Сосо Павлиашвили: Мне петь осталось четыре года
Сосо Павлиашвили / Фото: Гоар Мурадян

Сосо Павлиашвили: Мне петь осталось четыре года

Интервью

Сосо Павлиашвили выпустил музыкальный альбом «Небо на ладони», который был задуман еще 15 лет назад. В него вошли и новые треки, и проверенные временем хиты.

А еще музыкант сыграл в фильме Лилии Трофимовой «Вечер шутов, или Серьезно с приветом». «Вечерка» поговорила с Сосо Павлиашвили о том, как он создает свои песни, чего хочет от жизни, о чем размышляет и что для него сегодня самое важное.

— Сосо Раминович, расскажите про героя, которого сыграли в фильме. Зачем ему петь?

— Мой персонаж — режиссер, который ставит развлекательные шоу для заказчиков. Его зовут Гиви Израилевич. Это добрый человек, который не хочет мириться с теми рамками, в которые его загнали, ведь в глубине души в нем живет бунтарь: он хочет спеть, чтобы доказать себе и миру, что таким образом он способен принести пользу. Вообще, это добрый фильм, который снимали светлые люди.

— Вы высоко цените такое качество, как доброта?

— Это единственное, что спасает. Ты не делаешь никому зла, стараешься ни о ком не думать плохо, и все возвращается к тебе. Это чувство нужно нести в себе. Оно влияет и на тебя, и на близких. Когда оно есть, вам спокойно и хорошо, даже если из еды только хлеб да каша. Хотя я всем желаю достойные столы, особенно тем, кто много трудится. Добро — то, на чем держится мир. Но быть добрым дано не каждому. Мне кажется, чем выше человек поднимается, тем меньше в нем остается этого качества. Многие люди не позволяют себе быть добрыми. Они закрывают глаза, уши и начинают... орать. Распугивают всех и в результате остаются одни со своим ревом, со своей завистью, жестокостью.

— По-вашему, каким образом можно сохранить в себе доброе отношение к людям?

— Если человек верит в Бога, он никогда ради каких-то своих целей не будет делать зло. Да, защищаться он имеет право, отстаивать то, во что верит. Но не нападать и не вредить.

У меня есть ощущение, что во времена Советского Союза в Бога верили больше, чем сейчас, во всяком случае, в Грузии. Мне кажется, людям постоянно хочется что-то друг другу доказывать, делить. Но мы же делим не наше. Бог отдал нам эту землю, а мы ее постоянно разрываем.

И религии мы используем, как лук, как меч, как трезубец, как огнемет. Я думаю, Богу стыдно за нас.

— Какой религии вы придерживаетесь?

— Я православный человек, как и вся моя семья, мои дети, родители. У меня есть ближайшие друзья: иудеи, григориане, мусульмане, есть сунниты, шииты, атеисты... Но нас связывает огромное уважение друг к другу. И едва ли кому-то удастся нас рассорить, потому что мы этого не хотим.

— Думаю, ссоры чаще возникают из-за лжи…

— Абсолютно верно. И в семье, и в дружбе между людьми должно быть доверие. Как только появляется какая-то подозрительность, все рушится. Ведь в каждом из нас живут черный и белый волки. И тот, которого ты больше кормишь, и становится сильнее. Все мы грешники. И я такой же грешник, как остальные. Но я говорю те вещи, в которые верю, и стараюсь так жить.

— Если говорить о музыке, рас- скажите, как вы ее сочиняете? Как это происходит?

— Так и не расскажешь. Вот, допустим, летел я из Казахстана, из Алма-Аты, по-моему, это был 2013 год, практически не спал. Прилетел в Москву, зашел домой рано утром, а там никого нет. Я сел за рояль, и пришла невероятная музыка, которая потом превратилась в дуэт с Леонидом Агутиным «Больше нет слез». Слова же написал Константин Губин. Если бы кто-то в тот момент был дома, я бы не смог играть, чтобы их не разбудить, — было шесть-семь утра. Еще у меня есть песня «Свобода», благодаря которой я выиграл два конкурса — в Юрмале и «Ступень к Парнасу». Эта песня была неофициальным гимном Грузии. Это было в армии. Я сидел ночью в Доме офицеров и играл на фортепиано. Инструмент находился в спортивном зале. Там были огромные окна, перекрытые сеткой, чтобы мяч их не разбил. По-моему, это было поздней осенью.

Светила огромная луна. И вот ко мне пришла эта мелодия. Я ее даже не записывал. С этой музыкой я прожил практически до 1989 года — почти пять лет. Потом дал ее послушать Левану Гвелесиани — потрясающий был человек, и он спросил: «Ты не против, если эта песня станет гимном?» И написал чудный текст. Я привез ее на фестиваль в Юрмалу в 1989 году и получил Гран-при. Тогда радовалась вся Грузия — страна, которая дорожила свободой, мечтала о свободе. Но, к сожалению, после того, как были разрушены все границы, эта так называемая свобода, в которую мы верили как в религию, превратила людей почти в диких зверей, и эта тенденция продолжается, особенно в последние годы.

