Главное
Эксклюзивы
Карта событий
Смотреть карту

Автор

Виталий Карюков
ДЛЯ Ромы это стало большим событием. Долгие месяцы музыкант овладевал профессией дизайнера.Придумывал рисунки, разрабатывал фасоны. Даже изобрел специальный логотип для своей линии.Стиль casual был выбран не случайно. Рома не хотел создавать одежду, в которой можно ездить только в пафосные клубы и на светские рауты.Лидер группы «Звери» придумывал одежду для повседневного использования. При этом он ориентировался на свой вкус и на предпочтения коллег по коллективу. Они, как и Рома, сами носят эту одежду.Одной из отличительных черт коллекции стала ее эксклюзивность – тиражи каждой модели не превышают 200 единиц. Изначально планировалось разместить коллекцию в двух магазинах, один из которых расположен в Москве, другой в Санкт-Петербурге. Но случилось непредвиденное: ребята стали дарить и показывать одежду своим друзьям и знакомым, и новость о ней разлетелась так быстро, что вся московская часть коллекции так и не добралась до магазина! Питерской повезло больше: она благополучно доехала до вешалок и стала доступна жителям и гостям города.– Что тебя вдохновило на создание линии одежды? – Просто желание, мне это прикольно и интересно.– Может быть, тебя не устраивают вещи, представленные в бутиках? – Устраивают, но иногда что-то самому хочется сделать, особенно когда имеешь возможность реализовать свои желания.– Чем ты руководствуешься при выборе одежды? – Настроением, удобством, внешним видом этой одежды.– Почему твоя линия представлена в таком ограниченном тираже? – Чтобы следить за качеством, это же не бизнес. А повышать тираж мы не можем, у нас работает пять человек. Если же нам увеличивать тиражи, это уже будет бизнес, для которого нужна большая компания людей. Я не могу следить за качеством и встречаться с художниками, обсуждать там принты, цвета и т. д. и т. п. Если заниматься этим серьезно, в промышленных масштабах, то нужно посвящать этому очень много времени, которого у меня нет. Я все-таки пою песни… – А ты сам носишь свою одежду? – Конечно, ношу. В основном и делалось все для того, чтобы самому носить эти вещи.– А цены? – Цены варьируется от 1 до 6 тысяч рублей. Есть очень редкие вещи, которых всего 50 штук. Хотя все вещи в своем роде уникальные, таких больше не найдешь, на всю страну 100 маек.Это не 10 000 маек. Половина раздается, половина в магазинах расходится – и все. Это не поточные коллекции, как в Zara, зато невелик шанс увидеть эту же модель на подружке или случайном прохожем. Мы следим за качеством, проверяем каждый шовчик, там ли напечатан принт, из каких материалов, какого цвета он будет.– Как насчет красивой презентации одежды? – Ее не будет. Это было в планах еще в мае, но мы как-то спокойно и тихо выпустили коллекцию, и правильно сделали.Но на сайте я написал, где можно найти вещи, и этого достаточно, мне большая реклама и ажиотаж не нужны, потому что одежды нет реально.Зачем рекламировать то, что трудно найти?
ЛУЧШАЯ подруга Анны Семенович – Анастасия Гребенкина, не так давно стала жертвой грабителей. Анастасия, известная фигуристка и начинающая актриса, снималась на обложку одного из журналов. Все происходило в дорогом ресторане. Гребенкина сняла с себя все украшения и положила их в сумку, в которой лежал еще эксклюзивный телефон, а также документы, права и кредитные карточки. Пока шли съемки, сумка пропала. Домой Анастасии пришлось добираться на такси, а машину отвозить на эвакуаторе, ведь ключи от автомобиля также лежали в сумке. Анна Семенович одной из первых узнала о пропаже. Пока она утешала подругу, раздался звонок. Это был грабитель! Он сказал, что когда стал исследовать украденный мобильник, то первое имя, на которое наткнулся в записной книжке, было Анюта Семенович. – Я стала расспрашивать вора о том, что в сумке, – рассказывает Анна. – Мы договорились, что если я приеду на встречу, то он мне все вернет. Аня приехала на встречу, но из машины не вышла. Уже настроенный на встречу с одной из самых желанных женщин шоу-бизнеса, потерявший всякую бдительность грабитель вдруг увидел, что из машины выходит грозного вида водитель. Деваться было некуда. Поэтому горе-вор просто бросил сумку на дорогу и убежал прочь. Содержимое сумки было не тронуто. Более того, в ней лежала маленькая открыточка с надписью: «простите неудачника вора!» Возвращение потери подруги отметили в любимом ресторанчике. И даже выпили за здоровье горе-грабителя.
13 апреля свой юбилей отмечает Михаил Шуфутинский. Ему исполняется 60 лет. А сегодня он дает по этому поводу большой сольный концерт во МХАТе. В первом отделении Михаил споет песни из самых первых своих альбомов, многие из которых не исполнялись со сцены уже около 20 лет, а затем прозвучат новые композиции, спетые Шуфутинским уже по возвращении из США. А еще певец намерен порадовать своих поклонников новым неожиданным дуэтом: он записал несколько совместных композиций со знаменитым армянским певцом Арташем Асатряном. Вот что поведал о своем новом проекте «Вечерке» сам Михаил Шуфутинский: – Это дуэт с Арташем – сыном ныне, к сожалению, покойного армянского певца Арама Асатряна. Сейчас Арташ, так же как и папа, – один из самых любимых певцов в Армении. Мы с ним в память о его отце записали несколько дуэтных песен. Одна из этих композиций сделана в восточном стиле. Вторая песня под названием «Бродяга» звучит в более современной аранжировке. Могу сказать, что песни получились необычные и интересные, в первую очередь благодаря сочетанию наших голосов. Мой голос очень узнаваем, а голос Арташа дает замечательный контраст. Сейчас Михаил Захарович вовсю готовится к празднованию юбилея, тем более что на торжества в Россию из США приезжает его младший сын Антон с женой и двумя детьми. В этом году Антон впервые покажет семье Москву.
Телеведущая и модельер Маша Кравцова (МариКа) с большой компанией друзей отправилась на Гоа, чтобы на 100% там отдохнуть. – Пляж был потрясающий: там мы играли в футбол. А вечером выходили в город, где передвигались на мотоциклах и мопедах – рассказывает Маша «Вечерке». Единственная экскурсия, на которую выбралась компания, были водопады. – Ехали к водопадам 2 часа на машине, а потом 30 минут на джипе. По ухабам и плохой, непроходимой дороге. Жара на улице была невыносимая, дорога утомила путешественников. И некоторые из компании, включая Кравцову, решились искупаться. Остальных остановило то, что вода была около 10 градусов! Еще ребята впервые в жизни «пообщались» со слонами. Это заключалось в следующем: животное клали в «лужу», глубина воды в которой была по колено. Потом человек садился слону на спину, и животное по команде обливало его водой из хобота. – Команда была созвучна с русским словом: «аэропорт». Я на слона села второй из нашей компании, и все мои друзья, запомнив это слово, хором говорили: «Аэропорт, аэропорт!» Слон на команду реагировал, и я все время была в воде – со смехом вспоминает Маша. – Наши слонихи были двумя молоденькими сестренками: одной 20 лет, а другой 30. Правда, все эти истории – мелочи по сравнению с тем, что Маша, уезжая с Гоа на два дня раньше своих друзей из-за съемок на телевидении, случайно увезла с собой паспорт Паши Воли. Но разрешилась эта история хорошо – Кравцова договорилась, что стюардессы ближайшего московского рейса передадут Павлу его главный документ.
