С легким ужасом жду: не успела закончиться одна вакханалия – победная хоккейная, как уже светит футбольное испытание по имени «евродвадцатьдвенадцать».

Звучит как артикул, ибо таковым и является – в спорте вообще все с циферками, даже соревнованиям присвоены порядковые, почти каталожные, номера. И Олимпийские игры, которые пройдут следом, во второй половине лета, в Лондоне, тоже с номерком – юбилейным тридцатым…

- Ты за кого на Евро-2012 болеть будешь?

- За наших, конечно!

- А потом?..

Вот этот немудреный анекдот, рассказанный в курилке яростным футбольным болельщиком по фамилии Говоров, многое объясняет: в победу никто не верит, ибо нет причин, но как же не поболеть за наших? А вдруг забьют? А если, вдруг, ну вдруг, кого-то победят и дойдут аж до финала – все, туши свет, сливай воду: на всех народных телеканалах заготовлены фильмы и отсняты интервью с мамами, папами, женами и любовницами. Даже московский снобский глянец отметится: расскажет о гламурных бутсах Аршавина (и даже если этих «вдруг, ну вдруг» не произойдет, будет все то же самое: футбол, о футболе и про футбол – везде, кругом). К вящему удовольствию яростного болельщика Говорова и еще миллионов таких же как он.

И все они будут страшно гордиться – полет Гагарина по сравнению с этим подвигом так, приятная мелочь, но и только. А это - настоящая победа, по-бе-да! Оле-оле! Рос-сия! Впе-ред! Флаги из окон машин, клаксоны, никто не спит, ни на работу, ни в школу не пойдем, оле-оле! Победа!

Увы, кажется, не я это придумал: победа в спорте не может быть предметом гордости для страны (в противном случае список самых горделивых стран можно было бы начинать с какой-нибудь Кении, чьи бегуны без устали устанавливают мировые рекорды). Но попробуй произнести это вслух – сотрут в порошок, затопчут и сверху наплюют. Потому, что с детства вбиты в неокрепший ум: Пьер де Кубертен, престиж страны, спортивные победы. Это все осколки советской идеологической системы, использовавшей для пропаганды любой материал. Мы так и выросли с убеждением, что наша медицина – самая лучшая, часы – самые точные, а шоколад – самый вкусный. И, пока глаза не открылись, верили в то, что «о, спорт, ты – мир!». Когда открылись, выяснилось, что спорт – это одно коммерческое предприятие с многомиллиардным оборотом, а мы – отнюдь не спортсмены – не на этом предприятии, но на это предприятие работаем. Но только как зрители. И на эту работу нас пускают за деньги и по билетам. Мне противно, а яростному болельщику Говорову – хорошо, он горд – мы победили.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции