Автор

Маргарита Шипилова

Бакур Бакурадзе: Не умею делать “просчитанное кино”

Картину “Шультес” уже и похвалили, и разнесли в пух и прах. Восторги слышатся аж с минувшего Каннского фестиваля, где лента участвовала в параллельной программе “Двухнедельник режиссеров”. А претензии в большей степени “местного розлива”, но и тут дебютанту Бакуру Бакурадзе грех жаловаться.Его “большая драма маленького человека” глубоко зацепила членов жюри “Кинотавра”. Настолько, что они отдали “Шультесу” главный приз фестиваля, подарив тем самым не только некоторое количество приятных эмоций режиссеру, но и шанс, что эта непростая, хотя, на первый взгляд, безыскусно сделанная картина найдет своего зрителя.Тем не менее, отношение к фильму в “своем отечестве” неоднозначное. От “отличное современное кино” до “грамотная конъюнктура, рассчитанная на то, чтобы производить фурор на европейских фестивалях”.“Вечерка” решила узнать, что по этому поводу думает сам режиссер.[b]Без прицела на фестиваль[/b]– Бакур, признайтесь, “Шультес” вы делали для того, чтобы произвести фурор в Каннах или еще на какомнибудь фестивале?– Покажите мне такого режиссера, который не хотел бы произвести фурор в Каннах? Даже не произвести фурор, а хотя бы просто показать свою картину коллегам-кинематографистам. Где еще это можно сделать? Поэтому любой человек, который занимается кино – все равно каким, авторским или коммерческим, – хочет, чтобы его фильм попал на тот или иной фестиваль. Тем более, что фестиваль дает авторскому кино возможность быть увиденным.Будет лукавством, если я скажу, что не хотел, чтобы мой фильм попал в Канны. Другое дело, что это не было моей основной задачей. Я не делал “просчитанное фестивальное кино” – да это, на мой взгляд, и невозможно. По крайней мере, я не умею.– Однако в Каннах ваш фильм оценили очень высоко, в Le Monde вышла восторженная, без преувеличения, рецензия. Французский критик Жак Мандельбаум не только сделал серьезный анализ “Шультеса”, но и не поскупился на эпитет “замечательный” – несколько раз употребил его в отношении фильма и режиссера.– Я думаю, произошло некое совпадение наших эмоциональных и прочих векторов – и это очень приятно. Но еще раз подчеркну: я не делал фильм с прицелом на то, чтобы понравиться фестивальной публике.До “Шультеса” я с Дмитрием Мамулия снимал “короткий метр” – фильм “Москва”. Мне кажется, по почерку эти две картины чем-то похожи, во всяком случае, видно, что в их создании участвовал один человек. Однако тогда никто не говорил про прицел на фестивали. Просто я так чувствую, так вижу кино. Конечно, я в большей степени ориентирован на мировой кинематограф – в нем сейчас происходят очень интересные события, появилось много сильных режиссеров и фильмов. И мне, безусловно, интересно не только за ним наблюдать, но и каким-то образом в нем участвовать.[b]Причем здесь Дарденны?[/b]– Что сегодня кажется вам наиболее интересным в современном кинематографе?– Много самых разных вещей. На фестивале я видел несколько интересных фильмов. Почти во всех из них можно было наблюдать тенденцию к стиранию граней между документальным и игровым кино. Как будто эти два разных метода съемок движутся навстречу друг другу, и кино становится реалистичным. В нашем кино эта тенденция пока не так явно видна, но все же есть движение в эту сторону. Из наших фильмов советую всем посмотреть фильм Валерии Гай Германики “Все умрут, а я останусь”.– А как вы относитесь к творчеству бельгийских братьев Дарденн, с которыми вас все время сравнивают? Они и в этом году получили приз Каннского фестиваля за лучший сценарий к фильму “Молчание Лорны”. Вам подобные сравнения льстят?– Они меня раздражают, хотя к Дарденнам я отношусь крайне положительно. Но я не вижу общего между их работами и “Шультесом”. Форма повествования у меня отличается от Дарденнов, камера у меня по-другому существует, я немножко по-другому слежу за персонажем, атмосфера иная и так далее – множество нюансов. С другой стороны, любой современный фильм можно сравнивать с другими современными фильмами. Всегда между фильмами проводятся параллели, потому что они находятся в одном общем движении, и, конечно же, творчество одних режиссеров влияет на творчество других. Это как импрессионизм. И время тоже диктует свои формы.