Победой в трех арбитражных судах закончилась тяжба продюсера Евгения Фриндлянда с бывшими участниками группы «Премьер-министр». Полтора года назад ребята ушли от наставника, посчитав, что сами, без Фриндлянда, смогут выступать под ставшим к тому времени звучным названием. Создателя и основателя группы такой поворот дела не устроил, и он вчинил иск трем музыкантам – по $100 тыс. каждому. Год назад участники группы основали ООО «Премьеры», с юридических позиций которого и вступили в длительное разбирательство с продюсером. Зарегистрировавший перед созданием группы ее название на себя, Евгений много раз предлагал бывшим подопечным решить спор в досудебном порядке, однако музыканты никак не хотели идти на мировую. Тот факт, что каждый из них подписал в свое время контракт, а также то, что на протяжении процесса они не раз меняли свою позицию, убедило судей трех инстанций в правоте Евгения Фриндлянда. Хлопнув дверью, «премьеры» принесли немалые убытки бывшему руководителю, который убеждал их отработать хотя бы запланированные концерты. Поэтому суд обязал каждого из троих музыкантов выплатить продюсеру почти по 2,5 млн рублей.
Фигуристка Анастасия Гребенкина, известная телезрителям по проекту «Танцы на льду», а также по передаче «50 блондинок», оказалась перед сложным выбором. Дело в том, что Гребенкиной придется… раздвоиться. В прошлом году спортсменка завершила съемки в телевизионном историческом фильме с рабочим названием «Звезда империи», который посвящен жизни легендарной балерины Матильды Кшесинской. Анастасии досталась не главная роль, но очень важная – императрицы Марии Федоровны. Для съемок ей пришлось перекрасить волосы в темно-русый цвет. Потом Гребенкиной предложили участие в передаче «50 блондинок». Таким образом, ей пришлось резко вернуться к своему натуральному светлому цвету волос. Но сразу после Нового года Гребенкиной поступило новое предложение о съемках в фильме. На этот раз образ ее экранной героини – взбалмошная, высокомерная красавица-брюнетка с модным коротким каре. – Предложенная мне роль очень интересная, но я оказалась в затруднительном положении. Если я перекрашу волосы в темный цвет и сделаю короткую стрижку, я буду просто неузнаваема! А как же в таком случает проект «50 блондинок», который еще долго будет идти по телевидению? – говорит Анастасия Гребенкина. Пока актриса попросила режиссера фильма перенести ее съемочные дни на несколько месяцев. Если это станет возможным, Гребенкина приступит к съемкам летом. А если же нет, ей придется отказаться от участия в картине. Ведь сейчас Анастасия просто обязана доказать мужчинам-скептикам, что натуральные блондинки ничуть не уступают им в интеллекте и эрудиции.
Актер Театра Армена Джигарханяна Вадим Медведев («Зона», «Трюкачи», «Вся такая внезапная») сыграет вместе с Моникой Беллуччи в фильме Софии Копполы. Такое предложение поступило Медведеву совсем неожиданно во время его пребывания в Италии. Актер работал в Риме на корпоративном мероприятии, где его заметил агент режиссера Копполы. Изначально он решил, что Вадим – итальянец и был очень удивлен, что это не так. Ведь именно на его итальянскую внешность агент прежде всего обратил внимание. Кстати, о роли: наш российский актер будет играть по всем законам жанра итальянского мафиозо, мужа героини Моники Беллуччи. Это одна из центральных ролей в картине. – Для меня это настоящий шок! – признался Вадим Медведев. – Играть в фильме всемирно известного режиссера, да и еще с такой актерской командой – это огромное счастье и мечта любого актера. Я до сих пор до конца поверить не могу. Ведь такой шанс в карьере дается не каждому и не каждый день.
Вернувшийся из традиционной поездки в Шарм-Эль-Шейх Борис Грачевский похвастался нашему корреспонденту, что обзавелся в Египте «вторым распухшим яйцом Фаберже», а попросту говоря – ночником яйцевидной формы, склеенным из кусочков цветного стекла. Но целью вояжа режиссера был все-таки не шопинг, а отдых, который он с большим удовольствием провел в шале – бунгало на берегу залива Наама-Бей. – Накупался в Красном море так, что аж уши мерзли, – поделился чудесными впечатлениями Борис Юрьевич. – Но самым захватывающим были ощущения, когда потрясающей красоты рыбы, которых я кормил с руки, делали мне в этот момент пилинг – пощипывали не только кусочки хлеба, но и мою руку. Не обошлось и без «боевого» трофея из страны пирамид – шкуры шестиметрового питона серебристо-коричневатого цвета, которую создатель «Ералаша» повесил в своей московской квартире. – Терпеть не могу змей, – признается режиссер, – но мертвый питон радует и вызывает у меня благодушие оттого, что он уже никого не съест.
Немецкая фирма выпустила именные сигары Вилли Токарева, которые так и называются – «Дон Вилли». Как-то на одной презентации музыкант познакомился с бизнесменом из Германии Константином Босснером. За разговором предприниматель угостил певца сигарой. В ответ Вилли подарил деловому человеку несколько авторских компакт-дисков, восхитившись необычайным ароматом его сигары и рассказав бизнесмену, что и сам является их ценителем и любителем. Оказалось, что бизнес Константина – выпуск эксклюзивных сигар высочайшего класса, которые производят на табачной фабрике в Доминиканской Республике. Через два месяца Босснер позвонил певцу и рассказал, что отвез его пластинки на табачную фабрику, и песни музыканта так понравились латиноамериканцам, что они, почувствовав в нем ценителя сигар, предложили выпустить именные сигары Вилли Токарева. Как поведал «Вечерке» сам Вилли, курить сигары (больше певец не курит ничего) он начал более 17 лет назад, еще в Америке, когда работал водителем такси. Один из пассажиров угостил его гаванской сигарой. У музыканта в репертуаре есть даже песня «Сквозь дым мечтательной сигары». Там же, в США, он был завсегдатаем престижного сигарного клуба. – Очень приятно, что мне выпала такая честь, – признается певец. – Тем более что единственным композитором до меня, в честь которого выпускались именные сигары, был легендарный Ян Сибелиус. Кстати, по качеству доминиканский табак превосходит даже знаменитый гаванский. И это для меня настоящий подарок. А подарки, по словам Вилли Токарева, он получает постоянно. Так, недавно ему подарили кальян эксклюзивной работы. А когда он впервые приехал на гастроли в СССР в 1989 году, его просто задаривали всем, чем только можно. Столовое серебро, золото, книги, посуда, мебель… Для того чтобы вывезти все это обратно в Америку, понадобился бы Пульмановский вагон. Поэтому все эти вещи певец подарил своим московским друзьям. – Однажды в Ленинграде во время этих гастролей на сцену переполненного спортивно-концертного комплекса вышел человек и повесил мне на шею огромный золотой крест с цепочкой, – вспоминает Вилли Токарев. – Я тут же крикнул в зал, что это мое «второе крещение». В другой раз во время выступления в Хамеровском центре зритель сунул мне в руки какой-то сверток. Когда после концерта я его развернул, пианистка, присутствующая при этом, упала в обморок: там были даже не пачки – стопки денег.
