Главное
Карта событий
Смотреть карту

10 известных цитат из трудов Льва Троцкого

Общество

Троцкого называют "наглядным оправданием революции", "мрачным и кровавым идолом, требующим жертв"; говорят о том, что он был "гениальнее Ленина" и "поразительно похож на черта". Кто же он? Убежденный марксист и блестящий оратор или ярый борец против дела рабочего класса и большевистской партии?

По воспоминаниям современников, появление Троцкого на трибуне встречалось восторженным рёвом. "Каждая эффектная фраза вызывает ураган, сотрясающий окна. По окончании митинга его выносят на руках", - писал о нём Александр Куприн. При этом о его смерти в газете "Правда" сообщалось так: "В могилу сошёл человек, чье имя с презрением и проклятием произносят трудящиеся во всём мире, человек, который на протяжении многих лет боролся против дела рабочего класса и его авангарда – большевистской партии". Парадокс.

Родился будущий "властитель дум" в деревне Яновка Елисаветградского уезда Херсонской губернии в семье крупного арендатора. Образование получил в реальном училище. С 17 лет он состоял в "Южнорусском рабочем союзе", неоднократно арестовывался. В 1902 году Троцкий бежал из ссылки в Лондон, где познакомился с Владимиром Лениным. Сначала он поддерживал идеи меньшевиков (1903) затем выступал за объединение всех фракций (1904), а в 1917 году примкнул к партии большевиков.

Лев Троцкий – один из организаторов Октябрьского переворота. В 1917 году он занимает пост наркома по иностранным делам, а в 1918 был назначен народным комиссаром по военным делам и Председателем Реввоенсовета Республики. Ему принадлежит идея "перманентной", т.е. непрерывной революции. "Социалистическая революция начинается на национальной арене, развивается на интернациональной и завершается на мировой", – вот основная идея Троцкого, ради которой он был готов буквально на всё.

Являясь инициатором возникновения концентрационных лагерей, Троцкий прославился молниеносными кровавыми расправами. Его приказы и речи испещрены словами: "Разрушить до основания и разбросать камни", "Предать смерти до третьего поколения", "Залить кровью и свинцом", "Обескровить", "Додушить", "Испепелить"... Он не только отдавал приказы, но любил расстреливать и собственноручно.

После смерти Ленина в январе 1924 года Троцкий проиграл внутрипартийную борьбу Иосифу Сталину и был вынужден уехать за границу. Там он писал статьи, разоблачающие Сталина, которого считал предателем идеалов Октября и вёл работу по созданию 4-го Интернационала. В 1940 году он был убит испанским коммунистом, который затем удостоился звания Героя Советского Союза. Судьбы всех детей Троцкого сложились трагически. Одна дочь умерла от туберкулеза, другая – покончила с собой. Два сына, Сергей и Лев, были убиты.

Лев Троцкий известен как автор капитальных исторических трудов по истории революционного движения, а также множества публицистических статей и книги воспоминаний "Моя жизнь". "Вечерняя Москва" предлагает Вашему вниманию подборку откровенных цитат из нескольких его работ.

1. "Я умру пролетарским революционером, марксистом, диалектическим материалистом и, следовательно, непримиримым атеистом. Моя вера в коммунистическое будущее человечества сейчас не менее горяча, но более крепка, чем в дни моей юности" ("Завещание", 1940).

2. "Средство может быть оправдано только целью. Но ведь и цель, в свою очередь, должна быть оправдана. С точки зрения марксизма, который выражает исторические интересы пролетариата, цель оправдана, если она ведет к повышению власти человека над природой и к уничтожению власти человека над человеком" ("Их мораль и наша", 1938).

3. "Революция сделала героическую попытку разрушить так называемый "семейный очаг", т.е. то архаическое, затхлое и косное учреждение, в котором женщина трудящихся классов отбывает каторжные работы с детских лет и до смерти. Место семьи, как замкнуто мелкого предприятия, должна была, по замыслу, занять законченная система общественного ухода и обслуживания: родильные дома, ясли, детские сады, школы, общественные столовые, общественные прачечные, амбулатории, больницы, санатории, спортивные организации, кино, театры и проч. <…> Доколе эта задача задач не разрешена, 40 миллионов советских семей остаются, в подавляющем большинстве своем, гнездами средневековья, женской кабалы и истерии, повседневных детских унижений, женских и детских суеверий" ("Преданная революция: Что такое СССР и куда он идет?", 1936).

4. "Рабочее государство уже имеет свои праздники, свои процессии, свои смотры и парады, свои символические зрелища, свою новую государственную театральность. Правда, она еще во многом слишком тесно примыкает к старым формам, подражая им, отчасти непосредственно продолжая их. Но в главном революционная символика рабочего государства нова, ясна и могущественна: красное знамя, серп и молот, красная звезда, рабочий и крестьянин, товарищ, интернационал" ("Семья и обрядность", 1923).

5. "Кто отказывается принципиально от терроризма, т.е. мер подавления и устрашения по отношению к ожесточенной и вооруженной контрреволюции, тот должен отказаться от политического господства рабочего класса, от его революционной диктатуры" ("Терроризм и коммунизм", 1920).

6. "Сталинизм – сгусток всех уродств исторического государства, его зловещая карикатура и отвратительная гримаса" ("Их мораль и наша", 1938).

7. "Я не могу отрицать того, что моя жизнь протекала не совсем обычным порядком. Причины этого надо, однако, искать больше в условиях эпохи, чем лично во мне" ("Моя жизнь", 1929).

8. "Революционеры сделаны в последнем счете из того же общественного материала, что и другие люди. Но у них должны быть какие-то резкие личные особенности, которые дали возможность историческому процессу отделить их от других и сгруппировать особо. Общение друг с другом, теоретическая работа, борьба под определенным знаменем, коллективная дисциплина, закал под огнем опасностей постепенно формируют революционный тип. Можно с полным правом говорить о психологическом типе большевика в противоположность, например, меньшевику. При достаточной опытности глаз даже по внешности различал большевика от меньшевика, с небольшим процентом ошибок" ("Моя жизнь", 1929).

9. "Террористу мы говорим: заменить массы нельзя; только в массовом движении ты мог бы найти целесообразное применение своему героизму. Однако, в условиях гражданской войны убийства отдельных насильников перестают быть актами индивидуального терроризма. <…> В условиях гражданской войны подобный акт был бы и политически вполне целесообразен! Так, даже в самом остром вопросе - убийство человека человеком, - моральные абсолюты оказываются совершенно непригодны. Моральная оценка, вместе с политической, вытекает из внутренних потребностей борьбы" ("Их мораль и наша", 1938).

10. "Но ведь существуют же элементарные правила морали, выработанные развитием человечества, как целого, и необходимые для жизни всякого коллектива? Существуют, несомненно, но сила их действия крайне ограничена и неустойчива. "Общеобязательные" нормы тем менее действительны, чем более острый характер принимает классовая борьба. Высшей формой классовой борьбы является гражданская война, которая взрывает на воздух все нравственные связи между враждебными классами" ("Их мораль и наша", 1938).

Подкасты