Владимир Путин в интервью телеканалу «Россия 1» отметил, что ВВП России снизился бы гораздо существеннее на фоне пандемии, если бы не своевременные и точечные решения правительства. Можно ли сказать, что осень будет в экономическом плане спокойной?

Министр экономического развития Максим Решетников тоже «звучит» оптимистично: по его оценке, экономика России вошла в стадию восстановления, «мы видим существенное улучшение оценок ситуации в этом году, мы более быстрыми темпами восстанавливаемся». Пока худшим был второй квартал, когда ВВП сократился на 8,5 процента по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

Относительно меньшее, чем в развитых странах, падение ВВП во многом объясняется структурой российской экономики: доля малого и среднего бизнеса (а он и пострадал в пандемию больше всего) в ней гораздо меньше, чем в западных странах. Однако на обывательском уровне именно по этой же причине последствия кризиса кажутся более существенными. Сейчас на улицах городов можно видеть много объявлений об аренде пустующих помещений. По некоторым оценкам, более половины ресторанов и точек общепита могут не пережить этот кризис, многие уже закрылись навсегда. Так что индивидуальный взгляд на экономические проблемы во многом зависит от того, где человек работает.

Также мы привыкли судить о состоянии нашей экономики по обменному курсу рубля. А он в последнее время только делает, что падает. О возврате к «докризисным» 60–65 за доллар, кажется, уже можно и не мечтать. Евро вообще «отвязался» и стремится пробить планку в 90 рублей. Отчасти сказывается его подорожание по отношению к доллару на мировом рынке, поскольку американская валюта ослаблена триллионными вливаниями ФРС в финансовый рынок.

Мы привыкли судить о состоянии нашей экономики по обменному курсу рубля / Фото: Анна Куприянова, «Вечерняя Москва»

В краткосрочном и среднесрочном плане (с горизонтом несколько месяцев) на курс рубля негативно будут влиять следующие факторы. Во-первых, цены на нефть остаются гораздо ниже уровней начала года и никак не могут преодолеть уровень 45–46 долларов за баррель сорта Brent даже в условиях резкого сокращения добычи странами ОПЕК+. Во-вторых, ЦБ России сократил валютные интервенции в силу бюджетного правила, поскольку цена на нефть держится чуть выше «цены отсечения» в 42,4 доллара. Кроме того, низкий курс рубля выгоден российским экспортерам, а также государству в целом, поскольку он облегчает финансирование социальных обязательств, которые на фоне кризиса лишь возросли. Контролируемая девальвация рубля — важный источник пополнения бюджета. В-третьих, сказывается то, что называется геополитическими рисками.

Под их воздействием зарубежные инвесторы выходят частично из российских активов, в частности ОФЗ. Риски эти связаны как с общей неуверенностью в мировой стабильности на фоне разворачивающейся американской предвыборной кампании, так и с сугубо российскими проблемами. В частности, в последнее время на курсе рубля негативно сказывается нестабильная ситуация в Белоруссии. Конечно, большинство россиян не следят за курсом доллара, он им не нужен в повседневной жизни, а ездить сейчас за границу особо некуда. В то же время слишком слабый рубль непременно скажется на потребительском рынке, который по-прежнему сильно зависит от импорта. Так что в осень мы входим на фоне нарастания тревожности в нашей экономике. Праздновать победу над пандемией в этом смысле еще рано, к тому же «подтянулись» новые риски.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции