Трудно представить, что чувствовали создатели канала Москва-Волга, когда им сообщили, что он «принят и одобрен». 15 июля 1937 года по новой водной артерии началось пассажирское и грузовое движение. Это означало, что Москва превращается в серьезный порт, а строительство одного из самых масштабных проектов XX века становится вехой истории.

«Водный мост», который мы называем каналом имени Москвы, строили 4 года и 8 месяцев. Сегодня мы воспринимаем это чудо как нечто обыденное: этим «привычным» восприятием мы отчасти защищаем себя от необходимости осознавать, как и какой ценой этот проект был осуществлен.

Верили ли суперпрофессионалы «Москаналстроя», разрабатывая проект, в успех? Думаю, это единственное, что им оставалось. Ведь воплотить в жизнь безумную идею можно только поверив в нее. Или — когда нет вариантов. У проектировщиков и строителей их не было.

Кстати, идеей «захвата» Волги Москвой «болел» еще Петр I, не знавший, как известно, слова «невозможно». Но царь от этой мысли отказался, решив, что сделать подобное человек не в состоянии. Спустя два века было доказано обратное. И вовсе не потому, что стала иной техника: канал Москва-Волга строился все теми же кирками, лопатами, граблями и ломами. А самым «продвинутым» средством механизации была тачка-грабарка: грузи да вези.

…От старинного села Тушина до устья Дубны, впадающей в Волгу, сейчас можно было бы доехать за полтора-два часа, речь-то всего о 130 километрах. А когда-то это расстояние казалось (да и было!) огромным. Но реку нужно было провести именно сюда — на плюшевый гребень холмов, на которых ныне и лежит невероятный водный мост. Чтобы сделать его, в короткие сроки обучили 43 специальностям 287168 человек, вынули 200 миллионов кубов земли, залили 7 миллионов тонн бетона. Это была ударная стройка социализма, творившая чудеса, включая беспрецедентную остановку течения Волги на три минуты. Это — с одной стороны.

С другой…

А с другой это было безжалостное, ненасытное чудовище, поглотившее бессчетное количество обреченной на заклание, обезличенной рабсилы, в том числе «зэковской». Неподалеку от Строгинской поймы фактически разбили «зону». По окончании стройки 55 тысяч осужденных по «бытовухе» освободят за ударную работу досрочно. «Политических» лишат заработанных на стройке льгот и сошлют в лагеря. И все, конец истории.

... Мой двоюродный дед, инженер-мостостроитель, когда-то объяснил мне, что такое в его профессии «коэффициент смелости». Грубо говоря, этой величиной определяют надежность моста. Если этот коэффициент применить в случае со строительством канала, взяв соотношение дерзости замысла и мощи его воплощения, получился бы высший балл… Ведь канал – уникальный по смелости замысла - по праву стал жемчужиной города. Сделал Москву портом. Напоил город водой. Решил массу проблем.

Но - потребовал при этом с народа невероятной тяжести жертву.

И теперь нам есть, чем гордиться.

И есть то, что нельзя забывать...

Мнение автора может не совпадать с точкой зрения редакции «Вечерней Москвы».

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции

Строительство