Автор ставшей популярной у читателей «ВМ» рубрики «Блокнот Гарика» Игорь Ивандиков (для друзей и коллег просто Гарик) и главный герой его фирменных колонок кинокритик Синяков Сергей Владимирович, противоречивая, мятущаяся столичная натура, сегодня поменялись ролями.

Ироничный «отец-бытоописатель» жизненных подвигов Синякова превратился в действующее лицо текста, а язвительный критик — в автора. Что получилось из этого — судить читателю.

«Добрый человек ходит за мной и записывает», как посетовал Иешуа Пилату. Год назад мы с Гариком на неделю улетели в Египет в формате «все включено». Что называется, тупо полежать (остроумно плавать Гарик тоже умеет, но не любит).

То ли проспорив кому-то, то ли на правах гимнастики ума Гарик вел там дневник. Где фиксировал события дня в наиболее беспощадной для стороннего читателя манере. Типа: «Поел. Неплохо». За пять минут до выезда в аэропорт с бессильным бешенством наблюдая, как Гарик, в согласии со своей фирменной логикой, приступает к сбору чемодана, я, чтобы не выть, тетешкал два мысленных соображения. Первое: жена Гарика Катя, которая с ним 22 года (мы с ним дружим жалкие пятнадцать), заслуживает памятник при жизни. Золотой. Второе: на отдых вдвоем с Гариком? Ни за что. Никогда.

Спустя неделю, бытуя в своей тушинской девятиэтажке (с видом не на море, а на ее сестренку-близнеца, такую же блочно-панельную в своей неказистости), я перечитал дневник Гарика, выложенный им в сеть, целиком. И понял две опять-таки вещи. Во-первых, спустя время и расстояние наш как будто бы тупой плодово-овощной отдых оказался прямо-таки каскадом — сама динамика — увлекательных событий. Во-вторых, что я соскучился по Гарику и поеду с ним куда угодно. В течение года ездить куда-нибудь далеко не пришлось. Гариковская колонка стала регулярным украшением «Вечерней Москвы», а я — небольшого диаметра медийной звездой, которой, для того, чтобы сегодня про нее написали в газете, не обязательно вчера родить котят. Наша дружба приобрела неожиданную осмысленность.

Прежде, как и полагается соратникам со стажем, мы, хотя и живем в десяти минутах ходьбы друг от друга, могли не видеться месяцами (например, в Великий пост, когда с говеющим Гариком особенно не о чем поговорить). Я предпочитал досуг подальше от Тушино, чтобы интереснее было возвращаться домой. Для Гарика выбраться погулять означало пройтись триста метров до деривационного канала. Сходить в кафе — проведать кабак на районе «Эра». Теперь Гарик в поисках общения, а заодно и темы для колонки, способен сорваться куда угодно и такими темпами рискует прослыть светским львом. Он все лучше пишет (даже когда речь идет не обо мне). А по количеству эвфемизмов для обозначения водки вот-вот умоет эскимосов, которые, как известно, могут сказать: «Ой, опять снег» 500 разными способами.

Но куда прекраснее стал я. Неизменно искрометный, я умудряюсь сочетать качества безотказного собутыльника и чудесного семьянина. Не вылезаю из халата и не слезаю с велосипеда. С честью выхожу из самых неловких ситуаций (см. рассветное возвращение в номер с новыми друзьями в колонке про Таиланд). С добродушным юмором отношусь к похмелью. Мне импонирует версия Синякова для пятничной «Вечерки» - особенно в моменты демисезонной тоски. Сомнительно, что я когда-нибудь смогу полностью ей соответствовать, но будем работать. Это как у раннего, еще не вышедшего в тираж Гришковца: «Представьте себе, вы проснулись однажды утром, а вы — гусар!».

ОБ АВТОРЕ

Сергей Синяков — кинокритик и икона стиля. Любит кататься на велосипеде, гулять по кладбищам и смотреть на поезда

Отдых