пн 11 ноября 23:44
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

«Знал себе цену и не имел авторитетов»: журналисты — о погибшем Сергее Доренко

Столичные музеи открыли неделю свободного посещения

Путин обсудил по телефону с Меркель ситуацию на Украине

Что происходило возле дома, из окна которого выпала москвичка с двумя детьми

Какие товары и услуги подорожают в 2020 году

Малышева рассказала, как российский врач лечит девочку с маской Бэтмена

СМИ назвали причину смерти аспирантки СПбГУ

Каким был Паша Фейсконтроль

Филолог рассказал, как необычные имена становятся банальными

Что москвичам нужно обязательно успеть сделать до 1 декабря

Стала известна причина смерти козла Тимура

Подозреваемый рассказал, зачем убил ребенка в детском саду

Союз грибников России назвал грибы, которые еще можно найти в Подмосковье

«Знал себе цену и не имел авторитетов»: журналисты — о погибшем Сергее Доренко

Сергей Доренко погиб в возрасте 59 лет

Страница в Instagram Сергея Доренко — https://www.instagram.com/rasstriga.pastushok/

В результате падения с мотоцикла в Москве погиб журналист Сергей Доренко. Ему было 59 лет. Журналисты в социальных сетях выразили соболезнования в связи с утратой.

Автор и ведущий программы «Винил» Михаил Куницын отреагировал на своей странице в Facebook на смерть Сергея Доренко:

— Не могу поверить! Погиб Сергей Доренко. Друг, учитель, мой лучший руководитель в программе «Время»!

Журналист Ксения Ларина также оставила пост в социальной сети:

— Сережа Доренко разбился на своем чертовом мотоцикле.

Журналист, режиссер Ян Визинберг рассказал о недавнем разговоре с Сергеем Доренко. Режиссер и журналист звонил ему из Нью-Йорка:

— Я говорил с Доренко две недели назад, просил его дать интервью для фильма о 90-х. Он отказался: «Не люблю вспоминать прошлое, потому что у меня все в будущем».

Журналист, писатель Андрей Колесников отреагировал на смерть Доренко очень эмоционально:

— Смерть Доренко — это хуже не бывает. Столько всего мгновенно омертвело. Я уж не говорю про радио. Так мало людей, которым есть что сказать. Было. Есть.
Коллеги Сергея Доренко в ужасе от известия его преждевременной смерти на мотоцикле.

Актер, радиоведущий, блогер Станислав Садальский выразил предположение, что журналиста могли отравить:

— Ужасная новость — умер Сережа Доренко. В такой праздник, в центре Москвы, на Николоямской, на своем любимом мотоцикле... «Причина не в ДТП, смерть естественная, стало плохо с сердцем». Что это?! Молодой, здоровый мужик, спортсмен! Очень похоже на отравление! То, что с Димой Быковым не получилось, получилось с Доренко?! Талантливый, неравнодушный — для него не было авторитетов, он ни перед кем не заискивал, делал, что хотел, говорил то, что думал. Очень уважительно относился к Собянину. Ему нравились все изменения, которые происходили в Москве. Сережа... Он приглашал меня работать вместе на радио. Жаль, не случилось... Прости и прощай. Соболезнования родным и близким.

Известный телевизионный журналист Александр Казакевич поделился своим рассказом:

— Он прозвал меня Маэстро. Взял в штат. Многому научил. Разрешил делать и вести воскресные «Новости культуры». Его слово было весомым. Объявил он журналистам программы «Время», что никто не пьет. И никто не пил. Без штрафов, пойманных за руку людей, шельмования, выговоров и т.д. Сказал ни при каких обстоятельствах не завершать репортаж словами «развитие событий покажет время» — и этого больше не было. Все работали с каким-то упоением. Он никогда не делал репрессивных действий (для этого у него были специальные люди). Я знал многие его недостатки и слабости. Видел не слишком достойное поведение в разных ситуациях. Поводов для разочарования было много. А разочарования не было. Гипноз! Не уволил ни одного человека. Знал себе цену. Умел торговаться по своему поводу. В медиапространстве стал персонажем. Талантливым. Харизматичным. Спорным. Всегда интересным. После него я программу «Время» не смотрел. Только свой репортаж, чтобы узнать, вышел — не вышел. Сергей, спасибо за многое!

