пн 21 октября 01:08
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

Нострадамус «от кутюр»

*}

Раскрыт секрет создания тематических поездов метро

Семьи погибших при прорыве дамбы получат по миллиону рублей

Как прошла прогулка по столичной голубятне

Die Welt рассказала о победе Путина в Сирии без войны

Диетолог опровергла информацию о продуктах, которые «нельзя есть»

Вильфанд сообщил, сколько продержится теплая погода

Тедеско обнулил «Спартак». Первый матч нового тренера красно-белых

Илья Авербух: Третьего ноября Татьяна Тотьмянина выйдет на лед

СК возбудил дело по факту нападения на полицейского у метро «Савеловская»

Как понять, насколько чистая вода в вашей квартире

Названа средняя заработная плата столичных учителей

Михаил Ефремов: Горбачев спас Россию

Назван самый страшный фильм 2019 года

Нострадамус «от кутюр»

Пако Рабанн: «Я 35 лет занимаюсь модой, но так и не понял, что это такое»

[b]Знаменитый французский кутюрье Пако Рабанн (Paco Rabanne) — человек неординарный и крайне непредсказуемый. Заговорив с ним о моде, можно попутно получить массу сведений об истории, астрологии, узнать о существовании неземных цивилизаций и даже совершенно бесплатно получить развернутый ответ на вопрос, кем вы были в прошлой жизни. Проницательность этого 65-летнего седовласого человека с наивной и восторженной душой ребенка берет свои корни из самого детства.[/b] [i]Тогда еще и в помине не было никакого Пако Рабанна, а был мальчик по имени Франциско Рабанеда-и-Куэрво, родившийся в баскской части Испании — городе Сан-Себастьяне. Юные годы Франциско прошли под влиянием двух женщин: матери — одной из основательниц Социалистической партии Испании, убежденной марксистки, и крайне религиозной бабушки, которая, по словам кутюрье, обладала явными способностями гадалки. Такое воспитание не могло не сказаться на мировоззрении будущего художника, где соединились непоколебимый дух воина-борца за свои права и убеждения и мистика-индивидуалиста, постигающего через одежду только ему открытые тайны чужих миров. Художник-архитектор по образованию, Рабанн конструирует свои коллекции по четким, выверенным правилам строгих геометрических форм. Он первым в моде использовал специальные металлизированные ткани, кольчужные конструкции, обработанный пластик, проволоку и даже, как в последней коллекции, мини-спутниковые антенны. А еще модельер первым вывел на подиум негритянок, разработал пользующуюся колоссальным успехом парфюмерную линию «унисекс», написал ряд книг, последняя из которых — «Настоящее время: дорога посвященных» — стала абсолютным бестселлером в Европе. Главное же призвание Пако Рабанна — ее Величество Высокая мода, — к большому сожалению, продолжит свое дальнейшее плавание без своего гениального творца. 17 июля 1999 года в Париже состоялась последняя презентация коллекции «Haute Couture» осень—зима 1999—2000», в которой модельер подвел итог пройденному им в мире моды пути. В конце ноября Рабанн привез свою коллекцию в Москву, где представил ее вместе со своим новым ароматом «Ультрафиолет» («Ultraviolet») в рамках очередной Недели Высокой моды. Позже мне удалось получить личную аудиенцию у великого маэстро моды.[/i] [b]— Господин Рабанн, вашу последнюю коллекцию видели только в Париже. Почему вы решили показать ее и в Москве? [/b] — Потому что Москва — один из моих самых любимых городов. Я уже был здесь несколько раз и в каждый свой приезд открывал для себя что-то новое, получал от русских массу положительных эмоций. Вообще россиян в новом столетии ожидают коренные преобразования. Я, как вы знаете, еще немного ученый, философ, и, по моим наблюдениям, в России грядет рождение новой мировой религии. Еще Нострадамус предсказывал, что 70 лет в России будет царить коммунизм, а потом он исчезнет, чтобы никогда не возвращаться вновь. И действительно, все это время русский народ страдал и всем своим предыдущим развитием заслужил лучшей участи. А вообще мне близка и понятна загадочная славянская душа: романтичная и экзальтированная одновременно. Поэтому в России, я думаю, уже в следующем веке произойдет небывалый расцвет творческой мысли — появится много одаренных писателей, артистов, музыкантов и, конечно, модельеров. Я даже полагаю, что новую струю в моду XXI века внесут именно российские дизайнеры. Перед своим показом я, например, видел фрагмент коллекции Владимира Зубца и могу сказать, что это очень одаренный перспективный стилист. Я пригласил его на мартовскую Неделю Pret-a-porte в Париж продемонстрировать свои модели. [b]— Господин Рабанн, вы уже 35 лет в моде — очень специфическом и замкнутом мире. Как вам, не французу и не модельеру по образованию, удалось пробиться? [/b] — Когда я попал в Париж, то начал активно сотрудничать с Балансеагой, Живанши, Диором — делал для них аксессуары к одежде. А свою первую самостоятельную коллекцию я представил под плевки и возмущение модных обозревателей. Меня даже хотели побить, а все потому, что я вывел на подиум негритянок, женщин неевропейских национальностей, — непозволительная дерзость для моды тех лет. Мне говорили: «Высокая мода существует только для белых женщин». А я сопротивлялся и утверждал, что негритянки, китаянки