- Выключить коронавирус

Землякам и врозь не скучно

Более 145 тысяч человек сдали анализы на коронавирус в Москве

Путин спросил вирусологов о возможности сокращения режима самоизоляции

Никас Сафронов пострадал в ДТП в центре Москвы

Москва - путь к Победе! 1941-1945

Главврач больницы имени Давыдовского заразилась коронавирусом

Роструд разъяснил порядок начисления зарплаты с 4 по 30 апреля

Энергоэксперт оценил нефтяной ультиматум Саудовской Аравии к России

В АКОРТ объяснили, что будет с ценами на продукты в России

Протоиерей Смирнов рассказал, как Благодатный огонь передадут в Москву

Работающие в Коммунарке врачи объяснили, почему не боятся коронавируса

В какие регионы России может долететь радиация из Чернобыля из-за пожаров

СМИ: Надежду Бабкину ввели в искусственную кому

«Женщина с бородой»: что известно о погибшем в ДТП блогере Павле Петеле

Как будут отмечать Пасху в 2020 году

Яна Рудковская озвучила годовой заработок семилетнего сына

Землякам и врозь не скучно

Все мигранты разные. Как показывает практика, стараются жить рядом и в то же время отдельно от других узбеки и таджики

ФОТО: Наталья Нечаева, «Вечерняя Москва»

В столице постоянно проживают представители более 160 национальностей. Во многих мегаполисах мира приток мигрантов сформировал китайские, итальянские, арабские кварталы. Подобные слободы (немецкая, татарская) были и в истории Москвы, но в ХХ веке преобладает принцип смешанного расселения. Какой путь развития и почему ближе современной Москве — рассуждают эксперты.

Где работа, там и люди

Хуршеда Хамракулова, член Совета по делам национальностей при правительстве Москвы, председатель совета РОО «Таджикский культурный центр»:

— Если говорить про современных мигрантов, их процент может быть заметно выше в тех районах, где для них есть работа. Например, я живу на границе районов Люблино и Марьино. У нас есть ярмарочный комплекс и вещевой рынок, поэтому в районе много вьетнамцев, киргизов, таджиков. Но какая-то одна национальность все же не преобладает. Потому что для этого нет специфических условий, как, например, было в Париже, где власти бесплатно давали арабам муниципальное жилье, и в итоге возникли целые кварталы. А у нас, повторю, мигранты селятся поближе к месту работы. И такие точки притяжения — по всему городу.

Или: в Москве уже сотни лет живут татары, есть даже улица Большая Татарская и Татарский переулок, но вот многочисленного татарского квартала сейчас нет ни там, ни где-то еще. Люди более-менее равномерно расселены по всей Москве и, вероятно, не испытывают острого желания поселиться вместе. Зачем им это? Именно поэтому не вижу перспективы этнокварталов в Москве.

Они объективно никому не нужны.

У мегаполисов похожие судьбы

Максим Чирков, доцент кафедры политической экономии экономического факультета МГУ:

— Национальные кварталы есть во всех мегаполисах мира, я уверен, это естественный путь развития для всех больших городов. Недавно был в Стамбуле — там они тоже есть, хотя народов у них куда меньше, чем у нас. Почему такие кварталы появляются? Потому что экономика мегаполисов растет, становится более открытой, в большие города приходит бизнес из разных стран. И бизнесмены приводят за собой команду — со своими работать проще. С одной стороны, это хорошо: развивается экономика. С другой стороны, к такому национальному бизнесу возникает вопрос — а платит ли он в полной мере налоги. Плюс подобные кварталы могут, как, например, в Париже, стать плохо контролируемым социальным и географическим пространством, живущим по своим законам. Поэтому, на мой взгляд, формирование подобных кварталов надо контролировать. Пусть они будут и в Москве, но не становятся государством в государстве, а национальный бизнес не ограничивает местный.

Закрытые группы лишь в сети

Игорь Кузнецов, ведущий научный сотрудник Института социологии ФНИСЦ РАН:

— Все мигранты разные. Как показывает практика, стараются жить рядом и в то же время отдельно от других узбеки и таджики. Дело в том, что они — носители мусульманской культуры и давних национальных традиций, которые отличаются от русских. Этим национальностям труднее адаптироваться в Москве. А вот киргизам — проще. Это кочевой народ, привыкший к перемещениям и всегда легко находивший общий язык с другими народами. Русские же, во-первых, всю свою историю имели дело с кочевниками, хорошо их изучили, а во-вторых, перемещаться, переезжать с места на место — это и наша национальная черта. Так что с киргизами у нас больше общего, и они, кстати, интегрируются в московский социум довольно быстро.