[b]Тонкие пальцы – залог успеха[/b]– Вы хорошо осведомлены о том, что о вас пишут. Такое впечатление, что целыми днями изучаете Интернет…– Мне мои знакомые присылают ссылки, и я не могу принципиально их не читать.К тому же, признаюсь, мне это интересно…– Сильно расстраиваетесь, если читаете что-то неприятное? А то некоторые, говорят, даже уезжали с “Кинотавра”, услышав в кулуарах обсуждение своей работы.– А я вот мало слышал о “Шультесе” на Кинотавре, в том числе и в кулуарах. Из тех, кто фильм не видел до этого, только Александр Митта, Игорь Толстунов и еще несколько человек подошли после премьеры. На следующий день на пресс-конференции журналисты стали задавать вопросы – там я понял, что фильм заинтересовал людей.– И, как выяснилось, понравился жюри, хотя вручение вам Гран-При практически для всех стало неожиданностью. Кого-то возмутило, что главным героем вы сделали карманника. Расскажите, почему вы выбрали для Леши Шультеса столь странную “профессию”?– Потому что по-другому не получалось. На самом деле та проблема, о которой я хотел рассказать, свойственна и людям других профессий. Мой герой мог завинчивать винтики на заводе – от этого ситуация мало бы изменилась.Мне нужно было показать человека, потерявшего память и вынужденно находящегося на дистанции от мира. При этом нужен был какой-то контакт с этим самым миром. Я долго думал, искал разные варианты. Сначала хотел придумать ему какую-то работу, но тогда все “ломалось” – потому что тогда он получался социально адаптированным. А мне важна была именно его социальная неадаптированность.Он приспосабливается к жизни, как может, без помощи общества. Очень одинокий человек без общепризнанных ориентиров, и такая позиция – его внутреннее решение.Поэтому этот маленький человек становится героем и заслуживает отдельного взгляда на него. У Фассбиндера были такие персонажи – находящиеся в некоем бесперспективном пространстве. Создавалось ощущение, что у них нет ни братьев, ни сестер, ни соседей – они как бы сами себя воспитывали.Идея сделать его карманником возникла из жизни. Когда я еще учился в автодорожном институте, у меня был знакомый – в прошлом пианист. В аварии он повредил руку и больше не мог играть. Он был очень молчаливым, своеобразным человеком, и все два года нашего общения меня интересовало, где он берет деньги? И однажды в троллейбусе знакомые ребята увидели, как он ворует.Я вспомнил эту историю, когда писал сценарий, но нельзя сказать, что только она сделала Шультеса карманником. Жизненный опыт, масса нюансов – я не могу однозначно это объяснить. Это все равно, что я спрашивал бы у Фассбиндера: “Почему в фильме “Любовь холоднее смерти” вы делаете героев бандитами?” Потому что он придумал такой сценарий.[b]Однажды в провинции[/b]– Исполнитель главной роли Гела Читава в образе карманника весьма убедителен. Он, ведь, насколько я знаю, ранее ничего общего с кино не имел. Чем он занимался до вашего с ним знакомства?– Гела – знакомый моих знакомых, и через них я его знаю давно. Занимался он разными вещами: каким-то мелким бизнесом, держал небольшое кафе, работал водителем.На съемки он пришел со стройки, где был бригадиром. Чем он занимается сейчас, я не знаю, поскольку мы не виделись с “Кинотавра”. Кстати, в какой-то газете я прочел, что у Гелы Читава сомнительное криминальное прошлое – так это не так. Он обычный человек, к криминалу никакого отношения не имеет. Буду ли я его еще снимать? Если будет подходящая роль для него, то, наверное, да.– А его юного компаньона, Руслана Гребенкина, вы действительно нашли в детском доме?– Это правда. Сначала мы искали мальчика среди детей, уже игравших в кино. Никто не подошел. Начали искать в школах, затем в детских домах. Там я увидел Руслана в коридоре. Он был единственный, кто почти без слов дал мне понять, что очень хочет играть в кино.– Когда вы собираетесь приступить к следующей работе?– Не знаю, я пока пишу сценарий, надеюсь к середине осени его закончить. Это будет история о зрелом человеке – по сценарию ему 50 лет, – который находит и теряет свою любовь. На этот раз дело будет происходить не в большом городе, а в провинции. Большего пока сказать не могу.

