И где лежит тонкая грань между пусть черным, но все-таки юмором и прямым оскорблением.

Понятно, что в первую очередь это внутренний – нравственный вопрос. Журналистский материал, как говорится, не красная девица и не должен нравиться всем. Мало того, многие считают – и такое мнение вполне имеет право на жизнь – что если работа журналиста не вызывает критики – это плохая работа. Но каждый труженик пера сам проводит ту черту, за которую никогда не зайдет в своих публикациях. Устанавливает своего рода внутренние табу.

Но есть вещи, которые делать нельзя. И точка. Нельзя ругаться матом в церкви или мечети. И глупо даже спрашивать: Почему? Нельзя поднимать руку на женщину – иначе мужчина, по моему глубокому убеждению, просто перестает иметь право называться таковым. Нельзя осквернять могилы и памятники – даже если последние по каким-то причинам противоречат твоим убеждениям. И если человек позволяет себе подобное – он просто животное.

Есть и другие нормы, продиктованные самым обыкновенным здравым смыслом. Понятно, не стоит приходить на официальное мероприятие в пижаме. В лучше случае просто примут за дурачка. Или обращаться к незнакомому человеку, даже если он тебе чем-то не нравится: «эй ты, придурок». Можно, попросту говоря, получить в морду. Или, пригласив девушку на свидание в ресторан, предложить ей вместо бокала брюта стакан водки. Не исключено, что эффект будет точно такой же, как в предыдущем случае…

Нет, я ни в коей мере не оправдываю убийц журналистов «Шарли Эбдо». По моему глубокому убеждению, хороший террорист – это мертвый террорист. И точка. Не важно, какими красивыми лозунгами он прикрывается. В какие одежды рядится. Какой веры придерживается. Понятно, что если бы не было карикатур на пророка Мухаммеда, убийцы бы нашли или придумали другой повод.

Но нужно ли мешать кислое с пресным? Да, я не одобряю бесстыжих девок, плясавших в храме, – поскольку это оскорбляет меня как православного христианина. В той же мере, я с оторопью смотрю на фанатичных христиан-хоругвеносцев, часто доходящих до абсурда в своей «защите духовности». Во всем нужно знать меру.

Именно поэтому я, хоть и скорблю по погибшим – как по жертвам всех терактов, не важно где они произошли – в Москве, Волгограде, Нью-Йорке, Бостоне, Париже или Пешаваре – тем не менее не могу поддержать самих карикатуристов, делавших рейтинги на вещах откровенно оскорбительных. Кстати – не только для мусульман, но и для христиан – рисунки художников часто носили откровенно актиклерикальный характер.

«Сражаясь за свободу, мы должны быть осмотрительными и не нарушать свободу совести других, всегда памятуя, что Бог - судья над сердцами людей», - сказал когда-то один из отцов американской демократии и первый президент США Джордж Вашингтон.

Поэтому, думаю, иногда вместо свободы слова нужно выбирать свободу молчания.

Так будет мудрее.

Мнение автора колонки может не совпадать с мнением редакции.

КСТАТИ

Принц Карл-Филипп Орлеанский: «Я пойду против эмоционального течения и отделю себя от движения «Я – Шарли»

Когда джихадисты расстреляли сотрудников французского сатирического журнала «Шарли Эбдо», Принц Карл-Филипп Орлеанский, Герцог Анжуйский одним из первых выразил соболезнование родным и близким погибших. Однако после того, как Францию накрыла волна маршей под лозунгами «Шарли Эбдо – это я», Герцог на своей странице в «Фейсбуке» выступил против начавшейся акции.
- Я пойду против эмоционального течения и отделю себя от движения «Я – Шарли», - пишет его Королевское Высочество. – Нет, я не Шарли, потому что я никогда не любил этот манихейский журнал. «Шарли Эбдо» – обычная бумажка, презирающая любое мнение, кроме своего собственного, которая под прикрытием свободы слова и выражения мнений позволяет себе провокационное действие (далее...).

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Директор Совета евреев Франции Робер Эжнес: «Три террориста убили 17 человек. А что может сделать тысяча джихадистов, вернувшихся из Сирии?!»

ЭКСКЛЮЗИВ «ВМ». Трагедия во Франции не оставила равнодушным никого. Террористы не только убили 17 человек, «они ранили миллионы европейцев». Под угрозой оказалась вся система европейских ценностей. Следующей жертвой после редакции "Шарли Эбдо" негодяи избрали кошерный супермаркет, где были убиты четверо евреев.

Специальный корреспондент газеты «Вечерняя Москва» дозвонился до исполнительного директора Совета избранных представителей евреев Франции (CRIF) Робера Эжнеса, который в эксклюзивном интервью рассказал, как противостоять угрозе и пообещал наградить мусульманина Лассану Батильи, спасшего жизни заложникам еврейского супермаркета.

- Какова сейчас ситуация с антисемитизмом во Франции?

- Антисемитизм во Франции развивается с 2000 года. И каждый раз как на Ближнем Востоке происходит война, растет и антисемитизм во Франции. Сегодня мы находимся в очень сложной ситуации. В 2006 году молодой человек по имени Илан Алеми был похищен и убит. Из-за того, что он еврей. В 2012 году Мохаммед Мера убил четверых евреев прямо у дверей еврейской школы. Только за то, что они – евреи. После того, как он убил троих французских военных. И на прошлой неделе во время террористической атаки в Париже, четыре человека были убиты только за то, что они евреи. Добавлю к вышесказанному еще факты – было множество антисемитских актов во Франции, включая недавнюю террористическую атаку дома молодой семейной пары, когда еврейская девушка была изнасилована. Нападавшие выбрали жертвами их исключительно потому, что они – евреи (далее...).

Сергей Лавров: Братья Куаши осваивали "искусство террора" в Сирии

Российский министр иностранных дел считает, что среди западных коллег есть понимание того, что террористические угрозы растут.

По словам Лаврова, это ощущение возникло в ходе участия в мероприятиях Марша мира в Париже.

- Понимание того, что нужно не допустить того, чтобы эта общая угроза (терроризм) расширялась и углублялась, это понимание растет. Я это почувствовал вчера в своих многочисленных беседах в ходе участия в мероприятиях так называемого Республиканского марша в Париже, — сказал глава внешнеполитического ведомства России. - Взаимодействие (с Западом по антитеррору) сейчас прервано. Между тем, террористы взаимодействия между собой не прерывают, и террористическая активность границ не признает и не знает. Те два брата, совершившие нападение на редакцию журнала в Париже, осваивали "искусство террора" в Сирии, воюя, кстати, на стороне тех, кто решал задачу, поддерживаемую нашими западными коллегами, по свержению Башара Асада.

Сергей Лавров подчеркнул, что борьба с терроризмом не возможна при состоянии, когда «механизмы антитеррористического взаимодействия по линии России-ЕС, по линии Совета Россия-НАТО оказались замороженными по инициативе наших западных партнеров» (далее...). 

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции

Подкасты