могут быть не менее прекрасны, чем европейки или американки. Точно так же в штыки были восприняты мои первые 12 платьев, сшитых, а вернее, спаянных из металла и пластика при помощи пассатижей и паяльной лампы. Чуть позже я представил вечерние платья из одноразовых бумажных тарелок — всем этим я хотел сказать, что моде, а особенно моде будущего, пора осваивать новые материалы, которые по своим свойствам ничуть не будут уступать натуральным природным тканям. Ведь если шить только из натурального хлопка, шерсти, льна, не хватит никаких природных ресурсов. Моду будущего как раз будут во многом определять не тот или иной фасон платья, крой и т. д., а именно наличие высокотехнологичных тканей. Форма, длина, цвет, конечно, тоже играют огромную роль в создании одежды. Что касается меня, то в последних коллекциях я старался больше экспериментировать с цветом, фактурой ткани, а что касается формы — идеальна та, которая в точности повторяет изгибы женского тела. [b] — Вы сейчас упомянули о своих разработках — «ноу-хау». Но, помимо металлических платьев и кольчуг, у вас есть линия вполне «нормальной» одежды.[/b] — Да, конечно. Дом «Paco Rabanne» имеет две линии готовой одежды класса pret-a-porte. Это достаточно недорогая линия «Расо» для мужчин и женщин с элементами спортивной одежды. И вторая линия одежды «Pret-aporte de Lux» — соответственно, более эксклюзивная и дорогая. Плюс ко всему огромным успехом в Европе и в Москве пользуется моя парфюмерная линия, последняя новинка — женские духи «Ультрафиолет». [b]— Ваша последняя коллекция «от кутюр» «Осень—зима-2000» вызвала просто шквал эмоций московской публики. Не могли бы вы вкратце рассказать, как она создавалась.[/b] — В своей последней коллекции «Haute couture» я попытался создать собирательный образ цивилизации завтрашнего дня. Вы знаете, меня по сути никогда не интересовало создание одежды, я всегда старался постичь моду с позиции современных архитектурных форм, обыграть материал, ткань под действием света солнца и металлизированного холодного блеска луны. Если вы заметили, мои металлические платья уже не выглядят такими громоздкими и неудобными, а металлизированная ткань настолько легка и естественна, что напоминает струящийся шелк. Эта коллекция создавалась и под воздействием русских фольклорных мотивов. Так, наряд невесты создан подобно платью русской матрешки из платья-пальто, вышитого крупными золотыми тюльпанами, и покрыт мантильей из бело-золотого кружева. Цвета всей коллекции яркие, насыщенные — пурпурно-розовый, кислотно-зеленый, металлический голубой, искрящийся желтый — как бы возвещают переход человечества в новую эру. [b]— В июле 1999 года вы заявили о своем уходе из Высокой моды. Трудно представить, что мир моды потеряет вас навсегда.[/b] — Я буду больше внимания уделять созданию линии готовой одежды, продолжу выпуск аксессуаров, духов, возможно, напишу еще одну книгу. Вы знаете, при всей моей любви к Высокой моде, дело это сегодня не такое уж прибыльное. Нас около 30 человек известных модельеров-кутюрье, а одеваются у нас всего 200 клиенток, большая часть которых — из стран Ближнего Востока. Даже у таких именитых дизайнеров, как Валентино, при Версаче возникали сложности с продажей баснословно дорогих эксклюзивных платьев. У меня у самого только пять клиенток, способных позволить себе шить на заказ. Основной же оборот Дом имеет с продажи готовой одежды и парфюмерии. Поэтому в ближайшее время я и решил сосредоточиться на выпуске линии Pret-a-porte. [b]— Господин Рабанн, вы человек искушенный не только в вопросах моды. Как вы думаете, что нас ждет в будущем, на пороге нового тысячелетия, что внушает вам наибольший оптимизм и опасения? [/b] — Вы знаете, может быть, это звучит слишком самоуверенно, но, пройдя в жизни через многие испытания, сейчас я уже ничего не боюсь. Я не боюсь смерти, войны, людей — ничего. Я хочу, чтобы люди, идущие за нами, были счастливы, а мир — красив, чтобы не было болезней и голода и можно было бы беспрепятственно путешествовать по всему свету. Когда я был маленьким, я часто проводил ночи на кладбище, где общался с живыми духами, и именно там, как мне теперь кажется, я постиг умиротворенность и бесстрашие. Так я научился ничего не бояться, а те давние опыты очень пригодились мне в жизни. Теперь во Франции у меня есть замок XIV века, в котором, представьте, до сих пор живут привидения. Мои маленькие племянники бегают за этими привидениями, играют с ними и тоже ничего не боятся. Так как, в сущности, фантомы, если их не обижать, — существа очень любезные, любезнее, чем многие из нас. Что касается оптимизма, то его мне внушает вера в человека — самое все-таки совершенное при всех недостатках существо, которое создал на нашей грешной Земле Господь.

Новости СМИ2

Ирина Алкснис

Экология: не громко кричать, а тихо делать

Георгий Бовт

Как вернуть нажитое в СССР непосильным трудом

Александр Лосото 

Бумажное здравоохранение

Никита Миронов  

Смелых становится все больше

Екатерина Рощина

Елки, гирлянды и мыши: новогоднее безумие стартовало

Елена Булова

Штрафовать или не штрафовать — вот в чем вопрос

Александр Хохлов

Шестнадцать железных аргументов Владимира Путина