20 лет исполняется группе «На-На». К своему юбилею музыканты подготовили новую концертную программу «Шок-Шоу». А на днях в адрес коллектива пришла благодарность (с приглашением на гастроли) от правительства Болгарии – за выступление «нанайцев» на гала-концерте в Национальном дворце культуры Софии перед президентами Владимиром Путиным и Георгием Пырвановым. Артисты оказались единственной поп-группой, вошедшей в нашу официальную делегацию. Выступление прошло на ура. Тем более что песню «Моя Болгария» музыканты спели на болгарском языке. – Сейчас в составе группы – Владимир Политов, Павел Соколов, Вячеслав Жеребкин и Ярослав Стаховский. Все ребята одинаково талантливы, но по характеру очень разные, – разоткровенничался с «Вечеркой» Бари Алибасов. – Например, Паша Соколов по гороскопу Овен, и поэтому страшно упрямый, со своими «тараканами» в голове. Однажды в Мексике, где мы были на гастролях, он мылся в душе… минеральной водой. Кто-то сказал, что вода может быть инфицирована, и он никак не желал ею пользоваться, пока мы ему ящик минералки не купили. Вообще, мои музыканты – народ довольно привередливый. Я люблю пробовать все, что приготовлено на улице: рис в казанах, шаурму, еще что-нибудь. А ребята – им рестораны подавай. Ну вот мы и сходили однажды в ресторан в Париже, основанный аж в 1584 году. Весьма известное заведение, в котором обедал еще Александр I. Отобедали и мы… на 15 000 долларов. Именно столько мы заплатили за жареную утку – мне кусок в горло не лез. Неужели, думаю, она из чистого золота? Зато когда принесли омлет с грибами, не то что есть – дышать было невозможно. Паша, который сидел со мной рядом, стал подозрительно от меня отодвигаться и зашептал мне: «Надень ботинки!» Но дело оказалось не в моих носках – этот аромат исходил от тех самых грибов. А сейчас вот нам предстоит ехать в Болгарию. И у Паши уже приготовлены все таблетки: от «живота», от инфицированной воды и всего, что только может отравить жизнь».
– То, во что я одета, всегда зависит от настроения. Если хочу выглядеть «по-взрослому», то выбираю что-нибудь элегантное, светское. А когда настроение игривое, подойдет и короткое платьишко с рюшечками и оборочками. Сегодня хочется юбочку надеть, завтра брюки или джинсы, а послезавтра – пиджачок. Но в целом мой стиль можно назвать спортивным гламуром. Дома могу ходить в спортивном костюме, джинсах с футболкой, а то и вообще в банном халате. Люблю баловать себя покупками. Недавно приобрела лакированные ботильоны леопардовой расцветки на каучуковой белой подошве и таком же каблуке. Забавным оказалось то, что эти английские ботиночки шьют в Лондоне русские девочки-дизайнеры. А будучи в Дублине, купила в универмаге вязаную ярко-фиолетовую сумочку с лакированными вставками. Это один из моих любимых цветов, но также мне нравятся черный, белый и синий. Еще люблю пастельные тона. Красные вещи в моем гардеробе есть, но их немного, и это, скорее, детали, которыми можно разбавить общий ансамбль. Неравнодушна я и к аксессуарам: бижутерии, ювелирным украшениям и прочим приятным мелочам. Стараюсь не отставать от моды и приобретать понравившиеся вещицы, когда выезжаю куда-либо за рубеж на отдых. А ездим мы с мужем в самые разные страны: в Норвегию, в Италию – на горнолыжные курорты, на Бали или на побережье во Францию – покататься на доске по волнам. Люблю Лондон, Амстердам, Дублин, а вот Париж меня не впечатлил – в Москве все-таки лучше. К слову, дома я убираюсь сама. У всех моих подруг этим делом давно уже занимаются домработницы, а для меня хлопоты по хозяйству – одно удовольствие. Каждый выходной у меня уборка, стирка, глажка. И муж, кстати, такую заботу ценит, понимая, что чистые рубашки в шкафу не растут. Он мне часто дарит подарки, недавно вот преподнес навороченный многофункциональный айподтач-скрим. Но большинство вещей я все же покупаю сама. В этом смысле меня вообще нельзя отпускать в поход по магазинам: могу за один раз оставить там весь месячный семейный бюджет. Но Алексей никогда не возмущается и говорит, что такие траты лишь укрепляют наши супружеские отношения.
Светский бомонд, пришедший на жемчужную свадьбу композитора Александра Журбина и поэтессы Ирины Гинзбург, одаривал юбиляров подарками и говорил в их адрес высокие и лестные слова. Гости пили и закусывали, закусывали и пили… Одним из первых поспешил поздравить виновников торжества Игорь Смолин, в чьем издательстве вышла новая книга Ирины Гинзбург-Журбиной. Он подарил им две фарфоровые статуэтки. – Они напоминают о молодости, – признался «Вечерней Москве» сам Александр Журбин, – о том, какими мы были 30 лет назад – изящными и красивыми. Впрочем, такими же, надеюсь, остаемся и сейчас, в день нашей жемчужной свадьбы. – Вообще, мы с Сашей не очень любим жемчуг, так как он, говорят, к слезам, – признается Ирина. – Поэтому мы просили друзей не дарить ничего жемчужного. А муж преподнес мне роскошный изумрудный набор. Марк Розовский подарил «новобрачным» шикарное постельное белье. Светлана Конеген – изысканный чайный сервиз. Олег Морозов – великолепную вазу из эмали и золота. Телеведущий Алексей Пушков – скульптуру двух влюбленных. Федор Чеханков – коллекционное французское белое вино. А Сергей Проханов – 31 розу с намеком, что семейная жизнь после 30-летнего брака не заканчивается. Прямо с самолета примчался на вечеринку художник Никас Сафронов. Он вручил Журбиным свою картину и маленький презент из Франции, откуда только что прилетел, – бутылку французского коньяка в виде Эйфелевой башни. После многочисленных поздравлений пришло время полакомиться, как говорится, чем Бог послал. А послал он в тот вечер масляную рыбу и лосось холодного копчения, рулеты из морепродуктов с фисташками, немецкие колбаски, буженину и прочие «разносолы». Столы ломились от яств и напитков, от запаха ароматных булочек кружилась голова, и слюнки у гостей текли рекой. А на сцене продолжались выступления. Ирина Гинзбург-Журбина пела песни из альбома «Вот Теперь Какая Я!», написанного в соавторстве с супругом. Аккомпанировали ей сам Александр Борисович и сын Лев, который специально приехал из Америки вместе с женой Инной. Иосиф Кобзон, подаривший юбилярам роскошное элитное шампанское и книжный стеллаж красного дерева с полками для фотографий, тоже порадовал гостей небольшим концертом. А организатор вечера Любовь Воропаева объявила о том, что чете Журбиных-Гинзбург присвоен пожизненный почетный титул «Золотая персона» – один на двоих. – Мы давно дружим с Александром Журбиным. Он играл в команде знатоков клуба «Что? Где? Когда?», а я был ее капитаном, – рассказал корреспонденту «ВМ» Михаил Барщевский. – Выяснилось, что у нас куча общих знакомых и чуть ли не родственников. Часто они с Ирой приезжали к нам на дачу. И зная, что Журбин жить не может без клавиш, мы с женой специально купили для него музыкальный инструмент. Однажды он по памяти играл арию Ленского, а Коля Басков, тоже по памяти, ее пел. Между прочим, Ира Гинзбург-Журбина стала моей крестной в литературе. Именно она, прочитав мои первые вещи, сказала, что я должен обязательно их издавать. – Когда-то в юности мы написали с Журбиным песню, которая прозвучала в фильме «Приморский бульвар», – вспоминает поэт Владимир Вишневский. – А сегодня у нас есть целая программа «Трио на аркане» (Журбин, Вишневский, Арканов), с которой мы выступаем в России и по всему миру. Иногда все вместе мы разыгрываем Иру – человек она чистый и простодушный, и делать это легко. Кстати, Владимир Вишневский подарил супружеской паре символические счеты с сердечком и гравировкой «Ты у меня одна» – так называется его стихотворение, посвященное «новобрачным».
