Исполнилось 30 лет со дня катастрофы на Чернобыльской атомной электростанции. «Вечерка» встретилась с Михаилом Хохлиным, старшим инспектором Службы безопасности Московского метрополитена, который в 1986 году в течение месяца работал в зоне катастрофы.

— Михаил, как вы оказались в числе ликвидаторов последствий аварии на АЭС?

— В 1986 году я работал заместителем начальника отделения милиции, был самым молодым в Москве старшим лейтенантом. Руководство дало команду: бери 10 сотрудников, ты старший, послезавтра вылет, будете охранять зону от мародеров и проверять прибывающих. Всех горожан из Чернобыля выселили за три дня. Дома пустые, бери что хочешь. Самые хитрые приплывали за чужим добром на лодочке. От них мы и защищали город с товарищами.

— Разве вещи, которые забирали мародеры, не были радиоактивными?

— Само собой. Да только крали они, чтобы поскорее продать и нажиться.

— Страшно было?

— Нет. Радиации-то не видишь. Это же не пули, которые мимо тебя свистят. Хотя пару раз наша жизнь буквально висела на волоске. Во время Великой Отечественной войны на дне Припяти скопились авиабомбы. Их нужно было поднять и уничтожить. Сели на катер: взрывник, два солдата, моторист и я. Плывем к драге, у нее в ковше бомба, достаем ее и несем на руках до катера. Плывем на островочек и оставляем ее там. Поджигаем бикфордов шнур и прыгаем обратно в катер. А он не заводится.

К счастью, мотор все же зарычал.

Через три дня в ковше опять бомба, только уже в три раза тяжелее. Опять поджигаем, прыгаем в катер. А он садится на мель, можете себе такое представить! В итоге ложимся на дно катера. Когда бомба взрывается, стаскиваем его с косы и уже спокойно едем обратно. Так что без приключений не обошлось, и месяца в Чернобыле мне хватило на всю жизнь.

— Часто надеваете значок ликвидатора?

— Только 26 апреля, когда встречаемся с товарищами-чернобыльцами.