Пляжное место

[b]Завтра наступят выходные, и пол-Москвы рванет на дачи. Оставшаяся половина горожан будет судорожно пить лимонад пополам с корвалолом, прыгать в фонтаны, чтобы немного освежиться. А ведь в Москве есть целых 13 зон отдыха, где официально разрешено купаться. Корреспонденты «ВМ» побывали на наиболее популярных городских пляжах.[/b][b]ХИМКИНСКОЕ ВОДОХРАНИЛИЩЕ[/b]Вход на территорию пляжа, увы и ах, платный: взрослым – 50 рублей, детям – 10 рублей, а пенсионерам бесплатно. Как ни странно, деньги - не препятствие для разморенных жарой москвичей, даже в будни на пляже полно народа. Расслабленные молодые люди так оценили водохранилище: «песок чистый, вода более-менее прозрачная, купаться разрешено – что еще надо летом?» Действительно, летом только и нужен отдых, а как насчет цены? Не проще ли поехать куда-нибудь подальше, но зато бесплатно купаться и загорать? Оказывается, наши люди не так уж легкомысленно относятся к своему здоровью: «проще заплатить, но зато чувствовать себя в безопасности». На пляже есть охрана, а вот спасателей мы не обнаружили. Единственным напоминанием о них был одиноко плавающий около берега спасательный круг.Остальные развлечения предоставлены здесь в ассортименте. Действует лодочная станция (аренда лодки – 100 рублей в час), прокат шезлонгов и зонтиков (50 и 30 рублей соответственно), открыты теннисные корты, а ближе к вечеру работает диско-бар «Пляж».[b]ЛЕВОБЕРЕЖЬЕ[/b]Левобережье – разрешенный бесплатный открытый пляж на Канале им. Москвы. Отдыхающих здесь – как в советские времена на одесских пляжах. Пробираясь мимо расположившихся на песке, вижу долгожданную спасательную станцию. «На мне пока, слава богу, утопленников нет, – говорит Сергей Иванович, спасатель с 8-летним стажем, – правда, постоянно приходится следить за пьяными – так и норовят влезть в воду в состоянии, когда не то что плавать, ходить нельзя. Еще самоубийцам наш пляж почему-то нравится».Потенциальных самоубийц мы не видим. Люди слушают музыку, выпивают, едят, играют в карты и просто радуются лету, которое так редко нас балует хорошей погодой. Большинство этих счастливчиков приходит сюда потому, что этот пляж ближе всего к дому. Кстати, лежать на канале можно как на песке (но надо заранее позаботиться о месте), так и на травке – кто что предпочитает. Рядом находится кафе с умеренными ценами, кто не смог перенести жару, может обратиться в медпункт.[b]ЧЕРНОЕ ОЗЕРО (ЗЕЛЕНОГРАД)[/b]Говорят, всего лишь сорок лет назад здесь гуляли олени. Теперь тут стоят дома, жители которых и купаются в маленьком озере.Первое впечатление от пляжа – явно чего-то не хватает. Люди есть (много), пиво пьют (много), а мусора… нет. По словам постоянно дежурящих здесь спасателей, недостаток мусора – заслуга уборщика Александра Петровича, который каждый день с 5 утра очищает территорию.– Утопленников здесь никогда не было, всех нетрезвых мы отсюда уводим, – сказал нам спасатель Владимир Пуховский. – Говорят, что глина из озера считается целебной, а еще здесь, за небольшим островком, водятся ужи и выдры.Ужей с выдрами нам увидеть не довелось, а вот посетить раздевалку, туалет, поиграть в волейбол на специально оборудованной площадке и полюбоваться на детскую площадку пришлось.Кстати, на Черном озере есть и свой медпункт, а по выходным здесь еще дежурят машина «скорой помощи» и наряд милиции.[b]СЕРЕБРЯНЫЙ БОР[/b]Зона отдыха «Серебряный бор» – пожалуй, самое известное и любимое москвичами место пляжного городского отдыха. В этом году разрешено купание в Серебряном бору-2 и Серебряном бору-3.Первое, что попадается на пути к Серебряному бору-3, – Бездонное озеро, названное так, видимо, в насмешку, потому что на самом деле оно очень мелкое. Несмотря на то, что в официально разрешенных зонах для купания это озеро не значится, народу здесь очень много – вода считается очень чистой. Дикий песчаный пляж привлекает людей природной красотой, ну и, конечно, тем, что не надо далеко ходить. Из всех удобств – постоянно дежурящая команда спасателей и медпункт.