Атмосфера общего страха

Указ был вполне справедливым, равно как и временные рамки, которые в нем указаны, потому что репрессии велись почти сразу с момента появления советской власти.

Первая волна была как раз в 1920-х, когда большевики просто уничтожали «представителей эксплуататорских классов». Эти репрессии не были массовыми, потому что большая часть страны была крестьянской, а крестьяне в основном были ни за красных, ни за белых.

Но в 1930-х, в ходе второй волны, добрались и до них — когда воевали с кулаками и подкулачниками. Причем и тех, и других комиссары определяли на глазок, ведь в разных регионах критерии крестьянской обеспеченности были разные.

Произвола хватало, но массовых убийств не было — ведь нужно же было кому-то и работать. Доходило порой до анекдота: в рамках раскулачивания самых обеспеченных крестьян из одной деревни просто переселяли в другую.

Следующая волна репрессий началась с 1937-го. Здесь Сталин взялся уже за партийцев и военных, но не всех, а кадровых, представителей еще революционной элиты.

Иосифу Виссарионовичу была нужна элита своя, назначенная им же, лояльная.

Крайне важный момент: главная цель тех репрессий была во многом экономической. Советскому государству, чтобы выжить, нужна была развитая экономика. А значит — очень высокая производительность труда.

Но при этом современных технологий не хватало. Что делать? Нужно заставить людей больше и эффективнее работать. Поэтому перед руководителями всех уровней ставилась дилемма. Если ты выполняешь план — мы тебя поощряем, вплоть до ордена Ленина. Если не выполняешь — ты вредитель, и мы тебя расстреливаем.

Таким образом, главным двигателем советской экономики стал страх — вполне объяснимый страх за свою жизнь.

И руководители всех уровней буквально выворачивались наизнанку, формировали стахановские бригады, устраивали социалистические соревнования, чтобы не угодить к расстрельной стенке.

Отмечу, что благодаря репрессиям Сталин сформировал многомиллионную армию заключенных, которую можно было эксплуатировать с какой угодно интенсивностью.

Фото: Горбачев-фонд

В итоге заключенные строили города, крупные предприятия, объекты инфраструктуры вроде Беломорканала, разрабатывали месторождения природных ископаемых.

Но, разумеется, продолжаться это долго не могло. Как только Хрущев снял страх, эта экономическая модель рухнула. А другой на ее месте, по сути, не появилось. Помогли высокие цены на нефть в 70-х.

Когда цены пошли вниз, СССР не стало.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции