Галина Валиуллина (на переднем плане) в окружении моделей на очередном показе моды. Многие из ее клиентов даже не догадываются, что эта успешная дама, законодательница моды, испытывает проблемы со слухом. Главное, она умеет слышать желания клиентов!

Эта талантливая женщина вырвалась из плена узкого круга неслышащих, полноценно живет и творит среди обычных людей. Успешна, привлекательна, счастлива в браке… Впрочем, пусть она расскажет о себе сама — уверена, что история эта будет интересна многим…

На спор с Андриякой

…В 1972 году мы с мамой отдыхали в Анапе, а недалеко велись раскопки античного города Горгиппии. Каждый день я приходила туда. Это было так интересно! Очистив от песка и глины очередной кувшин или амфору, археологи сразу же делали их карандашные зарисовки, и я, загоревшись, попросила маму купить мне альбом и цветные карандаши.

С того момента я начала рисовать. Училась я тогда в спецшколе для глухих детей. Однажды к нам пришла в гости мамина подруга и увидела мои рисунки. У нее был знакомый художник, который преподавал в художественной школе, и она посоветовала маме отдать меня туда. А летом 1974 года я сдала вступительные экзамены в Художественную школу имени Сурикова и благополучно выдержала конкурс.

Конкурс-то я прошла, но когда на собеседовании в приемной комиссии узнали, что я не слышу, отказались меня брать.

«Пусть и дальше учится в школе глухих!» — сказали маме в моем присутствии.

Директором МСХШ и председателем приемной комиссии в ту пору был Николай Иванович Андрияка, отец знаменитого акварелиста Сергея Андрияки. Мама растерялась и собралась было уходить, но тут уже я набралась смелости и возразила Андрияке:

— Да, я не слышу, но я хорошо понимаю с губ, а скоро у меня будет новый слуховой аппарат! Давайте я попробую поучиться одну четверть. Если у меня будет хотя бы одна плохая оценка, я сама заберу документы.

…В общем, по итогам четверти у меня были только две четверки: по физкультуре и по русскому языку; и не потому, что с ошибками писала, просто учительница русского языка из вредности занижала мне оценки из-за моего специфического акцента, который не истребить было... Из-за отсутствия слуха.

Все началось с платочков

Учиться было трудно — и в общении с преподавателями и ребятами, и в понимании материала. Не у всех учителей было терпение размеренно и внятно говорить, а многие вообще по классу разгуливали, рассказывая материал, так что я не видела их лица... При этом все они знали, что в классе есть неслышащий человек, но…. В основном я училась по учебникам, до поздней ночи просиживала над ними...

…После школы я поступила в Суриковский институт, и там стало легче, однокурсники сочувствовали, шли навстречу, помогали с учебой и не боялись со мной дружить.

У меня появилась большая, дружная и интернациональная компания.

После института я три месяца проходила на курсы батика: мне очень нравилась игра с тканями, превращение их во что-то интересное: в расписные шали, платки, панно.

…В трудные 90-е исчез источник моего дохода: перестали продаваться картины, и ликвидировался мой Живописный комбинат, в котором я проработала шесть лет. Я осталась без работы и жила на свою пенсию и на иждивении у мужа. Но на досуге все равно расписывала шелковые платочки и шарфы, которые потом раздаривала подругам; и так преуспела, что друзья моих подруг, увидев мои работы, стали заказывать себе и знакомым такие же, такое сарафанное радио… Из этих заказов и вырос мой текстильный бизнес. Потом я придумала расписывать ткани и шить из этих тканей платья, юбки и блузки со своим дизайном, но тогда кроить и конструировать я еще не умела. Надо было учиться…

Второе образование — перед пенсией

И вот шесть лет назад я поступила в школу-студию дизайна Любови Аксеновой, которую успешно окончила. Сударсан — мой муж, который ради меня уехал из Индии и обосновался в Москве, — не сразу принял смену моего амплуа.

Его расстраивало, что я забросила живопись. Но сейчас он мне стал поддержкой. Даже взял часть домашних забот на себя… Я шью в основном вечерние и люксовые наряды.

И по-прежнему расписываю платочки, целые комплекты — платье или костюм — и к ним аксессуары.

С клиентами проблем нет: пользуюсь современным слуховым аппаратом и считываю с губ, люди даже не замечают моей глухоты. Большинство клиентов становятся постоянными заказчиками и друзьями…

Любимые модели

Когда у меня были готовы несколько коллекций и я стала принимать участие в выставках, было много показов, дефиле, международных конкурсов. Обычно все модели у меня слышащие, только одна модель была глухая — и это моя любимая модель! — дочка моей подруги, Катя Крицкая, которая так хорошо выступала, что никто и не догадывался, что она глухая...

Но на последний мой показ в Экспоцентре решила пригласить глухих девушек из Института искусств — и они прекрасно справились, были артистичны, я планирую снова их приглашать на показы… …Мои кумиры — Шанель, Ив Сен Лоран и Диор. Шанель мне особенно близка. Она всю жизнь плыла против течения — и я тоже. Она произвела революцию в образе женщины XX века. Мне хочется произвести революцию в умах людей, доказать, что глухие люди могут быть успешны! Мечтаю создать свою студию дизайна, свой Дом моды с особым акцентом на неслышащих моделей и дизайнеров. Ведь людям с ограничениями здоровья тоже хочется стать востребованными или просто одеваться стильно и красиво. Но, приходя в модный магазин, они не всегда могут донести до продавца свои предпочтения, также не все из них в состоянии понять советы по стилю в одежде.

А главное, как мне кажется, всем им надо обрести уверенность в себе, которой так не хватает для яркой, активной жизни!