На Бездонном озере, да и на территории всего Серебряного бора обитает огромное количество уток. Утки – распространители утиного клеща, после которого начинает чесаться все тело. Однако это совсем не останавливает отдыхающих, напротив, как сказал нам Рудольф, помощник спасателя, «чем больше плаваешь, тем меньше чешется»...Миновав и Бездонное озеро, и нудистский пляж, по тропинке можно выйти к Серебряному бору-3. Этот пляж, как впрочем, и Серебряный бор-2, – платный.Пятнадцать рублей за вход – и ты попадаешь на огороженный, ухоженный и оборудованный пляж.Однако для пенсионеров, ветеранов и детей до 10 лет вход бесплатный. И третий, и второй пляжи имеют детские и волейбольные площадки. И там, и там есть разнообразные кафе, где можно перекусить. На каждом пляже есть бесплатные туалеты. Работают спасательная служба и служба охраны. Имеются медпункты.Пляжи работают с девяти утра и до девяти вечера. Отличие Серебряного бора-3 от Серебряного бора-2, по словам контролера Лилии Евгеньевны, в том, что на третьем собирается в основном молодежь, а на втором – пенсионеры и дети.Серебряный бор-3 имеет большую протяженность – около 2 км, и народ разбредается по всей территории пляжа. Людмила Васильева купается здесь уже 10 лет: «Мне тут очень нравится, и я не хочу менять место отдыха. Второй пляж представляет собой полянку, и там все на виду друг у друга, а здесь можно уединиться».В двух этих зонах отдыха также водятся утки, и так же, как и на Бездонном озере, на них никто не обращает внимания.[b]ЛОСИНЫЙ ОСТРОВ[/b]Гольяновский (Бабаевский) карьер в зоне национального природного парка «Лосиный остров». Прекрасный воздух, красивый карьер, чистая вода – вот что ожидает тех, кто приходит сюда купаться. Этот пляж «дикий», однако пруд находится под зорким наблюдением общественников – «клуба моржей», в котором около 200 человек.Иван Сергеевич и Галина Евгеньевна называют себя завсегдатаями этого карьера. «Пруд наш бесхозный, – говорят они.– Власти не хотят им заниматься, и мы следим за тем, чтобы его не испоганили совсем». «Моржи» смотрят за чистотой и порядком на пляже, мусор убирают в специальный контейнер, который выпросили у властей, бегая по разным инстанциям. Таким же образом, был добыт железный мостик, с которого малышня прыгает в воду. Специальные раздевалки, по словам Ивана Сергеевича, привезены с какой-то подлодки. Завсегдатаи борются с любителями собак, которые постоянно пытаются искупать своих питомцев там, где купаются люди. А вообще, «здесь лучше, чем на Канарах», – заявляет нам Галина Евгеньевна.Может, это действительно так? Но чтобы убедиться в этом, необходимо приехать сюда самим. Рады здесь будут всем, кто любит природу и умеет себя порядочно вести. Ждут даже Жириновского, который, по словам Ивана Сергеевича, здесь неоднократно купался, и ему понравилось.[b]БИТЦЕВСКИЕ ПРУДЫ[/b]На пляже народу – тьма. Места красивые, возле прудов поляна, а за ней начинается лесопарковая зона. Здесь есть и прокат катамаранов – 100 рублей в час, и кафе, где можно выпить пиво или квас, съесть шашлык или шаурму. Территория чистая, есть раздевалки, туалет, спасательная станция, медпункт. Только вот купаться – запрещено.– Ну, наверное, люди видят табличку, где написано «купаться запрещено», но не будем же мы их вытаскивать из воды, – сказал нам молодой офицер, совершавший с напарником контрольный рейд по территории пляжа, выискивая пьяных.Может быть, дело в том, что москвичи даже не подозревают о том, что в воду лезть нельзя? Десять из десяти отдыхающих не знали, что Битцевские пруды запрещенная зона для купания.Табличку они не видели. Думаю, и мы ее увидели только потому, что искали.[b]КУПАТЬСЯ РАЗРЕШЕНО[/b]:[i]- Западный административный округ – «Мещерское» и «Рублево»;- Северо-Западный административный округ – «Серебряный бор-2», «Серебряный бор-3» и «Химки-2»;- Северный административный округ – «Динамо», «Академические пруды» и «Левобережье»;- Восточный административный округ – «Озеро Белое»;- Юго-Западный административный округ - «Тропарево»;- Зеленоградский административный округ – «Черное озеро», «Большой городской пруд» и «Школьный пруд».- В водоемах зон отдыха «Битца» и «Борисовские пруды» (Южный административный округ) зоны отдыха были введены в эксплуатацию как зоны отдыха без купания.[/i]