чт 17 октября 06:31
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

Судебный пристав

Судебный пристав

Пять дней с представителем двух властей в одном лице

[i]На северной окраине Москвы, в тихом 2-м Ботаническом проезде стоит двухэтажный домишко. На фасаде под мутным стеклом можно различить облезлые буквы «Бабушкинский район», относящиеся, видимо, к давно минувшим административно-хозяйственным временам. Само здание, впрочем, еще старше: утверждают, будто построили его до войны. Сейчас на обоих этажах ревут-визжат болгарки, гремят молотки, слышится колоритный прорабский матерок. Постороннему обывателю вполне может показаться, будто в дом въезжает крутой арендатор. Но это предположение далеко от истины. Вот по только что уложенной, без перил, лестнице подымается один из хозяев — статный, с роскошными усами, но уже лысоватый мужчина в красивой форме с двумя большими звездами на погонах. Нет, он не подполковник секретного рода войск, хотя из армии уволился именно в таком звании: в минюстовской иерархии его чин зовется «советник юстиции 2-го класса». Владимир Коваленко — второй человек в Отделе судебных приставов Северо-Восточного административного округа столицы. С некоторой натяжкой можно сказать, что Владимир Александрович, занимаясь исполнением судебных решений, олицетворяет в одном лице сразу две ветви государственной власти: и судебную, и исполнительную. Репортер «ВМ» на целую неделю превратился в добровольного биографа пристава Коваленко. Здесь вы прочтете то, что запомнилось за эту неделю больше всего.[/i] [b]День первый. Бизнесвумен [/b] Невысокая шатенка директриса изо всех сил старалась держать себя в руках. Но это ей плохо удавалось. Несмотря на то, что Коваленко накануне предупредил директрису о грядущем аресте имущества, та зачем-то переписала паспортные данные всех понятых и присутствующих заинтересованных лиц, а увидев в моих руках журналистские «корочки», заявила, что напишет «протест против присутствия прессы». В общем-то, директрису понять было можно, и дело не только в солидной сумме взыскания долга. Салон красоты, располагаясь в отнюдь не последнем столичном отеле, работает под престижнейшей международной торговой маркой. Любая огласка коммерческих неприятностей смерти подобна. Раза три заверив директрису в полной лояльности, я согласился исполнить роль понятого. Та недовольно поджала губы. Появился адвокат в модном пиджаке, стал задавать вопросы. Все это время Владимир Коваленко тихонько сидел в углу, изучая дебиторские задолженности, банковские счета, имущественные балансы и прочую бухгалтерскую абракадабру. Потом принялся стучать на хозяйском компьютере, поминутно справляясь о тех или иных особенностях текстового редактора. Так тихо-мирно, в доброте и согласии родился акт об изъятии денежных средств. Перед описью имущества пристав пошел перекусить в столовую. «Уже уходите? — с сожалением спросил он. — Жаль. Сейчас самое интересное будет. Они мне скажут, что вся мебель за долги передана другой фирме, а салон ее только арендует. Я спрошу: чем вы можете это подтвердить? Они, конечно, покажут какие-то документы (подобная форма защиты законна и часто используется). Но документов будет недостаточно: я попрошу доказательства того, что переданы конкретные стулья, столы и диваны. Им надо было нарисовать инвентарные номера. Но этой-то малости они и не успели…» [b]Справка «ВМ».[/b] [i]Еще в допетровской Руси судебные приставы вызывали в суд ответчика и свидетеля, производили по определению суда различные взыскания. В восемнадцатом веке эту должность упразднили, возложив исполнение судебных решений на полицейских. Но полицейские не оправдали ожиданий. Известны случаи, когда из-за несвоевременного вызова в суд истцов, ответчиков и свидетелей разбирательства тянулись годами. Полицейские чины совершенно не были материально заинтересованы в обеспечении явки в суд. Решение о возврате к институту судебных приставов было принято в ходе судебной реформы 1864 года. 20 ноября 1964 г. были приняты Судебные уставы, в основу которых легла организация судов Французской республики.