Можно без вспышки

Женщина, желая показаться интеллектуалкой, сказала: «Ну точно такой же, как в Уффици!» Мужчина, желая показаться человеком простым, ответил: «Что значит «такой же»? И у какого еще Фицы?» — «Это не важно, идем уже на Кранахов», — пара пошла к лестнице, а со скамеечки поднялись мы с женой и осторожно пошли следом. «Если не упустим их из виду, то попадем на выставку этих самых Корнахов или как там их», — сказал я Кате.

После моего временного отказа от приема крепких напитков друзья временно оставили меня в покое. Даже Синяков. Зато у меня появилась масса свободного времени. Вечер пятницы и всю субботу я трезво просидел на диване, в воскресенье жена запросилась на улицу. «Хорошо, Катя, поедем в мой любимый Пушкинский музей. Я не был там 23 года, но, надеюсь, греческий дворик и руины Робера никуда не делись». Встали с дивана, сели в машину и приехали на Волхонку.

В музей стояла шестидесятипятиметровая очередь, на фасаде висела афиша, что до 15 мая идет выставка «Кранахи: между ренессансом и маньеризмом». «Посмотрим основную экспозицию, а потом на выставку», — предложил я.

У кассы вышла заминка. Фамилию «Кранах» я еще помнил, но как правильно ударение? Кра̀нах или Крана̀х? Дождался у окошка студенток в очках, подслушал и гордо попросил 2 билета. И сразу же забыл, как правильно.

Начали осмотр основной экспозиции. В зале итальянской скульптуры XV века нашел интересный бюст из раскрашенной терракоты: вылитый американский актер Николас Кейдж. Табличка под бюстом информировала, что это портрет флорентийского банкира Николо да Уццано, но «большинство ученых склоняется, что это оратор Цицерон».

Подошел к седой смотрительнице, спросил, можно ли фотографировать? Смотрительница досмотрела, как молодая учительница ставит своих учеников на четвереньки, пытаясь повторить композицию про Авеля с Каином с правого верхнего рельефа «Райских врат» Гиберти, вздохнула и ответила: «Здесь теперь все можно. Но без вспышки!»

В зале эллинизма Катя любовалась фигурой гиганта на фризе алтаря Зевса в Пергаме: «Какая натренированная поясничная область! У него должны быть красивые бедра, жаль, что отломали».

Через полтора часа решили идти на выставку, но где она? Спрашивать у смотрительниц: «Где тут у вас выставка Карнахов или Конрахов?» — было неудобно. Мы просто сели в итальянском дворике, дождались ту супружескую пару и вышли к Кранахам.

В зале было многолюдно. На стенах висели картины. Красивые и цветные. Публика не спеша переходила от одного шедевра к другому и тихо делилась впечатлениями. «Взять бы эту картину и повесить вместо телевизора. Никакого стресса не будет», — сказала студентка в очках своей подруге. Одна явно ветреная девица хотела сделать селфи на фоне картины «Венера и Амур», ее застыдили, и она, краснея, сбежала в гардеробную.

Двое мужчин стояли перед картиной «Юдифь с головой Олоферна», их плечи соприкасались, а головы были наклонены друг к другу: у них был один аудиогид на двоих...

Фамилию я запомнил: Лукас Кранах Старший из города Кронах. Или наоборот.

ОБ АВТОРЕ

Игорь Ивандиков - старший фотокорреспондент «Вечерней Москвы». В газете работает с 1991 года. Поклонник рок-н-ролла и Кирила Бонфильоли.