Чтобы ты мог дышать
Сюжет:
75-летие Великой ПобедыС каждым годом война истончается в человеческой памяти, становится чем-то эфемерным, как будто бы ненастоящим. Вместо лиц солдат, идущих на смерть, — памятники, отлитые из бронзы и высеченные из гранита.
Суровые кадры пылящихся в архивах хроник потихоньку вытеснили голливудские яркие картинки. Места боев поросли лесами. Но мы обязаны помнить. Обязаны тем, которые навеки остались восемнадцатилетними безусыми пацанами в нелепо сдвинутых набок пилотках.
Редкий водитель обращает внимание на небольшие желтые щиты, установленные тут и там вдоль трасс. И совсем мало кто хоть на минуту остановится у одного из них. Там содержится краткая информация. Например: «Здесь погиб летчик, Герой Советского Союза В. Романенко, уничтожив тысячу фашистов». Или: «Здесь подо Ржевом погибла 29-я армия. 14 000 человек стояли до конца». И это все находится вовсе не за тридевять земель — всего-то в паре сотен километров от Первопрестольной.
Может быть, вместо виртуальных уроков мужества или просмотра фильма с очередной «медсестрой» модельной внешности с накачанными губами школьников стоило бы возить туда? Например, в деревеньку Холмец Тверской области (по данным на 2010 год — население 270 человек), где легли в землю восемь сотен красноармейцев. Молодых парней, москвичей.
Изорванных осколками и истерзанных пулями, перемолотых танковыми траками. На самом деле можно даже не ставить конкретной конечной точки на карте, а просто поплутать по маленьким, часто полузаброшенным деревням Смоленщины или Тверской губернии. Где почти в каждой есть обелиск с уже облупившейся краской и таблички с фамилиями. Иногда — десятками, сотнями. Но чаще безымянными: здесь сражались и погибли бойцы N-ского полка N-ской дивизии. Придумали даже новый термин: Поля Памяти. Только засеяны они человеческими костями вперемешку со ржавым железом. Там лежат те, от кого чаще всего не осталось даже имени. Только номер захоронения. Те, кто до сих пор числится пропавшим без вести, как мой двоюродный прадед Николай Головачев. Те, кто за свои недолгие годы прожил больше, чем иные за век.
Они были живыми — любили и ненавидели, дрались и мирились. Им было больно и страшно тоже было. Но они точно знали, что такое долг перед Родиной. И они отдали его сполна, оставшись навсегда лежать в родной земле. И наша память — не голливудско-лубочная, а настоящая — то немногое, чем мы можем воздать солдатам и офицерам за их подвиги.
Ведь, как гласит табличка около небольшой высотки в Калужской области, Зайцевой горы: «Здесь полегли 70 тысяч бойцов. Чтобы ты мог дышать».
Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции
