Павел Воля: Новое шоу без купюр

Откровенные признания он сделает на своем концерте 9 декабря в Театре эстрады, а потом мы увидим это на телеканале ТНТ.

— Павел, а ваш концерт — это целиком стендап-шоу или вы исполните песни, еще чем-то удивите?

— Нет, никаких песен, ребусы и кроссворды в этот раз отменяются. Никаких экранов, летающих женщин, никаких дрессированных собачек. Буду только разговаривать со зрителями.

Я расскажу все, включая всю личную жизнь. Все сделают свои сумасшедшие выводы, каждый сможет задать вопрос, каждый может ответить на мои вопросы, которые задам я.

— Вы попробовали себя в разных ипостасях: актер, телеведущий, певец, диджей. Если бы пришлось выбирать — или-или?

— Я бы выбрал ипостась телеактера с прекрасным голосом и возможностью сводить пластинки. Такой универсальный парень, четыре в одном. А вообще, на самом деле ну какой я певец? — Я же говоритель своих текстов под музыку. Ну какой я телеведущий? — Я же пересказыватель подводок, которые мне написали другие люди. Ну какой я актер? — Ведь я исполнитель ролей, которые режиссеры хотели бы видеть хорошими ролями. Ну какой же я диджей? — Я просто свожу диски. Или, по-моему, все занимаются тем же самым, да? Да, я актер, телеведущий, певец и диджей. Спасибо.

— Как думаете, сколько еще зрителю будет интересен образ гламурного подонка?

— Мы уточняли в бюро выяснения длительности образов, и они посчитали, используя очень простую формулу: мой вес делится на мой рост, на резус-фактор, плюс сила притяжения, количество людей, которые смотрят ежедневно, минуты, поделенные на души. Получился хороший результат: где-то семнадцать — двадцать два года.

— Когда вы готовите номер, программу, кто первым это слушает, оценивает, дает советы?

— Это всегда разные люди.

Когда у меня готова программа, я выезжаю на машине в ночной город и высматриваю одиноких людей, отбившихся от стаи. Я подбегаю и в течение полутора часов обрушиваю на них все свои юморы. Как правило, я человека поджидаю в подворотне, либо в одиноком подъезде, либо в парке, когда никого нет и нет возможности отвертеться. Я сыплю на него юмор до тех пор, пока человек не умрет от смеха. Это я, маньяк-хохотун.

Остерегайтесь моей машины на улицах Москвы. Иногда, кстати, я выезжаю в область, два раза был в Рязани.

— Как относитесь к критике?

— У нас есть целый критический отдел в «Комеди», они занимают этаж. Мы придумываем шутку и сразу идем в отдел критиков, они ее критикуют со всех сторон, мы возвращаемся назад.

Перепридумываем шутку, они ее снова раскритиковывают, потом переделываем в третий раз. И когда всех критиков наконец все устраивает, мы отдаем им паспорта и отпускаем домой.

— Есть ли у вас запретные темы?

— У меня всего две таких темы — это бананы и геополитическое положение Норвегии. Причем к Норвегии питаю искреннюю любовь, но положение — не очень.

Бананы люблю есть, но как выглядят — ненавижу. Не могу шутить про это. А вообще, запретных тем нет, было бы смешно.