Шуба еще лет 150 назад понималась как одежда мехом внутрь, покрытая сверху тканью. Если она выглядела по-другому, ее и называли иначе. Теперь эти слова удивляют читателей старых книг.

Мехом наружу шубу стали носить с конца XIX века. До этого ее так надевали только для участия в маскарадах и обрядах, где нужно было придать себе сходство с медведем. «В сенях встречает молодых мать жениха в вывороченной шубе», — описывал в 1842 году свадьбу этнограф Вадим Пассек. А шуба мехом внутрь, не покрытая тканью (то есть дубленка) называлась «нагольной».

Какие еще названия шуб греют душу читателям русской классики?

Романовская шуба — мужская нагольная шуба из шкуры овцы романовской породы (выведенной в Романово-Борисоглебском уезде Ярославской губернии, ныне Тутаевский район). Отличалась черным цветом и тисненым узором по борту и краям карманов. В романе Сергея Сергеева-Ценского «Преображение России» (1931) говорится про одного героя: «Черный романовский полушубок очень к нему шел: от него он казался еще белее лицом».

Ротонда — длинная женская накидка без рукавов, с прорезями для рук. Возможно, названа в честь круглого садового павильона-ротонды. В 1877 году Федор Достоевский хотел заказать эту модную новинку для своей супруги Анны. Приказчик пошутил, будто «ротонду выдумал портной, желавший избавиться от жены» (видимо, в прорези задувал ветер, и легко было простудиться). Достоевский сразу передумал: «А я вовсе не хочу избавляться от своей жены, так что сшейте ей по-старинному, ... с рукавами!»

Салоп — очень просторная женская накидка с пелериной и широкими рукавами (а иногда и без рукавов). Классический салоп был на подкладке из лисицы или соболя, покрыт бархатом, сукном или шелком. В дворянской среде салопы были в моде в первой трети XIX века, а в купеческой — до самого конца XIX века.

Шуба на лирах — подбитая мехом лиры, то есть пятнистого скунса (Spilogale). Этот мех был в моде в России с конца XIX века по первую треть ХХ века.

Итальянская певица Флора Перини с муфтой из меха лиры / Фото: Википедия

В «Золотом теленке» Ильфа и Петрова говорится, что с наступлением в 1922 году нэпа на улицах появились «скоробогачи» «в шубках, подбитых узорным мехом «лира». Чтобы сшить из мелких шкурок со сложным узором красивое полотнище, надо было обладать чувством гармонии. На это намекал Илья Сельвинский (кстати, профессиональный меховщик) в поэме «Пушторг» (1928): «Я в шубе на точно подобранных лирах .../Увижу лирический беспорядок».

Одежда