Журналист Александр Минкин отреагировал на смерть Сергея Доренко:

— Доренко погиб. Тяжелая утрата. После программы про «Курск» его выгнали с ТВ с волчьим билетом. А эта программа — высокий класс, учебник журналистики. Никто тогда не сделал ничего подобного. А теперь и говорить нечего... Он любил мотоциклы больше жизни. Жаль его детей.

Тележурналист и публицист Владимир Кара-Мурза поделился своим мнением о Сергее Доренко:

— Скажу сразу: я необъективен. После съемок «Немцова» я стал заведомо хуже относиться к тем, кто струсил и отказался сниматься, и заведомо лучше — к тем, кто согласился. Доренко согласился сразу. И сказал очень искренне и проникновенно. Тогда и виделись с ним в последний раз — на съемке в редакции «Говорит Москва» осенью 2016-го. Собственно, до этого виделись только однажды, 2 сентября 2000-го, сразу после его последнего эфира на Первом канале. Того самого, невиданно жесткого, о гибели подлодки «Курск». «Сказанное президентом противоречит фактам». Тогда ему на выходе из студии позвонил Константин Эрнст и сказал, что передача больше выходить не будет. К Сергею Доренко было много вопросов и много претензий, а «телекиллер» закрепилось за ним навсегда. Собственно, в фильме он мне был нужен именно потому, что в далеком 1997-м сыграл ведущую роль в медиакампании олигархов против первого вице-премьера Бориса Немцова, во многом из-за которой он и не стал преемником Бориса Ельцина. И этого слова из песни тоже не выкинешь. Сергей Доренко был ярким, талантливым, неординарным человеком; одним из тех, кто символизировал эпоху. Вечная память.

Коллега Сергея Доренко, журналист Ирина Мишина поделилась личными воспоминаниями:

— Сергей Доренко ушел. Мы с ним с 1984 года знакомы, вместе пришли на ТВ. Вместе работали сначала в Министерстве внешних сношений, занимались совместными съемками с иностранцами. Потом пересеклись вместе вели программу «Время». Я Сергею одно дежурство должна осталась: давление упало как-то, он меня подменил... Мы долго втроем вели «Время» — Сергей, Таня Комарова и я. Из них живая только я. И мне не по себе от этого.
Наши с Сергеем пути разошлись. Мы пересекались иногда на страницах газеты «Наша версия». На летучке как-то поспорили, нужно ли публиковать Доренко. Я сказала, что нужно.

Как не относись к Сергею — он был личностью. Эпатажной, спорной, но личностью. Принципов демонстративно не имел. За что я его безмерно уважаю — это за умение воскресать после полных поражений. Казалось бы: все, конец, но он выплывал. Я никогда и ни за что не пошла бы его путем, но его любовь к жизни была заразительна.

Дети остались у Сергея — две дочки и сын от Марины, первой жены, а еще две маленькие девочки от второй жены Юлии. Пятеро...

Писательница Татьяна Толстая объяснила свое отношение к Сергею Доренко:

— Жалко Сергея Доренко. Когда он пришел на «Школу злословия», у меня было некое предубеждение против него, но он его сломал обаянием, талантом, артистизмом.

Политик Константин Боровой написал:

— А мне нравился Сережа Доренко. Жил все время в эксперименте над собой. Гений. Циник. Журналист.

