Французское варьете по-русски

Если спросить, чем оперетта отличается от мюзикла, то ответит даже не всякий заядлый театрал, а маститые театроведы наверняка разойдутся в оценках и определениях. Особенно теперь, когда тот же театр, напомним, оперетты, ставит у себя на сцене мюзиклы. Ну да, конечно, мюзикл возник в Америке и пошел по миру оттуда. Но еще раньше возникла оперетта – во Франции (ясное дело, вышла она из легкомысленных кабаре и варьете), прославившаяся в основном благодаря композиторам Австро-Венгерской империи Штраусу, Кальману, Легару, ну и, конечно же, еврею французского происхождения Жаку Оффенбаху. Считается, что оперетта – жанр преимущественно комического содержания, где музыкальные и танцевальные номера перемежаются с диалогами. А в мюзикле больше упор на хореографию и постановочные эффекты. Но почему-то все равно не хочется называть фильмы «Волга, Волга» или «Веселые ребята» экранизацией ни мюзикла, ни оперетты, хотя Дунаевский для означенного театра произведения таки писал. Как, впрочем, и другие маститые советские композиторы, включая «серьезного» Шостаковича.

Впрочем, оставим театроведам театроведческое. Показательно другое: что столь легкомысленный, в сущности, «буржуазный жанр» смог не только выжить в ранее советское время (позже, надо полагать, было уже легче), но и вполне себе процветать. Собственно, театр оперетты советской эпохи родился еще в 1922 году, но как частный. Тогда как до революции в Москве было аж два таких театра: театр Зона и Никитский театр (он же - Оперетта Евгении Потопчиной). Этот частный театр оперетты был весьма характерным порождением Новой Экономической Политики и с ее атмосферой легкого и изначально временного (временщического даже) «буржуазного угара» на фоне большевистской диктатуры. В такую атмосферу «авантюрный» по-своему жанр вполне и вписывался. Располагался тогда частный театр близко к нынешнему месту расположения государственного, – там позже построят Музыкальный театр им. Станиславского и Немировича-Данченко, на Большой Дмитровке. Но играли там оперетту только зимой, а летом перекочевывали в Зеркальный театр «Эрмитаж» на Каретном ряду.

Когда Советская власть решила, что НЭП пора бы уже сворачивать, а шутить лучше не частным образом, а государственным, гостеатр оперетты, первым руководителем которого стал Григорий Ярон (а первым поставленным спектаклем был весьма «безыдейный» «Бал в «Савое») уже выступал в здании зимнего театра «Аквариум», где позже построили театра им. Моссовета. Постановлением Московского Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов о создании государственного театра вынесено было тогда безапелляционное суждение: «Оперетту сохранить. Репертуар оздоровить, приблизив его к задачам современности».

В нынешнем помещении театр – с 1961 года. Что примечательно, несмотря на соседство с Большим и высокую популярность у зрителей, звание «Академический» театру оперетты было присвоено уже в годы перестройки, а до той поры, видимо, считалось, что все эти «летучие мыши», «фиалки Монмартра», «веселые вдовы» и «графы Люксембурги» в советский пролетарский контекст не очень вписываются. Как, впрочем, и столь легкомысленная трактовка гражданской войны, как «Свадьба в Малиновке» (в постановке прославленного Бориса Александрова, между прочим). Тем не менее, сцены из оперетт были непременным номером важных партийно-правительственных концертов и «гала-шоу по-светски» на День Милиции. Не все время же, на самом деле, петь советским людям «Интернационал». Артисты оперетты Татьяна Шмыга, Татьяна Санина, Лилия Амарфий, Владимир Канделаки (он был женат на Татьяне Шмыге и приходится дядей телеведущей Тине Канделаки), Владимир Шишкин и Владимир Володин были, бесспорно, звездами первой величины на советском артистическом небосклоне.

Традицию перемежать суровые трудовые будни «минутами смеха» была заложена Сталиным, главным художественным и кино-критиком своей эпохи. Он по-своему любил шутить, в этом смысле уровень оперетты ему был ближе, нежели тонкой английской комедии. Да и артистов-комиков он, кажется, репрессировал меньше, нежели других. Например тому же Григорию Ярону удалось избежать лагерей и расстрела, а в непростом 1940 году получить звание «Народного артиста РСФСР». В сущности, благодаря этому «сталинскому чувству юмора» появились такие фильмы, которые сегодня вполне могли бы быть поставлены полностью в жанре мюзикла. Что «Веселые ребята», что «Цирк», что даже «Кубанские казаки». А вот тех, кто задумал бы поставить на сцене Театра оперетты спектакль (сейчас он называется модным словом «мюзикл») «Граф Орлов», товарищ Сталин вряд ли бы пожаловал. В его времена было заведено, что если уж на сцене граф, то Монте-Кристо или Люксембург, но никак не из тех, «бывших», кого свергли большевики. Но, как известно, это только актеры жизни меняются, переходя в разряд «бывших», а сам театр остается.

Мнение автора колонки может не совпадать с мнением редакции «Вечерней Москвы».

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции