10 любопытных фактов об Илье Эренбурге

Илья Эренбург (1891 – 1967) умер 31 августа в Москве. Писатель Михаил Лезинский вспоминал, что в единственном официальном сообщении о его кончине была указана ложная дата похорон. И только в редакции «Вечерней Москвы», с которой Лезинский сотрудничал, ему подсказали правильную дату. Лезинский поехал на Новодевичье кладбище и застал там огромную толпу, которую сдерживали конная милиция. А что было бы, сообщи газеты правильную дату?

Не каждый писатель в 1930-е годы, находясь в эмиграции, мог регулярно приезжать в Советский Союз и печататься в московских газетах. Не каждый, вернувшись накануне войны в СССР, мог занять место в культурной жизни страны и избежать репрессий. Не каждому дано зажечь праведным гневом миллионы солдатских сердец. Не каждого Гитлер лично распорядится повесить на Красной Площади. И не каждому писателю доводится дать название для целой эпохи (роман «Оттепель»).

«Вечерка» предлагает вспомнить 10 любопытных фактов об Илье Эренбурге.

1. Отец Эренбурга был в 1896 – 1903 гг. директором Хамовнического пиво-медоваренного завода. Завод находился недалеко от дома Льва Толстого. Однажды писатель пришел в цех и попросил показать ему, как варят пиво. Толстой был кумиром маленького Илюши: мальчик уже прочитал «Воскресение» «и подумал, что Толстой знает всю правду». Но встреча удивила и разочаровала его. Во-первых, великий писатель был ростом ниже его отца. Во-вторых, выпив кружку горячего, только что сваренного пива, Толстой вытер рукой бороду и сказал: «Вкусно». Илюша пробовал пиво, и оно ему не нравилось. В-третьих, Толстой принялся рассуждать, что пиво может помочь в борьбе с водкой. «Я ведь был убежден, что он хочет заменить ложь правдой, а он говорил о том, как водку заменить пивом», - вспоминал свое огорчение Илья Эренбург в знаменитых мемуарах «Люди, годы, жизнь».

2. Эренбург учился в Первой московской гимназии. На три класса старше учился Николай Бухарин (1888 – 1938), будущий революционер, советский государственный и партийный деятель. Эренбург и Бухарин еще в гимназии занялись революционной деятельностью. «Бухарчик был удивительно цельной натурой – он хотел переделать жизнь, потому что ее любил», - вспоминал Эренбург.

3. Во время переписи населения 1959 года к Эренбургу пришла молоденькая счетчица. Услышав, что у писателя «незаконченное среднее» образование, она обиделась: «Вы надо мной смеетесь. Я читала ваши книги…». Но Эренбург сказал правду: в 1907 г., в 16 лет, его исключили из 6 класса гимназии за революционную деятельность. С тех пор он не получал никакого систематического образования. Родители отправили его в Париж, и с тех пор начались эмигрантские скитания Эренбурга.

4. В 1921 г. Эренбург за 28 дней написал плутовской роман, принесший ему европейскую известность. Обычно его называют сокращенно: «Необычайные похождения Хулио Хуренито и его учеников» (полное название состоит из 70 слов). Роман написан от лица нищего русского эмигранта по имени Илья Эренбург, с которым знакомится в Париже демонический мексиканец Хулио Хуренито. Хуренито собирает еще шестерых учеников (негра, китайца, француза, итальянца, американца, немца и русского), путешествует с ними из страны в страну и участвует в происходящих там событиях. Он попадает в революционную Россию, где и умирает в 1921 г. в Конотопе, завещав Эренбургу написать его биографию. В романе предсказано истребление евреев в Восточной Европе и на Украине, испытание ядерного оружия в Японии, немецкая оккупация Франции. Роман был издан в Берлине в 1922 г., а на следующий год – в СССР, с предисловием Николая Бухарина. В 1920-е гг роман выдержал несколько переизданий, с 1927 по 1962 гг не издавался. В советских изданиях была выброшена глава «Великий инквизитор вне легенды», в которой содержался намек на Ленина.

5. В 1931 г. Эренбург опубликовал в берлинском журнале очерк «Томас Батя – король обуви» о знаменитом чешском промышленнике, завоевавшем своей дешевой обувью весь мир. Эренбург написал, что Бате удается снижать цены за счет жестокой эксплуатации рабочих и жестких методов управления. Обувной король подал на Эренбурга в суд. Адвокат Бати цитировал на суде роман «Хулио Хуренито», чтобы доказать цинизм Эренбурга, который якобы в свое время служил кассиром в публичном доме. На самом деле этим занимался не автор, а его герой, носивший то же имя. Батя выиграл суд, но вскоре погиб в авиакатастрофе.

6. За те 1418 дней, что шла Великая Отечественная война, Эренбург написал более 2 тысяч статей. Они печатались в «Красной звезде», фронтовых газетах, многие были написаны специально для средств массовой информации Запада. Статьи Эренбурга пользовались на фронте огромной популярностью, они заряжали людей на борьбу. Константин Симонов вспоминал, что в одном из партизанских отрядов в рукописном приказе существовал пункт: «Газеты после прочтения употреблять на раскурку, за исключением статей Ильи Эренбурга». Александр Верт в книге «Россия в войне 1941 – 1945» приводит еще более невероятный факт: партизаны в тылу врага могли обменять пистолет-пулемет на пачку вырезок из статей Эренбурга.

7. Секрет воздействия военных статей Эренбурга был не только в страстности и в жгучих фактах, которые в них приводились (этим отличались, наверное, все статьи военных публицистов), но и в их стиле. Редактор «Красной звезды» Давид Ортенберг говорил, что короткие энергичные фразы Эренбурга звучали «как строфы стихов». Вот пример из цикла статей «Бешеные волки», где представлены портреты фашистских главарей. «Таланта у Гитлера не оказалось, и его забраковали как художника. Гитлер, возмущенный, воскликнул: «Вы увидите, я стану знаменитым!». Он оправдал свои слова. Вряд ли можно найти в истории нового времени более знаменитого преступника». «Гитлер начал с картинок, Геббельс начал с романов (…) сжег на кострах двадцать миллионов книг – он мстил читателям, которые предпочитали какого-то Гейне». Один фронтовик написал в «Красную звезду», что однажды замполит прочитал им статью, не назвав автора, а потом предложил отгадать, кто ее писал. Солдаты в один голос ответили: «Илья Эренбург».

8. Самая знаменитая статья Эренбурга – «Убей!» (Красная звезда, 24 июля 1942 года). Эренбург цитирует письма, найденные у убитых фашистов, где те цинично отзываются о русских пленных и признаются в бесчеловечном обращении с ними: «Я видел, как они ели сорную траву… И подумать, что это – люди…». «Мы знаем все, – пишет публицист. – Мы поняли: немцы не люди. (…) Не будем говорить. Не будем возмущаться. Будем убивать. Если ты не убил за день хотя бы одного немца, твой день пропал (…) Убей немца! – это кричит родная земля». Статья была опубликована в разгар летнего наступления немецких войск на Дону. Эренбург объяснял впоследствии, что целью статьи было развеять остатки наивного отношения советских людей к солдатам вермахта (мол, это просто мобилизованные рабочие и крестьяне, которых Гитлер силой погнал на войну и которые не испытывают ненависти к своим «братьям по классу»).

9. Есть легенда, что однажды Шолохов повстречался с Эренбургом на правительственном банкете и в ответ на тост «За родину!» ехидно спросил: «Это за какую?». То ли намекал на еврейское происхождение Эренбурга, то ли на то, что писатель 32 года провел в эмиграции. Эренбург, не моргнув глазом, отбрил: «За ту, которую продал донской казак Власов». (Власов был уроженцем нижегородской деревни, но во время Гражданской войны служил на Южном фронте во 2-й Донской дивизии).

10. Другая легенда гласит, что Эренбург в 1953 г. написал письмо Сталину в защиту советских евреев от депортации на Дальний Восток (ходили слухи о таких планах). На самом деле Эренбург отказался подписать «Письмо в редакцию «Правды»» видных деятелей культуры науки и промышленности, евреев по национальности, которое призывало к «сплочению всех прогрессивных сил еврейского народа» против «империалистических угнетателей, на услужении которых… реакционные заправилы Израиля», «против еврейских миллиардеров и миллионеров и их сионистской агентуры». 3 февраля 1953 года Эренбург написал письмо Сталину о том, что не стоит поддерживать противопоставление евреев другим народом СССР. Такие призывы могут «укрепить в людях колеблющихся и не очень сознательных националистические тенденции», в то время как национальное «обособление» евреев надо преодолевать.