Известный поэт Илья Резник самым благородным образом разнообразил свое творчество. Как рассказал «Вечерке» Илья Рахмиэлевич, по благословению Патриарха Алексия II он написал серию стихотворных молитв. На этот необычный шаг, по словам мэтра, его сподвигло стремление повысить морально-духовный уровень соотечественников: – Все началось, когда я написал песню о Рождестве, которую исполнили на Патриаршей елке в Кремле сестры Толмачевы. После чего был обед, на котором я читал свои стихи для иерархов, и мы много беседовали. В результате из-под моего пера через некоторое время и вышли эти молитвы. Надо заметить, что в церковных кругах эту духовную поэзию Ильи Резника с легкой руки одного из иерархов Русской православной церкви уже окрестили «Евангелием от Ильи». Если вспомнить слова одного из его коллег по творческому цеху, провозгласившему, что «Резник пишет золотом по мрамору», комплимент не кажется таким уж преувеличением... Еще интересно, что теперь соавтором Ильи Резника стал его взрослый сын Максим, профессиональный журналист. Вместе они написали пьесу «Черная уздечка белой кобылицы», премьера которой недавно с большим успехом прошла в Театре сатиры.
СЮТКИН ОДЕЛ СЕМЬЮ В САРИ, А МАЛИКОВ ПОЙМАЛ РЫБУ-ПАРУС Вместе со своими семьями провели отпуск на Мальдивах Дмитрий Маликов и его сестра Инна. «Фишкой» приятного времяпрепровождения на архипелаге оказалась, конечно же, рыбалка. Выйдя в океан, Дмитрий с друзьями поймали барракуду и двухметровую рыбу-парус. А дочка певца Стеша и племянник Дима – по две рыбины. Причем сынишке Инны удалось выловить красивую и редкую ред-снепр. Не остались без «улова» и Инна с Леной Маликовой. Жена певца присмотрела себе платок с национальной вышивкой и украшения из массивных самоцветов, Инна – оригинальные парусиновые плетенки – набор домашних шкатулок. В свою очередь, Дима-младший привез с Мальдив множество ракушек для поделок. А его знаменитый дядя приобрел местную настойку на травах, обладающих целебными свойствами. В отличие от Маликова его близкий друг и коллега певец Валерий Сюткин посетил с семьей Гоа, где сейчас тепло, а температура воды +28 градусов. Так что наслаждаться было чем, в том числе и шопингом. «На базаре с нами случился казус, – поделился с нашим корреспондентом Валерий. – Мой друг случайно задел и уронил какую-то статуэтку, которая разбилась. Живо представив себе возможную реакцию торговца, я тут же достал 100 рупий и предложил ему в качестве компенсации. Но тот благородно отказался, видимо, не желая обострять отношения с русскими туристами, которые оставляют сейчас на Гоа немалые деньги». Дочке и жене Валерий приобрел на восточном базаре по старинному колечку с изумрудами, а также сари и парео. Так что обе Виолы, младшая и старшая, остались довольны.
Большой неприятностью чуть не закончился новогодний вояж Олега Газманова в Австрию. Певец традиционно отправляется в эту страну в начале января, чтобы покататься на горных лыжах. В этот раз отдохнуть на альпийских склонах отправилось все семейство Газмановых: жена Марина, сыновья Родион и младший Филипп, а также совсем еще кроха дочка Марианна. В один из дней Олег, опытный горнолыжник, не «подрассчитал» траекторию спуска и оказался выброшенным с трассы. Каково же было его изумление, когда, встав и оправившись от падения с откоса, он увидел, что голова его находится всего в нескольких сантиметрах от ствола огромной сосны. По словам певца, это обстоятельство произвело на него настолько сильное впечатление, что кататься в дальнейшем он собирается только в горнолыжном шлеме, хотя до сих пор делал это без него. – Хорошо еще, что падения не видела жена, – признался певец корреспонденту «Вечерки». – Вообще Марина является единственным человеком в нашей семье, которая не очень любит кататься по горным спускам, хотя и делает это – отдыхаем-то мы все вместе. Поэтому можно сказать, что человек она самоотверженный. Зато остальные члены семьи гоняли на лыжах по полной программе. И Родион, и даже четырехлетняя Марианна, которая впервые встала на горные лыжи и очень хочет научиться кататься по-взрослому, чтобы иметь возможность совершать спуски вместе с папой. А пока завидует Филиппу, который с удовольствием гоняет по трассам разной сложности. Отдыхая на горнолыжном курорте, Олег не только поставил дочку на лыжи, но и успел написать несколько песен для своего нового альбома: «Семь футов под килем», «Паруса», «Лед и пламя» и другие.
Сегодня в Лужниках – совсем не спортивная премьера. Знаменитые братья Запашные представляют здесь свое грандиозное новогоднее шоу – с ангелами, парящими над ареной, акробатами, чудо-богатырями и, конечно же, хищниками, которые, как всегда, будут гвоздем программы. Наши цирковые звезды на этот раз замахнулись на целый стадион, причем билеты на представление, которое продлится до Старого Нового года, уже почти распроданы. …Попугаи, как заправские гимнасты, кувыркаются, катаются на роликах, играют в баскетбол и, словно рикши, возят друг друга в маленькой тарантайке... Три воздушных акробата – братья Мещановы, выстраивают из собственных тел на высоте 17 метров колонну, стоя вверх ногами безо всякой страховки. Братья Запашные скачут на львах, поднимаются им на плечи, «летают» вместе с тиграми над стадионом, но все это – ничто по сравнению со «смертельным номером», когда Эдгард и Аскольд вдруг выводят тигра… в зрительный зал. Накануне премьеры «Вечерка» поинтересовалась у Эдгарда Запашного, в чем необычность их шоу. – Во-первых, масштаб – за последние 15 лет у нас в цирке не было ничего подобного. Я вам больше скажу: на стадионах мы с братом вообще работали только за рубежом. А сейчас решили сделать это здесь. Продюссирует программу наша мама, Татьяна Васильевна Запашная, которая взяла на себя большую часть организационных хлопот. Конечно, затраты – и финансовые, и физические, и моральные – были очень большими. Но мы прекрасно понимали, на что идем. Подготовка к шоу началась больше года назад, когда началась закупка дорогостоящей техники. Это четыре мощные лазерные установки, серьезный звук и свет, в том числе заливной, сканеры, два гигантских экрана, пиротехника, аппаратура для всевозможных эффектов, таких, как мыльные пузыри и различного рода дым – тяжелый, легкий, рассеивающийся и так далее. Тогда же начались репетиции и работы по оформлению программы. А вот что получилось в результате – судить зрителям. Надеемся, им понравятся уникальные номера, которые мы подготовили специально для этой программы: трюки акробатов, работу с животными – Елены Бараненко с попугаями и Елены Петриковой с собаками, ну и, конечно же, выступление с хищниками. Вообще люди обычно очень тепло воспринимают цирковые номера, недаром к нам приходят целыми семьями: и дети, и старики, и мамы-папы…. В цирк идут не только за удовольствием, эмоциями и восторгом, но и за ощущением волшебства, чуда, которого мы ждем всегда. А под Новый год – особенно.
