Быть главным в жизни

Я шла по улице и разговаривала по телефону. Вдруг меня окликнули по имени. Голос-то какой знакомый, господи... Да. Она. Мира Александровна, учительница английского, классная руководительница — с четвертого по восьмой. Хорошая. И, кажется, совсем не изменилась: темные кудряшки, очки, маленькая сумочка в руках.

Она всегда ходила с такой сумочкой — дамской-дамской, носила в ней всякое: пудру, духи, изящную ручку, которой выводила оценки в дневнике. Наша школа была обычной общеобразовательной, и в ней не было места «лишним» урокам иностранного языка, но мы все же считали себя причастными к английской культуре, читали «топики» про Лену Стогову (помните такую?) и про Ленина в Лондоне... Мира Александровна любила нас.Она узнала меня по голосу. Вспомнила. Я не была ее любимой ученицей. Просто — одной из многих. Из десятков, нет, сотен учеников — за сорок с лишним лет педагогической деятельности.

И вот мы сидим рядом на скамеечке в ожидании автобуса, и она меня расспрашивает, расспрашивает. С жадным интересом: «А как Коля, Коля Сомов? А Аня Осянникова — вы встречаетесь? Вы же дружили». По-моему, она помнила моих одноклассников лучше, чем я. А потом вдруг сказала: «А как вы украсили кабинет к Новому году!» И засмеялась совсем молодым смехом.

А то! Я помню. Нам поручили генеральную уборку, а потом и украсить кабинет, а мы не принесли никаких приличных новогодних украшений, не считая жидкого дождика и хилой гирлянды, но зато нашли босоножки Миры, ими и украсили, подвесив под потолок.

Тогда это казалось жутко смешным. Собственно, как и сейчас... Но как вот она это до сих пор помнит? Я записала ее номер и дала свой. Но так до сих пор и не позвонила, потому что все время дела, все время эти чертовы дела. А может быть, потому что я до сих пор благоговею перед ней — учительницей. Для которой, как оказалось, мы, ученики, самое важное. Если она до сих пор может отличить любого из нас на расстоянии метров эдак двадцать — просто по голосу. Значит, получается, мы самое главное в жизни учителя. И так приятно быть этим главным в чьей-то жизни.

Большое видится на расстоянии. Сейчас мне кажется, что было по-настоящему смешным — украсить кабинет к Новому году босоножками классной руководительницы. Они висели, беззащитные, под потолком — помните, эти длинные унылые лампы дневного света, на которые очень удобно было прикрепить украшение. Дождик, гирлянду, босоножки. Как она тогда отреагировала? По-моему, просто смеялась. Наша любимая Снегурочка, наша учительница, которая не была кнутом, но была пряником. Я, кстати, помню, как поанглийски будет «пряник». Куки... Хотя нет. Куки — печенье. А пряник — gingerbread.

Читайте также: Сборник Екатерины Рощиной «Гештальт» вышел в свет