[/i] [b]День второй. Облом [/b] С ТОО «Медведково» — обычного продовольственного магазина — ряд организаций через суд взыскал 289 340 рублей 71 копейку. Добровольно должник платить не стал. Явившись описывать имущество, пристав Коваленко увидел нечто вроде демонстрации: плакаты, нервных сотрудников магазина, а главное — троих сержантов и старлея ближайшего отделения милиции. «Надо бы почитать решение суда, гражданин пристав», — попросили милиционеры. Гражданин пристав протянул бумаги. Старший по званию связался с начальником отделения милиции. Тот быстро прикатил на служебной машине и решил дело по-милицейски быстро: «Госпожа Зотова? — связался он по телефону с принявшей решение судьей. — Тут какой-то недотепа пристав нам революции устраивает, магазину работать мешает. А магазин, между прочим, обратился повторно в суд. Может, не надо пока имущество арестовывать?». «Ну... может, не надо», — согласилась по телефону гуманная судья Зотова. «Вот и все! — радостно расплылся в улыбке главный милиционер. — Идите, господин Коваленко, отсюда, и мы пойдем». [b]Справка «ВМ».[/b] [i]При поступлении на службу судебные приставы принимали специальную присягу, к которой они приводились православным батюшкой (или муллой, если новоиспеченный пристав был мусульманином) на общем собрании судебного органа. Поступившему на службу приставу выдавалось свидетельство с указанием местности, назначенной ему для жительства, а также знак и особая печать.[/i] [b]День третий. Обеденный перерыв [/b] — Что мне нравится в моей работе — так это постоянная новизна, — пуская в потолок клубы табачного дыма, рассуждает вслух советник юстиции второго класса Владимир Коваленко. — В каждом деле находится абсолютно оригинальная мелкая или крупная особенность. Все эти книги в шкафу за спиной — не для красоты, постоянно в них копаюсь. А потом, судебный пристав — это определенный склад характера. После того как нас летом на треть сократили, уволенные в других местах не прижились. Сейчас хотим их обратно взять — люди-то нужны… [b]— И каким же образом народ попадает в судебные приставы? [/b] — Мне, в общем-то, повезло. Лежал на диване, смотрел телевизор, увидел объявление о наборе. Тут же созвонился с начальником отдела на старой работе. Смотрел? Смотрел. Интересно? Интересно. Пошли на прием к главному судебному приставу Москвы. Восемь месяцев работы на рядовой должности, чтобы юридическое образование в памяти воскресить — и вот я перед вами во всей красе… [b]— Старая работа — это… [/b] — Генштаб. Только там я очень мало прослужил. А прежде был заместителем командира танкового полка на Урале… [b]— Выходит, приставом сегодня может стать любой человек с высшим образованием? [/b] — Нет. Но пока у нас нет вуза, который бы выпускал специалистов в экономике, бухгалтерии, праве, юриспруденции «в одном флаконе». Вуз такой, конечно, очень нужен, а нам нынче приходится доучиваться по ходу дела. [b]— Владимир Александрович, у вас, что бы там ни говорили, очень опасная работа. Личное оружие вам положено? [/b] — Нам — нет. Только приставам по охране судов. Хотя сейчас в закон хотят внести изменение, в соответствии с которым нам тоже станут выдавать ПМ. [b]— Сколько дел приходится вести одновременно? [/b] — Примерно семьсот. [b]— ??! [/b] — А что вы хотите? Два года назад на пристава приходилось 18 судебных решений в месяц, в прошлом году — 84. В первом квартале наступившего года — уже полторы тысячи. В США и Франции нагрузка на пристава — 40 дел в год, а у нас 600—1000 —не предел… Требовательно звонит телефон. — Отдел судебных приставов… Ну подождите вы до окончания праздников! Распоряжение о проплате на столе у префекта. Ну не знаю я, когда он подпишет, но скоро… Нет-нет, отключать от электроэнергии нас нельзя… Вот что. Мы тут взыскали в вашу пользу некоторую сумму. Если вы нас от коммуникаций отключите, денег своих не увидите. Просто компьютеры не будут работать. [b]Справка «ВМ».