Рождественские балы в начале века устраивались на самые разные темы: розовый бал, бал пудренных париков или игральных карт. При этом каждому балу соответствовал свой наряд. В последнее время все большим успехом пользуются вещи из бабушкиных сундуков, которые мы с удовольствием примеряем накануне новогодних праздников и балов-маскарадов. Подчас мы действительно незаслуженно забываем о том, что все элегантное, оригинальное и красивое придумано еще задолго до нас. Как же раньше отмечали в России новогодние праздники? Об этом корреспондент «Вечерки» беседует с известным историком моды Александром Васильевым. – Александр, можно ли сказать, что ретростиль – тема в наше время беспроигрышная? – Она беспроигрышна в любое время и никогда не выходит из моды. Просто мы всегда выбираем из прошлого какой-то один аспект, который не обязательно направлен на определенную эпоху. В моде сегодня могут быть и вещи самого начала прошлого столетия, и 20-е годы, и 40-е, и 60-е, и так далее. – Какими же туалетами блистали на новогодние и рождественские праздники, скажем, до революции? – Вообще рождественские обычаи с их неизменными елками были привезены в Россию только в 1700 году Петром Первым из Голландии и Германии. А вместе с ними пришла и мода на рождественские балы и маскарады. И модными на них в XVIII–XIX веках были золотые и пунцовые цвета, а также сочетание желтого с черным. Рождественское бальное платье, как правило, декольтированное, шилось из тканей яркого и совершенно белого цветов. А на руки надевались длинные перчатки. В отличие от зрелых дам девушки довольствовались нарядами более нежных оттенков, так как кричащие расцветки их туалетов не приветствовались. В руках женщины могли держать небольшой букетик свежих цветов. Еще цветы прикладывались к изящно уложенной прическе. – А мужчины? – Кавалеры, как правило, приходили на рождественский бал в черной фрачной паре с белым жилетом, черном галстуке и белых лайковых перчатках, которые снимались только за картами или ужином. Военные – обязательно в мундирах. Рождественские балы устраивались на самые разные темы. Например, розовый бал, бал пудренных париков или игральных карт. Ну и, конечно, одними из самых знаменитых были русский бал в Зимнем дворце 1903 года и бал у графини Клейнмихель в 1914 году. Кроме того, люди делали визиты в присутственные места: в Благородное или Дворянское собрание, Офицерские или Купеческие клубы. Балы-маскарады устраивались и для детей. И здесь можно вспомнить старинный рождественский обряд колядования, который начинали дети. Они ходили из дома в дом и пели под окнами колядки, поздравляя людей со Светлым праздником Христовым. При этом их обязательно нужно было одаривать конфетами и сладостями. Модными были также святочные гадания: на суженного, на сон, на имя. И способов было великое множество. Гадали на кофейных зернах, воде, зеркалах, угольках, кольцах, хлебе и крючке… Даже на книге, полотенце, ступеньках и луковице. – Как встречали Рождество? – Рождество – прежде всего семейный праздник, и так было во все времена. К нему очень долго и тщательно готовили подарки, часто самодельные. Дети что-то рисовали, клеили и лепили – из папье-маше, глины, бумаги, ваты. Затем упаковывали все это в специальные коробки и кулечки. Ребятня тогда была уверена в том, что Дед Мороз обязательно оставит им подарок в… чулке. Поэтому дети оставляли под елкой пустые чулки, а наутро находили там записочки – кому и что предназначено. Елку выбирали всей семьей и украшали ее исключительно самодельными игрушками. Это могли быть шары, грибочки, шишечки из воска или поделки из фольги. Наряжали елку и съестными украшениями: яблоками, орехами, пряниками и прочими сладостями. Не зря существовала традиция обрывания подарков, называлось это «ощипать елку», что происходило к пущему восторгу детворы. Бывали случаи, когда особо богатые купцы, чтобы показать размах своего богатства, развешивали на верхних ветвях елки серьги, кольца и перстни. – Что подавали к праздничному столу? – Не забывайте, что это было окончание поста. В это время на столе было вдоволь блюд из круп: запеканки, овсяные блины, крупеники… А также рыба: лосось, осетровые, треска, которую издревле завозили в Москву. Особым блюдом во время рождественских святок был непременный «кесаретский» поросенок. Кроме того, компоты с варениками, пшеницей и прочими крупами, овсяный кисель. И, конечно, «богатая» кутья, в которую добавляли грецкие орехи, миндаль, сливки. Вообще, рождественский стол отличался редким обилием и разнообразием. То была чудная еда: заяц в сметане и гусь с яблоками, петух в лапше и курица, фаршированная в изюме, бараньи ножки, начиненные яйцом, и фаршированный свиной желудок, дичь, холодец, заливное… Пироги не только с мясом и рыбой, но и горохом, репой, солеными огурцами, мозгами, маком, кашей. Причем пироги тоже были разные: кулебяки, расстегаи, лодочки, шанежки, колобки, курники. К чаю подавали бублики, крендели, хворост и другие сладости. – В то время все, наверное, отправляли друг другу поздравительные рождественские открытки. – Да, и первые из них пришли к нам в Россию из Англии в конце XVIII века. Долгое время их печатали в Германии. А с конца XIX века их издавала уже община Святой Елены. И именно тогда рождественские открытки стали настоящими произведениями искусства. Потому что в их создании принимали участие такие выдающиеся мастера, как Бенуа, Рерих, Билибин, Маковский, Бакст… Кстати, в моей личной коллекции есть серия, которая называется «Рождественская мода». – А можете ли вы рассказать о модных тенденциях, которых необходимо придерживаться в наступающем году? – Сейчас самые актуальные цвета – это лиловый и все оттенки фиолетового. Дамам можно предложить вещи довольно закрытые, приталено-расклешенного силуэта. Обязательно непрозрачные колготки, желательно черные. И к ним хорошо подойдет лаковая обувь на платформе и лаковые же пояса. При этом брюнетки побеждают блондинок, которые в следующем году постепенно выходят из моды. – Есть ли простые, но эффективные правила, придерживаясь которых, женщины будут выглядеть в Новом году элегантно? – Никогда не смешивайте одновременно более трех цветов в своем наряде – одежде или аксессуарах. Не открывайте одновременно грудь и ноги – выбирайте что-нибудь одно. И думайте не о том, что можно добавить к своему наряду, а о том, что можно снять. Тогда вы и будете выглядеть красиво и элегантно. И запомните, что меньше – это всегда больше. Счастья вам и любви! С Новым годом!
