пт 20 сентября 20:18
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

«Пер Гюнт» на вахтанговской сцене

«Пер Гюнт» на вахтанговской сцене

Театр имени Вахтангова

Свой 99-й (предъюбилейный) сезон Театр имени Вахтангова открыл премьерой спектакля «Пер Гюнт» в рамках фестиваля «Черешневый лес». Эта первая работа Юрия Бутусова на посту главного режиссера и вторая — в рамках «Черешневого леса» на этой сцене: в 2015 году при поддержке фестиваля он представил свою интерпретацию булгаковского «Бега».

Жизненная одиссея Пера Гюнта — главного героя пьесы Генрика Ибсена — поучительна и сегодня. Смена эпох и научно-технический прогресс не принесли миру ожидаемого духовного исцеления. Число безличных, нравственно инфантильных, подобно Перу, молодых людей не убавилось. Оглянитесь вокруг — вот они, все тут, все рядом. Их претензии на «дела великие» проявляются лишь в речах и мечтах, а в действиях они чаще капитулируют перед обстоятельствами, руководствуясь принципом троллей, которые вокруг них, а порой и в них: «Довольствуйся собой!». Так что ибсеновское утверждение «Юность — это возмездие» во всех смыслах справедливо. 

Как у всякого неординарного талантливого произведения, были и остаются у «Пера Гюнта» восторженные почитатели и  ярые хулители. Ганс Христиан Андерсен, например, называл его худшей из когда-либо прочитанных им книг. Лев Толстой считал, что все персонажи «выдуманы, фальшивы… все характеры не верны». Чехов был уверен, что «Ибсен не знает жизни». Эдвард  Григ только из-за гонорара согласился написать музыку к пьесе. При этом  в своей замечательной сюите, во многом обусловившей мировой успех пьесы, он чрезвычайно усилил романтическое звучание «Пера Гюнта». И только беспристрастное время все разложило по полочкам, определив как театральную судьбу, так и место ибсеновского шедевра в мировой драматургии.

Однако не только «идея самоопределения и реализации человеческой личности» подвигла режиссера Бутусова обратиться к Ибсену, бывшему в России одним из «властителей дум» передовой молодежи начиная с 90-х годов прошлого века. Куда более важным было для него, на мой взгляд, высветить в глыбе ибсеновских смыслов «тему свободы и ее границ и тему ответственности за то, что делаешь», которые волнуют мастера на всем протяжении его творческого пути. А еще, опираясь на похождения Пера, Бутусов предлагает нам, зрителям, самим ответить на вопросы, кто мы, кем были и кем стали?

Визуальным ключом к пониманию авторской концепции спектакля может служить его афиша, на которой изображено лицо героя с заклеенными скотчем глазами и ртом, чтобы ничего не видел, а увидев, никому ничего не сказал.

Официальный сайт Театра им. Е. Вахтангова (http://www.vakhtangov.ru/)

ФОТО: Официальный сайт Театра им. Е. Вахтангова (http://www.vakhtangov.ru/)

В придуманном Бутусовым абсурдистском мире — парадоксальном по своей сути, отталкивающе притягательном по форме, далеком от оригинального текста ибсеновской пьесы, но сохранившем ее философско-бунтарский дух, — пребывает деревенский шалопай по имени Пер из рода Гюнтов с полным раздраем  в голове, делах и любовных похождениях. Поэтому его разыгрывают на сцене два актера-антагониста: Сергей Волков и Павел Попов. Они, словно зеркала, отражают чувственную сущность множества ипостасей своего героя.

В дальнейшем именно зеркала станут  яркой образной метафорой всего спектакля (художник Максим Обрезков), построенного на сценарии, в котором Бутусову непостижимым образом удалось пройти без серьезных потерь между Сциллой текстового буквализма и Харибдой отсебятины.

Сценическая интерпретация Бутусова революционна, местами провокационна и на редкость театральна. Это спектакль-феерия с элементами эстрады, сценического перформанса, с киносъемкой, фиксирующей хронику событий, с фотоколлажем из портретов современных диктаторов  и еще бог знает с чем — изобретательность и фантазия режиссера не знают границ. Это спектакль-разговор героев со зрительным залом, к которому напрямую обращены их монологи, стихи, песни на разных языках… Разговор с одним, на первый взгляд, простым вопросом: «Что значит быть собой?».

По мере развития спектакля, насыщенного не всегда легко читаемыми сюжетными символами и метафорами, которые должны вызывать у зрителей широкий круг ассоциаций, будить воспоминания и фантазию, контрапункт между жутковатыми сценическими масками «скандинавского Фауста» и его поступками «по Фрейду» начинает работать на образ метущегося героя, который совершает вселенский путь суетных, тщеславных, но безуспешных странствий от «Я» до «Супер-Я», чтобы найти утешение в ином мире, куда приводит его Сольвейг (Яна Соболевская) в блестяще поставленной финальной сцене. Ее преданность, ее любовь вселяют надежду, что душа Пера обретет наконец покой.

Читайте также: Третьяковка запустит театральный проект

Новости СМИ2

Ольга Кузьмина  

Коробейник успел вовремя

Георгий Бовт

Газовая война между Россией и Украиной: кто «моргнет» первым?

Екатерина Рощина

Простите девочкам слабость — быть глупыми

Оксана Крученко

Пусть будет очередь для тех, кому «просто спросить» 

Никита Миронов  

Батька прав. Не хамите педагогу

Геннадий Окороков

Общественности стоит поменьше возбуждаться

Александр Никонов

Требуйте обязательный ЕГЭ по английскому

Михаил Виноградов  

Почему онлайн-календарь прививок — безусловное благо