Журналист, педагог Виталий Третьяков рассказал о Сергее Доренко, которого знал много лет:

— Погиб Сергей Доренко. Звонки, просьбы о комментарии. Что комментировать? Мог бы жить и жить. Я давно и хорошо знал Сергея. Он не стеснялся своего цинизма — не только профессионального. Поэтому и о нем — в его стиле. Если кратко, то он был хулиганом в журналистике — сам выбрал себе это амплуа. Хулиган многих обидит, но кого-то при случае и защитит. Хулиганы и погибают по-хулигански — не в своей постели. Так и случилось...

Мне он то нравился, то не очень. Помню, как нежен он был со своими дочками, когда они были маленькими. И как беспощаден к врагам... Ярко работал — надо было обуздать. Но если бы обуздали, это был бы не Доренко. И в историю не вошел бы... Родным и близким — мои искренние соболезнования.

Известный журналист и телеведущий, вице-спикер Государственной думы РФ Петр Толстой поделился личными воспоминаниями о Сергее Доренко, с которым работал и дружил:

— Ужасная новость в такой светлый праздник — погиб Сергей Доренко. Представить себе, что о Сереге будут говорить траурные речи, невозможно. Он ненавидел фальшь и любую неискренность. Всегда находил в себе силы говорить то, что думал в данный момент, даже если с ним никто не соглашался. Он был важным примером в профессии — примером того, как можно и как иногда нельзя. Он мог быть дворовым хулиганом, а мог — тонким ценителем деталей. Всегда на скорости, которую он любил и в работе, и в жизни. Его драйв на радио завораживал аудиторию. Мы были с ним рядом последние 20 лет, меняя или теряя работу. И могли месяцами не общаться, но всегда знали, что в трудный момент мы поддержим друг друга в любом эфире. Без фальши. Он этого не выносил. Серега. Страшно жаль. Светлая память.

Журналист, издатель Сергей Пархоменко написал очень откровенный и неоднозначный пост:

— Он, конечно, невероятно талантливый был человек, при том умелый. Хотя и злющий, всех вокруг ненавидел. Но даже ненавидел талантливо и умело.
Временами страшно было рядом с ним находиться — во многих смыслах. Иногда страшно интересно, иногда страшно весело, иногда страшно жалко, иногда страшно жарко. Бывало, что и страшно противно. Иногда просто страшно.
В конце концов, хорошо, что он убился на мотоцикле, а не просто умер от старости и одиночества — как другим, может быть, предстоит. Так как-то правильнее по его собственным представлениям о жизни и смерти, мне кажется.

Коллеги Сергея Доренко в своих отзывах на его смерть стараются быть справедливыми в оценке его деятельности и личности. Журналист, редактор Андрей Лошак очень подробно описал его:

— Доренко был очень противоречивой фигурой. Если попытаться описать его одним словом, то я бы сказал «лихой». Когда он впервые появился на телеке в 90-е, помню, мой папа очень точно сказал: «А это что за ковбой?». В голове у Доренко при этом была довольно адская каша из великодержавного шовинизма и пролетарской ненависти к богатым, что парадоксально сочеталось с его долгой работой на Березовского. Он оставался верен себе, лихому ковбою, и от этого внутренне был свободен. В жизни я наблюдал его единственный раз на интервью с Петром Авеном для проекта про Березовского. Это было одно из лучших интервью, потому что Доренко не пытался выглядеть лучше. Он просто куражился перед Авеном — так же, как привык куражиться в эфире. У него для этого было специальное слово, которым он объяснял, видимо, многие свои поступки — «показаковать». Ну вот и доказаковался.