Под занавес уходящего года в Московском Международном доме музыки пела Любовь Казарновская. Это был первый и единственный за долгое время ее сольный концерт в Москве. В преддверии европейского гастрольного тура с программой «Мой XX век» прима встретилась с корреспондентом «Вечерки». – В вашей программе – музыка Сергея Прокофьева и Рихарда Штрауса, Де-Фалья и Сергея Рахманинова, Франсиса Пуленка, Джакомо Пуччини, Джорджа Гершвина… Причем вы исполняете произведения этих великих композиторов на шести языках. Это творческая необходимость? – Можно сказать и так, потому что, кроме русского, немецкого, английского и итальянского, есть еще и языки, на которых я не говорю, но пою. Например, испанский или французский. Вообще, это одни из моих самых любимых авторов, которые жили примерно в одно и то же время, на стыке веков – в основном до 20–40-х годов прошлого столетия. Эти композиторы совершили настоящий прорыв в музыке. – В вашем певческом репертуаре и оперы, и оперетты, и романсы, и шансон… Не мешает ли такое разнообразие жанров сосредоточиться на чем-то главном? – Это еще не все. Как раз на этом концерте я выступала с ансамблем «Эрмитаж» в качестве не только певицы, но и немного дирижера. Музыканты уже шутят, что я освоила очередную смежную профессию. – На днях в залах Музея современного искусства открылась выставка знаменитого фотографа-портретиста Жана-Даниеля Лорье, который выбрал вас одной из своих героинь. Часто ли такое творческое сотрудничество перерастает в дружбу? – Не часто. Потому что известные деловые люди сегодня очень «закручены». Жизнь расписана по минутам, и даже дружба их, как правило, носит сугубо деловой характер. Просто посидеть с ними и поболтать о ничего не значащих вещах уже не получается – все только по делу. Редко бывает, чтобы эти отношения перешли в дружбу. Именно поэтому для меня творческое сотрудничество с Жаном-Даниелем Лорье дорогого стоит. Вообще это легендарный французский фотографпортретист, который уже полвека сотрудничает с ведущими глянцевыми журналами и домами моды. Он работал с Жаком Шираком, князем Монако Альбером, принцессой Стефанией, Фрэнком Синатрой, Изабель Аджани, Клаудией Кардинале и многими другими великими людьми. – В самый пик карьеры вы пошли на то, чтобы родить ребенка. Не было искушения пожертвовать счастьем материнства ради творчества? – Хотя в то время я была по рукам и ногам связана контрактами, я была бы, наверное, самым несчастным человеком, если бы отказалась от ребенка. Знаю, что такую глупость совершают многие мои коллеги, но потом они кусают себе локти. Ведь это и есть счастье – дать жизнь другому и продолжить в нем себя. Сейчас мой сын очень увлечен музыкой барокко, и несмотря на свои 15 лет он очень серьезный мой критик. Его взгляд и слух еще не замылены, и он очень точно реагирует на звук. Так что я к нему прислушиваюсь. Хотя самые дорогие для меня минуты – когда Андрей начинает со мной по-детски сюсюкаться, просит посидеть с ним рядом, погладить по голове. Сын очень с нами дружит и во всем советуется. Часто уединяется с папой, чтобы поделиться какими-то своими мужскими секретами. И мы всегда, несмотря на свою занятость, находим для него время. Гоняем с ним на роликах, катаемся на лыжах, на велосипедах… А иногда садимся все вместе на балконе и читаем. Я недавно перечитывала «Анну Каренину» Толстого, Пушкина. Но у Андрея, наряду с «Собачьим сердцем» и «Дьяволиадой» Булгакова, и «Гарри Поттер» гуляет, и прочие не очень серьезные книжки… – А для мужа вы время находите? Не как для своего импресарио, а, скажем, приготовить что-нибудь или рубашку погладить? – Такое случается по необходимости. Если надо – я встану у гладильной доски и поглажу сорочку. А если такой необходимости нет – так зачем же это делать? А вот готовить я люблю. Мне иногда доставляет удовольствие встать к плите и побаловать моих мужчин вкусным блюдом. А часто мы просто идем в «Прагу» или «Новоарбатский» и покупаем какие-нибудь вкусные салаты. Когда я уезжаю на гастроли, то они сами кашеварят, прекрасно справляясь с этой задачей. – Вы родились и выросли в Москве. Какие ваши любимые места? – Конечно, это Старый Арбат, куда мы часто ходили гулять с родителями, район моего детства – я выросла у Киевского вокзала. Я очень любила кататься на троллейбусе. Бывало, сядешь на 39-й и едешь через Старый Арбат до Бородинской Панорамы. Или на 2-й – до консерватории, а иногда дальше, в сторону собора Василия Блаженного. Я просто обожала этот маршрут. А сейчас люблю гулять пешком, вдыхая такой знакомый московский воздух. Еще одно мое любимое место – Плющиха. Там жил Евгений Федорович Светланов, и когда я готовила с ним «Китеж», то часто ходила к нему домой пешком через Бородинский мост. Идешь, а вокруг старые дома, чудесные дворики, тихо и спокойно – удивительный район. Но, к сожалению, старой Москвы становится меньше и меньше. Хотя я с удовольствием брожу и по сегодняшней Москве, все-таки город моего детства был другим, и снег в нем был более чистым. Помню, как мы в своих валенках с калошами лепили с сестрой во дворе снежную бабу. Недавно мой сын с одноклассниками в школьном дворе пытался слепить снеговика – испачкали все руки так, что едва отмыли. Предрождественская Москва всегда ассоциируется у меня с «Щелкунчиком» Чайковского и детским циклом: «Игра в лошадки», «Няня», «Зима»... По радио часто транслировали эти классические произведения. Москва тогда была более доброй и безопасной, и родители спокойно отпускали меня на новогоднюю ночь с одноклассниками. Но и сейчас мне очень нравится наш город зимним вечером, когда где-то кто-то гуляет, а ты сидишь дома, в тепле, уюте и читаешь книжку. Вот это я люблю.
