Шальная торговля, создавшая новый мир

Общество

Новая эпоха в жизни каждого россиянина началась 29 января 1992 года, когда президент Ельцин подписал указ «О свободе торговли». До этого торговать имело право лишь государство. Этот важнейший документ приняли во многом вынужденно: после либерализации цен магазины опустели, а неповоротливая государственная торговля, почти семьдесят лет не думавшая о покупателе, оказалась неспособна найти товар. Где-то в перспективе замаячил призрак голода. И после некоторых колебаний власти решили сделать ставку на частную инициативу.

Ставка оказалась безошибочной. Москва вмиг наполнилась лоточниками, обросла ларьками и превратилась в большой базар. Ведь по новому указу торговать мог кто угодно, где угодно и чем угодно. С веселым ужасом рассматриваешь фотографии из далекого уже 1992-го. Даже по центральным улицам трудно пройти, Лубянская площадь сжата в торговом кольце. На тротуаре — духи и творог, иконы и радиодетали, игрушки и книги, помидоры со своей дачи и барахло, привезенное челноками из Польши и Турции. Не сходя с места, можно было одеться, наесться и напиться. Можно было, впрочем, и отравиться, и просто выкинуть деньги на ветер, потому что за качеством товара никто не следил.

Шальная торговля, создавшая новый мирВоскресенье 13.20 Один из многочисленных киосков в подземном переходе под площадью Савеловского вокзала предлагает пешеходам товары народного потребления. / Фото: Игорь Ивандиков, «Вечерняя Москва»

Принято считать, что постсоветский мир начался со встречи трех самолюбивых мужчин в Беловежской пуще. Нет, они лишь поделили руины. А новый мир на развалинах империи создала шальная, ни СЭС, ни совестью не ограниченная торговля. Постепенно, шаг за шагом, она организовывалась, отступала с улиц на рынки, забиралась под крышу, одновременно благоустраивая, а потом и преображая окружающее пространство. А еще «по указу» родился целый новый класс — предпринимателей, людей не всегда кристально честных, но инициативных, которые, преследуя собственную выгоду, создавали рабочие места и новую экономику. Потому и переворот 1993 года не удался: многим уже было что терять.

Конечно, хватало и тех, кто все лучшее оставил в советском прошлом. Там, где имелись работа с девяти до шести и пенсия, на которую можно жить, где боялись не инфляции и безработицы, а только лишь проклятых зарубежных капиталистов. Но постепенно народ адаптировался. В «жирные нулевые», когда подталкиваемая свободной торговлей экономика обеспечивала безбедную жизнь всем слоям общества, казалось, что об СССР грустят только бабушки, неспособные расстаться с вдолбленными в подкорку коммунистическими идеями. Их дети, мол, оценят все преимущества свободного общества, а внуки и вовсе забудут о социализме. Но сегодня мы видим, что эти грустящие бабушки оказались бессмертными. Более того, на Новый год социологи удивили цифрой: 66 процентов россиян сожалеют о распаде Союза. «Родом из СССР», «сделано в СССР» — для большинства это словно знак качества.

Снижение доходов и повышение пенсионного возраста вернули к жизни ностальгию об эпохе стабильности. А очереди за колбасой и прочие прелести регулируемой государством экономики, как все плохое, уже стерлись из памяти. Но так ли уж нынешняя организация торговли, по крайней мере внешне, отличается от торговли в СССР? Крупные сети пришли на место тысяч ларьков. Число частных торговцев, расплодившихся благодаря ельцинскому указу, резко сократилось, большинство работает по найму. И Москва избавилась от стеснявших ее бесчисленных времянок и капитального самостроя, где бушевала когда-то свободная торговля. Теперь все подчинено жесткому регламентированию, которое гарантирует качество товара и стандарты обслуживания. Отступление от принципов ельцинского указа? Нет, просто стало очевидно, что торговля, конечно, должна быть свободной, но свобода эта не должна ущемлять права потребителя.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции

Google newsGoogle newsGoogle news