[/b] [i]Судебные приставы получали денежное содержание от государства в соответствии с утвержденными тарифами. Должность судебного пристава приравнивалась к должности чиновника 10-го разряда по 14-разрядной шкале «Табели о рангах Российской империи». Должностные оклады судебных приставов по сравнению с другими должностными лицами были относительно невелики. Однако приставы получали еще и денежное вознаграждение за исполнение судебных решений в соответствии с особой таксой.[/i] [b]День четвертый. Захват [/b] Второй раз в Медведково Владимир Коваленко взял с собой 4 грузовика для вывоза конфискуемых товаров, товароведа-оценщика, слесарей и ответработника РЭУ (последнее — балансодержатель помещения), представителя плодоовощной базы «Владыкино» (для срочного складирования скоропортящихся продуктов) и, на всякий случай, начальника службы собственной безопасности столичного управления юстиции (противники уже запустили слушок, что пристав куплен). Директор Янин ушел в глухую оборону: «Вы разве не слышали, что начальник отделения милиции сказал?». Тут же закрыл все выходы на ключи, у каждой двери выставил по два своих человека. Два часа визитеры сидели в заложниках. Снова ушли ни с чем. Видя такое дело, пристав пустил в ход собственное атакующее оружие. По официальному запросу на место битвы прибыли двенадцать вооруженных офицеров-спецназовцев Главного управления исполнения наказаний (что бы делали вы, пристав Коваленко, останься ГУИН в МВДшном подчинении?). Краткий инструктаж, четкая постановка задачи, спецназовцы блокируют все сомнительные точки. Пристав работает. Примерно через час его просят выйти на улицу: «Учредители хотят переговорить». Выйдя за дверь, Коваленко обнаруживает элементарную «крышу». «Ребята, вам чего?» — «Какие у вас основания?» — «Вот такието. А у вас?» — «Д-да? Ну, ладно». Через несколько минут пристав сталкивается с «крышей» уже… в магазине. Удивленный взгляд: «Эти как сюда проникли?» — и через полторы секунды «учредители» полностью капитулировали перед спецназом. Дальнейшее исполнение судебного решения обошлось без осложнений. Напоследок Коваленко наложил штраф на начальника отделения милиции за чинение препятствий исполнительному производству настолько солидный, что выплачивать его пришлось бы не в одну и не в две зарплаты. «Конечно, я не буду требовать выплаты этого штрафа, — слегка улыбается в усы пристав. — Но пусть хоть так дойдет: мы тоже государство и тоже сила». [b]Справка «ВМ».[/b] [i]После принятия нового Закона «О судебных приставах» не прошло и двух лет, но за этот период удалось сформировать центральный аппарат Департамента Минюста, сформировать службы в 82 регионах, назначить на должности около 12 тыс. приставов. Процент исполнения в прошлом году поднялся до 37 %, а в Москве он еще выше.[/i] [b]День пятый. Эпилог [/b] Закончив прием, пристав Коваленко надевает фуражку и выходит на улицу. Визжат болгарки, гремят молотки, слышится колоритный прорабский матерок. Начальство срочно требует объяснений по одному весьма запутанному делу, в котором ущемленным себя считает мощнейший российский банк. Коваленко садится за руль служебной «Волги» («Машинто нам две штуки выдали, а водителей — ни одного»). Автомобиль не заводится. Ехать надо на другой конец Москвы, на улицу Кржижановского. Приходится ловить такси. Хотя на семьсот рублей оклада не покатаешься… [b]Благодарим за помощь в подготовке материала пресс-секретаря Департамента судебных приставов Москвы Михаила Косачева [/b]

Новости СМИ2

Полина Ледовских

Трудоголиков домашний очаг не исправит

Никита Миронов  

За фейки начали штрафовать. Этому нужно радоваться

Дарья Завгородняя

Чему Западу следует поучиться у нас

Дарья Пиотровская

Запретите женщинам работать

Оксана Крученко

Ради безопасности детей я готова на все. И пусть разум молчит

Екатерина Рощина

Котам — подвалы

Ирина Алкснис

Мы восхищаемся заграницей все меньше