— Скажите, а чего вам сегодня больше всего хочется?

— Мне уже не двадцать и не сорок, мне 56 лет. Петь мне осталось, может быть, 3–4 года, жить — 10–15 лет. Хотя, конечно, я постараюсь прожить подольше. Но мне уже хочется спокойной жизни. Я ее заслужил. Я никогда не просил никаких званий, и никогда их у меня не было. Не было никаких спонсоров, хит-парадов, ротаций на радио...

Да, меня поддерживали федеральные телеканалы, за что я им низко кланяюсь. Потому что они сохранили мою связь со слушателями. Конечно, если бы Бог меня не вел, меня бы давно не было. Если бы не он, не появилась бы песня «Помолимся за родителей», которая также вошла в мой новый альбом «Небо на ладони». Ее очень многие любят... В 1996 году я попал в аварию и получил серьезную травму, и через год у меня началась посттравматическая эпилепсия, которая продлилась семь лет. Тогда у меня не было вообще ничего: ни концертов, ни здоровья... Все, что у меня было, я старался отправлять сыну Левану, чтобы он не голодал. Я жил в какой-то хрущевке у пьющих людей. Это было страшно... Я все скрывал, никто не мог даже представить, что дела обстоят так. А моя любимая Ира постоянно была со мной.

Это тоже судьба, Бог так решил, и все. И Ира мне через семь лет, в 2004 году, родила Лизу. 13 декабря у меня родилась дочь, и болезнь прошла. А еще через несколько месяцев, в 2005 году, когда дочка была совсем маленькой, в шестом часу утра, во сне ко мне пришла эта песня — «Помолимся за родителей». Я встал, записал ее на диктофон. Потом позвонил Косте Губину и сказал: «Вот такое чудо случилось». Объяснил ему, чего хочу, и он сделал потрясающий текст. Слава Богу, что такие песни рождаются. И это не наша заслуга, мы просто маленькие проводники.

— Скажите, для вас музыка — способ сделать мир лучше, способ борьбы со злом?

— Нет. Борьба порождает в ответ борьбу. Чтобы было меньше зла, надо довериться Богу и просто делать то, что ты делаешь. Со мной согласятся мои коллеги: композиторы и исполнители, которых любит народ. Сколько раз к ним приходили люди и говорили: «Спасибо!» Благодарили за то, что какие-то песни им спасли жизнь, какие-то развернули их судьбу совершенно в другую сторону. Сколько таких примеров! Это же необъяснимо, но правда. Может быть, человек, который поет эту песню, — абсолютный грешник. Он, может, сам живет совершенно по-другому. Но он доносит код, от которого человек меняется. Хотя, конечно, исполнитель сначала должен заслужить доверие своего слушателя.

Сосо Павлиашвили: Мне петь осталось четыре годаСосо Павлиашвили с супругой Ириной / Фото: Гоар Мурадян

— Да, творческие люди располагают к себе...

— Но я, например, не живу как творческий человек. Я живу как обыкновенный человек. Творчество у меня в сердце, в душе. Оно проявляется, когда я выхожу на сцену, к зрителям. И я не хочу, чтобы мне за это что-то прощалось. А теплым отношением людей к тебе надо дорожить, беречь его и ни в коем случае им не злоупотреблять. Надо всегда соревноваться — кто кого больше любит: зритель тебя или ты зрителя, ведь благодаря ему ты существуешь. Один человек сидит и слушает тебя или 15 тысяч — разницы нет. Важно, что есть хоть кто-то, кто доверяет твоей музыке и тебе. Хотя я всегда говорю: не создавай себе кумира. Это страшный грех, от которого рушится все. И еще зрители всегда чувствуют, как ты относишься к своему делу. Вот почему я всегда становился на колени, целовал сцену и благодарил людей.

— А если говорить о материальной помощи людям?

— Заниматься этим обязательно нужно, и мне это доставляет огромное удовольствие. Бог велел делиться. Всем, конечно, не поможешь, но надо стремиться к тому, чтобы у тебя было как можно больше возможностей сделать добро. Но я об этом говорить не хочу — считаю, что нельзя.

ДОСЬЕ

Певец и композитор Сосо Павлиашвили родился в1964 году в Тбилиси. Окончил Тбилисскую государственную консерваторию. Служил в армии, после демобилизации стал участником ансамбля «Иверия». Выпустил несколько сольных альбомов, а также те, где были записаны дуэты с Ириной Аллегровой, Тамарой Гвердцители, Григорием Лепсом и другими исполнителями. С Ириной Патлах воспитывает двух дочерей — Елизавету и Сандру. Есть сын от прошлого брака — Леван.

Читайте также: «Фотографируюсь для бабушек»: Олег Газманов — о своей аудитории и секретах молодости

Google newsYandex newsYandex dzen
Вопрос дня
Кому поставить памятник на Лубянской площади в Москве?