Соведущая Сергея Доренко Тоня Самсонова рассказала о том, как он готовился к эфиру на радио «Говорит Москва»:

— Доренко приходил к утреннему эфиру в пять утра. Он вообще был жаворонок: вставал в четыре, надевал какую-то рокерскую футболку и ехал на работу по пустой Москве. К пяти парковался на Новом Арбате и в 5:15 уже садился готовиться к эфиру. Я поначалу приходила позже. Он приучил меня рано вставать на работу. Надо начинать, пока Москва еще спит. Мы садились — каждый в своем углу комнаты. Он что-то читал и придумывал, как это рассказать в эфире. Тренировался. Когда для всех начиналось утреннее шоу, для него уже была середина дня. Бодрый, он выкручивал пульт радиостудии вверх. Мне казалось, что он готовит самолет к взлету, а не поднимает рычажок микрофона. Ему тоже так казалось. Он начинал реветь мотором: «ДДДоооббррррррроооееее утрррроооо, это РРРРРазворот». Потом были «Говорррит Москва» и другие слова, но всегда утром. Ведущие вообще делятся на утренних и вечерних людей. Доренко был человеком утра. Человеком подъема. Он настраивал на рабочий день, накачивал злобой, бодростью, умом, отвагой, цинизмом. Ненавидел тупых, ненавидел ошибки, ненавидел неточности. Он что-то странное бормотал, пока думал о том, как провести эфир, но прямой эфир вызывал выброс адреналина. Мозг прояснялся: он успевал думать на три шага вперед, мгновенно реагировал, управлял всем разговором и гипнотизировал через радиоволну. Все на гигантских скоростях. Мне кажется, если бы ему предложили выбрать любой день календаря, в который хочется умереть, то он бы выбрал 9 мая.

Журналист, редактор Евгения Альбац простилась с Сергеем Доренко:

— Серега... Ох... Мы не были ни друзьями, ни единомышленниками. Но мы уважали друг друга как серьезных оппонентов. Доренко был талантлив... Мне кажется, он не всегда распоряжался своим талантом так, как он того заслуживал. Но теперь его нет и больше не будет. На этом счеты заканчиваются. Голоса его мне будет не хватать. Соболезнования его родным и близким.

Евгения Альбац — сестра телеведущей Татьяны Комаровой, с которой Сергей Доренко работал в программе «Время». Татьяна Комарова ушла из жизни в 58 лет в 2010 году. Сергея Доренко не стало в возрасте 59 лет.

О Сергее пишут не только коллеги-журналисты, друзья, но и деятели культуры и искусства. Художественный руководитель Театра на Малой Бронной Сергей Голомазов высказал свое отношение к эфирам Сергея Доренко в последние годы его карьеры:

— Сергей Доренко! Пожалуй, единственный, кого я каждое утро слушал с интересом. С большим интересом! Умный, талантливый, остроумный, образованный, злой, живой, кусачий, импровизатор, забияка, аналитик, хам, кукловод, кривляка, тролль, талант... А талант — это редкость, его надо любить... Тоска без него совсем!

Журналистка Елена Караева:

— Сережа был совершенно грандиозным журналистом, фантастическим начальником, всегда прикрывавшим своих подчиненных от гнева властей. При этом была полная свобода действий, и, несомненно, он был великолепным учителем, умевшим раскрыть в своих учениках лучшее. И совершенно потрясающим другом... Из меня, московской интеллигентной тусовщицы, он сделал журналистку.

Читайте также: Стало известно место похорон Сергея Доренко

Новости СМИ2

Михаил Бударагин

Мироздание выработает жесткий механизм против жуликов

Георгий Бовт

Человек, который тоже мог спасти страну

Митрополит Калужский и Боровский Климент 

Педаль удовольствия

Никита Миронов  

Почему москвичи не выбрасывают хлам

Ирина Алкснис

«Как на Западе» — теперь мы произносим без придыхания

Анатолий Сидоров 

Откуда пошла мода на мусорные пакеты в подъезде

Ольга Кузьмина  

Когда люди хуже собак

Река сильнее традиций: правда и мифы о столице и ее жителях

Школьники проведут экскурсии иностранным туристам

Москва — моя! Горожане активно изучают историю своих районов

Читает жизнь как детектив. У каждого историка есть шанс сделать великое открытие