Карта городских событий
Смотреть карту
Сторис
Незваные гости в туалете

Незваные гости в туалете

Извержение вулкана в Испании

Извержение вулкана в Испании

Бодипозитив в СССР

Бодипозитив в СССР

Смертельная еда

Смертельная еда

Волшебные места Москвы

Волшебные места Москвы

Советское детство: игры во дворе

Советское детство: игры во дворе

Опасные маршруты

Опасные маршруты

Маньяки СССР

Маньяки СССР

Русская муза Сальвадора Дали

Русская муза Сальвадора Дали

Эхо выстрела на Черной речке

Общество
Эхо выстрела на Черной речке
Ольга Кузьмина / Фото: IVANDIKOV IGOR
Нет счета выстрелам, что прозвучали по глупости и недоразумению. Но отголоски одного из них длятся два века — того, что 8 февраля 1837 года спугнул на Черной речке зло каркающих ворон, унося жизнь Пушкина и обрекая род кавалергарда Жоржа Шарля Дантеса-Геккерна на бесконечные попытки оправдаться перед теми, кто не мог перенести смерть солнца русской поэзии. Итог? Потеря гения, бесспорно. Тавро убийцы — на том, кого оправдал суд офицерской чести.

Шлейф порицаний — на той, что, похоже, любила мужа, Сашу Пушкина, без меры, но была заложницей своей красоты. И два столетия споров — виноват ли, и если да, то насколько, сам Александр Сергеевич в случившемся — остер он бывал на язык...

Сколько уже написано по этому поводу, сколько спорено и переспорено, а мнится разное. По мне, так тут не обошлось без женщины, но без другой. Как-то сходится все к полузагадочной фигуре Идалии Полетики, красотки из высшего света, которая после некоего диалога с Пушкиным ни имени его не хотела слышать, ни стихов читать, а на памятник обещала плюнуть. Что мог сказать поэт этой «бывалой» дамочке, что она выдала такую реакцию и унесла эту оскорбительную для себя тайну на тот свет? Кто знает. Но, видно, съязвил Пушкин от души... И в ернической вязи знаменитого «Патента на звание рогоносца» видится мне не дантесо-геккернская, а женская рука. Тем более, говорят, у Полетики с Дантесом был роман. Так не ее ли дьявольский ум разыграл эту пьесу без названия, убившую в результате того, кому Идалии хотелось отомстить, другого, бросившего ее, сделав врагом целой страны, а к образу третьей навсегда добавив отнюдь не пикантную «трещинку»...

Два века споров. В советские времена при пушкинистах и слова нельзя было сказать о непростоте самого поэта, его не лучшем характере. Сейчас, после опубликованного «без купюр» Пушкина его образ рисуется несколько иначе, что ни на йоту не уменьшает его великий талант и значимость для всех нас. А отношение к Натали менялось до противоположности, переходя от абсолютного культивирования к безосновательному очернению.

И вновь февраль... Мороз, и снег скрипит — как тогда, под полозьями саней извозчика и колесами кареты, присланной Геккерном-старшим. На Мойку, 12, летели, согреваясь надеждой. Пушкину было очень больно. Что думал и чувствовал Дантес — както не упоминается. Но ему вряд ли было хорошо... Никто не мог тогда предположить, что спустя два века в этот день мыслями будут возвращаться миллионы людей — поклонников Пушкина. И эхо выстрела будет снова поднимать в небо ворон. Они-то знают, что все споры наши — от незнания и домыслов. Слишком долго образ поэта лакировали, а Дантеса — демонизировали. Но когда-нибудь выйдет книга про настоящего Пушкина. Честная, без прикрас. И успокоит обоих дуэлянтов. И, конечно, ее. Натали.

Мнение автора колонки может не совпадать с точкой зрения редакции «Вечерней Москвы»

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции

Google newsYandex newsYandex dzenMail pulse