Но в любом случае закрытых этнических территорий у нас сейчас нет. Главная причина — в культуре. В Европе все поделено на «своих — чужих»: вот, грубо говоря, наша территория, а вот здесь — ваша. Отсюда арабские кварталы в Париже и турецкие в Берлине. Местные законы в них не очень-то действуют. А в России — все наше. Заходи кто хочет! Но и мы на своей территории можем зайти куда хотим. Так принято. В Москве невозможно представить национальное кафе, куда не пускали бы «чужих». Оно очень быстро закроется. Поэтому «анклавы» в Москве носят исключительно сетевой характер: разного рода диаспоры имеют отдельную территорию исключительно в интернете, активно общаясь в соцсетях и мессенджерах.

Русская бытовая культура поглощает всех

Юрий Московский, председатель Комиссии по миграционным вопросам Совета по делам национальностей при правительстве Москвы:

— В отношении российской столицы надо учитывать такой факт. По данным переписи населения 2010 года, почти 92 процента проживающих в Москве — это русские. Осенью этого года будет новая перепись, но я сомневаюсь, что национальный состав столицы кардинально изменился за десять лет.

Население Москвы растет главным образом за счет мигрантов внутренних. Причем — из регионов Центрального федерального округа. Люди сюда едут потому, что это недалеко и здесь уже есть знакомые земляки.

Если в каких-то районах 3–7 процентов населения — представители одной национальности, и это не русские, корректно ли в такой ситуации говорить о национальном квартале?

К тому же, как показывает практика, даже внешние мигранты довольно быстро становятся «русскими». Во всяком случае, в бытовом плане. Ежедневное общение, интернет, телевидение, российская эстрада — все это на русском языке и в традициях нашей бытовой культуры. В таких условиях, даже если ты не очень хочешь, все равно обрусеешь — окружение способствует!

Я сильно сомневаюсь, что у нас появятся какие-то обособленные национальные территории. Хотя бы потому, что русская культура очень сильна, и ее быстро перенимают представители других народов.

Почему родившийся в еврейской семье Исаак Левитан считается не еврейским, а великим русским художником? А потому что он творил в рамках великой русской культуры! Еврей Левитан — русский. И сын мигранта Ахмеда вырастет русским — живя в Москве и учась в русской школе.

Почему родившийся в еврейской семье Исаак Левитан считается не еврейским, а великим русским художником? А потому что он творил в рамках великой русской культуры  / Wikipedia/Общественное достояние

Почему родившийся в еврейской семье Исаак Левитан считается не еврейским, а великим русским художником? А потому что он творил в рамках великой русской культуры

ФОТО: Wikipedia/Общественное достояние

Мы живем вместе веками, не обособляемся, наши культуры обогащают друг друга. Поэтому говорить сегодня о каких-то национальных анклавах в российской столице бессмысленно.

Селятся там, где дешевле снять квартиру

Константин Апрелев, вице-президент Российской гильдии риелторов:

— Если говорить про некоренное население сейчас, то абсолютное большинство — не владельцы, а арендаторы квартир. Эти люди работают не топ-менеджерами, денег у них мало, поэтому снимают они, как правило, самое дешевое жилье. Это старый жилфонд — хрущевки, брежневки без ремонта и т.д. Вот где такую квартиру приезжие найдут, там и снимают. А такое жилье не сосредоточено все в каком-то одном конкретном районе. Поэтому те же трудовые мигранты живут по всему городу, стараясь также селиться в пешей доступности от метро. За близость к подземке они готовы даже переплачивать или жить по нескольку человек в квартире. При этом надо понимать, мигранты к одному месту не привязаны. Поэтому, чтобы сэкономить время в пути и деньги на дорогу, они селятся по возможности рядом с работой.

В 1990–2000-е годы огромное количество мигрантов, например, жило близ Черкизовского рынка — в районе станций метро «Черкизовская» и «Улица Подбельского» (сейчас она — «Бульвар Рокоссовского»). Но, обратите внимание, как только рынок закрыли, его бывшие сотрудники переместились в другие районы. Вообще, чтобы сформировались четко выраженные, обособленные национальные кварталы, у мигрантов должны появиться высокооплачиваемая работа, деньги на покупку жилья и желание жить вместе. Вряд ли это в обозримом будущем случится.

Читайте также: География дружбы. Сотрудничество с регионами развивает экономику столицы

Новости СМИ2

Коронавирус

в Москве

222 +16 (за сутки)

Выздоровели

5181 +697 (за сутки)

Заразились

31 

Умерли

Александр Лосото 

Вирус или водка — что опаснее

Сергей Хвостик

Футбола нет, а деньги есть

Георгий Бовт

Три ошибки 2008 года, которые нельзя повторить России

Олег Сыров

Готовим дома: «Крылышки Разумовского»

Игорь Воеводин

Вся сила — в руках

Анастасия Заводовская

Что мы возьмем у вируса взамен

Митрополит Калужский и Боровский Климент 

Смирение и любовь Пресвятой Богородицы

Информация в оболочке. Ученые считают, что благодаря вирусам зародилась жизнь

Здоровый образ жизни: квест на выживание

Персональный курс. Медицина будущего должна лечить не болезнь, а человека

Генно-модифицированные продукты: страшный миф или научный прорыв?