14 декабря отмечает свое пятилетие Московский международный дом музыки, возглавляемый Владимиром Спиваковым. В канун этого события «Вечерка» поинтересовалась у маэстро, какое значение он придает этой дате. – Я хочу создать такой институт, как, например, Венская филармония. Однажды меня привела туда, в свою ложу, пожилая графиня и сказала: «Владимир, вот в этом самом кресле я сидела еще вместе со своей прабабушкой. Я был поражен этой связью поколений и той данью традициям, которые там существуют. Мне хотелось бы создать в Московском международном доме музыки именно такую атмосферу, которая останется и после меня. Чтобы нашими традициями жили ребята, посещающие сегодня детские абонементы. Со временем они уже сами будут водить сюда своих детей. К тому же раз в год (обычно это происходит в мае) здесь проводится фестиваль «Москва встречает друзей», на который съезжается более 1000 детей из бывших советских республик и из стран дальнего зарубежья. Они вместе творят искусство, общаются, обедают, играют друг с другом и говорят на одном-единственном языке – русском. Таким образом нам удается сохранять культурное пространство. И дети уезжают отсюда, чувствуя, что их ждут и любят, что они нужны здесь. – А что будет происходить в этот юбилейный вечер в Доме музыки? – В праздничном гала-концерте, который состоится в пятницу, примут участие только звезды первой величины. Например, выдающийся английский органист Саймон Престон, пианист Денис Мацуев, скрипачка Камио Маюко, певицы Хибла Герзмава, Альбина Шагимуратова и Роберта Гамбарини, братья Ивановы, флейтист Артем Науменко. И, конечно же, «Виртуозы Москвы» и Национальный филармонический оркестр России, которыми я буду дирижировать. – Почему одни талантливые музыканты становятся дирижерами, а другие – нет? – Ну, во-первых, этому нужно учиться. Во-вторых, в каком-то смысле надо родиться дирижером. Когда-то наш гениальный педагог, учитель Рихтера и Гилельса Генрих Густавович Нейгауз писал о том, что в каждом хорошем пианисте должен сидеть дирижер. Просто у одних это проявляется в большей степени, у других – в меньшей. Конечно, очень многое зависит и от школы, и от характера, от умения общаться с людьми. Потому что концерт никогда не будет хорошим, если есть желание только с одной стороны – должно быть обоюдное желание дирижера и музыкантов. Не зря же Марина Цветаева сказала однажды изумительную фразу: «Оркестр – это единство множества». – Какими профессиональными и человеческими качествами нужно обладать, чтобы быть одновременно и солистом, и художественным руководителем, и главным дирижером оркестров? – Думаю, что главное качество профессионала – это все-таки любить людей и свою работу. У дирижера должна быть сильная воля и определенный магнетизм, чтобы увлечь людей, заразить их творческими идеями – желательно новыми. Потому что вокруг нас очень много рутины – как в жизни, так и в искусстве. – Каждый музыкант – индивидуальность, а оркестр должен быть все-таки единой командой. Нет ли здесь противоречия? – У Шекспира написано: «Смотреть – еще не значит видеть». Вот и слушать – совсем не значит, слышать. А вопрос как раз и заключается в том, чтобы услышать соседа, коллегу. – Оркестр – это единый организм, в центре которого, словно сердце, находится дирижер. А музыкантов можно сравнить с кровеносными сосудами. Дирижер, как доктор, должен слышать все и предвосхищать многие вещи, именно ориентируясь на индивидуальность каждого. – Но начиналось-то все со скрипки. В руках у Паганини она плакала. Существует ли для вас такое понятие, как душа инструмента? И можно ли через эту душу почувствовать историю, культуру народа, страны, где она была создана? – Конечно. Впервые я взял в руки инструмент в семь лет. Уже не помню – «четвертушка» это была или «половинка». А сейчас играю на скрипке Антонио Страдивари, которую мне дали в пожизненное пользование. И столько, сколько существует «Страдивари» (уже триста лет), люди никак не могут повториться – изготовить такую же скрипку, и это при том что мы давно полетели в космос, занимаемся нанотехнологиями и достигли колоссального технического прогресса. – Сейчас уже вроде разгадали этот древний секрет, заключающийся в том, что древесину вымачивали в соляном растворе… – Каждый раз ученые утверждают, что раскрыли эту тайну, но никак не могут создать такой же шедевр. Поэтому эти произведения искусства и остаются по сей день раритетами. – Что вы чувствуете, когда берете инструмент в руки? – Что это инструмент с характером, который не прощает, если на нем мало играешь, работаешь. И отвечает только тогда, когда по-настоящему серьезно готовишься к концерту. Скрипка чувствует твою энергию, тепло рук, вибрацию, различные эмоциональные состояния души. И если ты не лжешь и не фальшивишь, то она отзывается поистине божественным звуком, в котором радость и боль, счастье и трагедия, сострадание и восхищение… – Вы хотите сказать, что скрипка живая?.. – Безусловно. Есть масса инструментов, которые просто погибают, лежа в банковских сейфах. Я знаю, например, что на моей скрипке Страдивари играл Гржемале – человек, который когда-то давно преподавал в Московской консерватории. После этого она долгое время лежала в банке без движения, то есть, по сути, без жизни. А ведь это богатейший в музыкальном плане инструмент – со своими эмоциями и уникальным звучанием. В скрипке, особенно такой, на которой я имею счастье играть, есть нечто не просто живое, а волшебное, можно даже сказать – мистическое. Ведь она, по сути, – сама история. Я бы сравнил ее со старинной античной скульптурой, только ожившей. – В свое время вы два года провели в интернате Центральной музыкальной школы. Что вспоминается из того времени? Не голодали? – Кормили нас, конечно, плохо – всего на 56 копеек в день. Но я с большой теплотой вспоминаю интернат и общежитие при нем. Дружба между учащимися была настоящая, бескорыстная – в детстве ведь нет того, что приобретается с годами: ни зависти, ни ревности. А есть только детский максимализм. Именно поэтому мы должны чаще общаться с детьми – учиться у них добру, непосредственности и чистоте души. – Много лет спустя вы подарили своей альма-матер рояль. Это был внезапный порыв или детская мечта: вот стану взрослым – обязательно куплю рояль или конфет всем воспитанникам? – То было время, когда частник в принципе не мог купить рояль. И мне пришлось неделю ждать, пока министр культуры не подписал разрешение на покупку инструмента, который я подарил на 20-летие своего интерната. Но после того, как Демичев все-таки подписал документы, мы с ним даже подружились. Я твердо убежден в том, что именно возможность отдавать и делиться, выйдя из круга своего «я», и приносит человеку ощущение настоящего счастья. И мне действительно очень часто удается испытывать это ощущение, особенно когда я вижу, как горят глаза детей, которые получают из моих рук музыкальные инструменты. Они тоже счастливы, улыбаются. А дети, которые никогда не выезжают на снег и вдруг получают возможность прокатиться в инвалидной коляске по тротуару… Все это дорогого стоит. – Для того чтобы делиться, необходимо и тратиться – эмоционально, душевно… Это требует больших усилий? – Прежде всего необходимо желание тратиться. Но, поверьте, это всегда восполняется. Для меня благотворительность – это действительно жизненная необходимость. Такая же, как потребность дышать, любить, жить, наконец… Она в крови. У нас в субботу, например, выступали детишки. Совершенно замечательно играла на виолончели девочка, Настя Кобекина, которая получила премию еще на конкурсе «Щелкунчик». Наш благотворительный фонд подарил ей хорошую виолончель. Миша Меренк играл на кларнете, врученном нами. Ане Савкиной купили скрипку в Париже. Сережа Виноведов из Смоленска играл на жутком гобое, и мы подарили ему французский инструмент. – Но когда-то ведь вам и самому знаменитый Леонардо Бернстайн подарил свою дирижерскую палочку? – Да, это очень интересная история. Дело в том, что некоторое время я был «невыездным». В частности, не мог выехать в Зальцбург на выступление в честь празднования дня рождения Моцарта. Это было морально очень тяжело. Тем более что анкета у меня была в полном порядке: отец – фронтовик (получив контузию, работал в Башкирии старшим мастером на заводе по производству авиационных двигателей для бомбардировщиков), мама пережила блокаду Ленинграда. Так что мне было особенно обидно понимать то, что я оказался как бы вне мирового музыкального сообщества. Леонардо Бернстайн, конечно, поспособствовал тому, чтобы меня выпустили (он был дружен с бундес-канслером Австрии Бруно Крайским). А я с шести вечера сидел на вахте министерства и ждал. В 12 часов ночи наконец мне все-таки выдали загранпаспорт. Вот после того концерта он и подарил мне свою дирижерскую палочку, с которой я никогда не расстаюсь, храню ее в особом карманчике скрипичного футляра, как талисман... А фон Караяну, который в свое время трижды высылал мне приглашения, так и не удалось прорубить для меня «окно в Европу». О чем он впоследствии очень жалел. – Часто ли в вашей руководящей работе требуется крещендо или стаккато в голосе? – Очень редко. Думаю, что в общении с людьми должно преобладать, скорее, легато.
У легенды российского рока сегодня день рождения. Мы не знаем, что подарят Макаревичу друзья и близкие, но лучший подарок себе он сделал сам – буквально накануне выпустив и представив публике новый музыкальный альбом под названием «Штандер». Этот диск был записан в Лондоне в рекордно короткие сроки, всего за 10 дней. Вокруг его персоны постоянно клубятся какие-то фантазии, завистливые домыслы, слухи, в которых правда и вымысел переплетаются в причудливую паутину. Кажется, все, за что он берется – будь то музыка, графика, кулинария или дайвинг, – получается на все сто, причем легко. Но так ли это на самом деле? Это и попыталась выяснить «Вечерка», поздравляя Андрея с днем рождения. – Андрей Вадимович, у вас сегодня веселый праздник или грустный? – Для меня это вообще не праздник, так как я не придаю этому значения. Да это какая-то обязанность по отношению к друзьям – сегодня надо «проставиться». Но это нормально – с друзьями-то выпить всегда приятно. А праздник для меня – это выход нового альбома. – На какой возраст сами-то себя мироощущаете? – Да не думаю я об этом. А думаю о том, что и как лучше сделать. Возраст абсолютно меня не интересует. Жив-здоров – и слава богу. – Новый диск «Штандер» вы записали очень быстро. Говорят, что это обстоятельство даже планируют занести в Книгу рекордов Гиннесса. – Это правда. Но я делал это не для установления каких-то рекордов – просто всегда очень тяжело переживаю отрезок времени между записью альбома и его выпуском. Поэтому-то он и был записан так быстро. Кстати, и в свет диск вышел тоже всего через 10 дней после записи. – О чем те 12 песен, которые в него вошли? – Они очень разные. Там нет какой-то специальной тематики. Эти песни – мое ощущение жизни на сегодняшний день. – Пять лет назад вы собрали Оркестр креольского танго, с которым успешно выступаете. Откуда такое название? – Оно абсолютно высосано из пальца. Мы слишком долго думали, как назваться, и с этим надо было что-то делать. Потому что мы уже играли, а названия все не было. Ну и мне показалось, что Оркестр креольского танго – это достаточно нелепое и в то же время оригинальное и запоминающееся название. – Сегодня в моду снова входят так называемые домашние – камерные концерты, которые практиковались лет 20–30 назад… – Не вижу в этом ничего плохого. Под «фанеру» во время подобных выступлений ты не попоешь. Но лично я не испытываю в них потребности. Нас устраивают те залы, в которых мы представляем свое творчество – они сами по себе достаточно камерные. С Оркестром креольского танго, например, мы работаем в театральных залах. В Москве планируем провести концерт во МХАТе в начале апреля. – В свое время государство вело настоящую охоту за группами, которые промышляли «нетрудовыми доходами»… – Да, было такое дело… – Однако многие творческие люди заявляли, что именно в те времена, когда искусство зажимали, и выдавались самые гениальные спектакли, фильмы, песни… – Ничего подобного. Я вас уверяю – никому не делается лучше от того, что его зажимают. Это большое заблуждение. Мы просто помним гениальные спектакли, но не помним, сколько ерунды производилось одновременно. Потому что ерунда быстро забывается. – А можете дать оценку нашей сегодняшней рок-культуре? – Нет, не могу, так как не очень слежу за тем, что происходит. Меня гораздо больше беспокоит то, что делаем мы сами. Вообще, я не музыкальный критик и не даю оценок. – Сегодня поражает засилье непрофессионализма во всех сферах искусства. Что ждет, на ваш взгляд, нашу сцену в дальнейшем? – Думаю, то, что происходит и во всем мире – угасание интереса к этому жанру. Потому что, во-первых, ничего не бывает вечным. Во-вторых, всех просто перекормили. А у нас перекормили еще и продуктом плохого качества – это в-третьих. Из-за этого, к сожалению, страдает и хорошая музыка. Ведь если человек перестает интересоваться даже плохой музыкой, то часто он перестает интересоваться музыкой вообще. Это спасибо нашему телевидению... Но тут уж ничего не поделаешь. – Недавно я услышал от одной актрисы, что кино полностью ушло в коммерцию. А от телеведущей – то же самое про телевидение. Музыка для вас сегодня – это больше творчество или все-таки средство зарабатывания на жизнь? – Для меня это просто потребность заниматься любимым делом – вот и все. К бизнесу это не имеет никакого отношения. Слава богу, что я вижу какую-то отдачу. И понимаю, что работаю не только для себя самого, а это интересно еще и большому количеству людей. – Каково ваше отношение к скандальной книжке вашего бывшего соратника по группе Петра Подгородецкого «В машине с евреями»? – Не читал и вам не советую. – Как вы оцениваете сегодняшнюю вечернюю Москву? – Если бы не пробки, то это был бы лучший город в мире. – А чего, на ваш взгляд, в ней не хватает? – Организованного транспортного движения – все остальное просто замечательно. – Не смущает количество растяжек и рекламных щитов? – Да, их много. Но меня гораздо больше раздражает вообще слепой и темный город. Если мы вспомним, как Москва выглядела, допустим, в 1978 году, когда, кроме коммунистических лозунгов, ничего на улицах не было – так вот это меня действительно раздражало. – Вы как-то говорили, что на Кубе симпатичная «нырялка». Не тянет улететь из хмурой слякотной Москвы на Остров свободы или в другие теплые места – скажем, на Новый год? – Конечно, тянет. Но вообще-то делу – время, а потехе – час. Так что на Новый год мы пока остаемся в Москве. – Может ли кулинария, дайвинг или, например, путешествия перевесить музыку и занять в вашей жизни более значимое место? – Нет, не может, потому что все в моей жизни занимает первое место. А то, что занимает второе – я бросаю. – А графикой заниматься продолжаете? – Безусловно. У меня постоянно появляются новые произведения и регулярно проводятся выставки – ближайшая пройдет в феврале или марте. И состоится она в Третьяковской галерее, в ней мы с моим питерским товарищем и художником Андреем Белле представим живописную серию «Анатомия памяти», которую сделали «в четыре руки». По-моему, получилось очень интересно. – В каком кругу будете отмечать день рождения? Не планируете дать по этому поводу концерт, как делают некоторые музыканты? – Дай Бог им здоровья. У меня же слишком много концертов в будние дни, чтобы еще и на день рождения работать. Дайте отдохнуть!.. Кстати: Во время недавней экспедиции на Байкал Макаревич выудил со дна озера бутылку коллекционного вина. Трофей был продан на одном из местных аукционов за 15 000 рублей. Вырученные деньги Андрей перечислил в адрес иркутского детского дома.
Подкасты