Главное
Карта городских событий
Смотреть карту

Сергей Маховиков: Я сломался на Алисе Фрейндлих

Развлечения
Сергей Маховиков: Я сломался на Алисе Фрейндлих

[b]Характер у него, как дамасский клинок. В этом сезоне по центральным каналам ТВ прошли три рейтинговых сериала – «Сармат», «Слепой», «Граф Крестовский», – и везде он играл центральные роли. А в «Слепом» Сергей Маховиков выступил еще и как режиссер.[/b][i]Десять лет назад Сергей был очень знаменит. Ученик Игоря Горбачева, со второго курса игравший в легендарной Александринке, он, бросив все, в одночасье уехал в Хабаровск – друг позвал «делать высокое искусство». За два года сыграл в десяти спектаклях тамошнего краевого театра, сам ставил в двух театрах. Работал на Красноярском телевидении, вел свою программу «Галерея смертников». Программа была закрыта в дни путча.В Москву приезжал на конкурс авторской песни Андрея Миронова – получил Гран-при. Здесь его и увидел режиссер Евгений Гинзбург – вопрос о главном герое фильма «Простодушный» был решен. Маховиков снимался в кино, параллельно выпуская премьерный спектакль во МХАТе, куда пригласил его Олег Ефремов. Но Сергей не был бы самим собой, если бы еще и не женился на одной из самых красивых женщин – актрисе Ларисе Шахворостовой. Их портреты печатали в модных журналах, Сергей получал премии за свои роли – казалось, впереди только безоблачное будущее. Но он заболел, врачи сказали: скоро умрет; если согласится на операцию, какое-то время будет жить, но останется калекой.Сергей выжил без операции, больше года не выходил из дома, а когда появился «на людях», оказалось, что все надо начинать с нуля.[/i][b]– Такое впечатление, что вы никогда всерьез не задумывались, как строить свою карьеру.[/b]– Я над судьбой задумывался, да. Делал безумные поступки. Карьеру же… Правда, никогда не строил. Сейчас мне предлагают сниматься в заведомо неинтересных историях. Я же вижу бессмысленность всех этих поставленных на поток «стрелялок». Я понимаю, что никогда не встроюсь в общий поток.[b]– Но, может быть, если это хорошо снять…[/b]– Конечно, можно попытаться к тому же еще и хорошо смонтировать. Но все равно ничего хорошего не получится. Хотя по карьерным соображениям я сейчас вроде бы должен хвататься за любую работу, что-то делать, суетиться. Ведь время уходит, а это «канальные» фильмы, их же покажут в прайм-тайм!.. Но я так не умею.[b]– А что, «Слепой» – такая уж безукоризненная история? И драматургия там размазанная…[/b]– «Слепой» – это мой сознательный выбор. Эту роль мне предложил продюсер Владилен Арсеньев. Мне светило несколько проектов параллельно, но ради «Слепого» пришлось от чего-то отказаться. В «Слепом» есть нечто близкое моим взглядам. Красота, магнетизм, романтизм, каким бы примитивным на первый взгляд ни казался сценарий. И я был категорически против названия «Ликвидатор», под которым он снимался. Я все время говорил, что это название мельче, чем сам Слепой (кстати, это еще и псевдоним главного героя), потому что в нем есть история заступника, ищущего справедливость. Злободневный герой, неоднозначный к тому же, да он еще болен после Афгана и духовно, и физически. Там была возможность высокого полета. Для меня «Слепой» – это как тот чемодан, который нести тяжело, а бросить жалко. Ведь первый вариант картины режиссера Сергея Лялина в свое время был закрыт. Практически уничтожен.[b]– Почему?[/b]– Никто не может внятно объяснить. Это решалось не на моем уровне. Никто меня лично не приглашал в кабинет и ничего мне лично не говорил. Так, где-то, почти случайно были озвучены какие-то причины… Мне это было больно – столько сил ушло, времени, энергии, переживаний! Я за три года отдал себя больше, чем за всю жизнь. Почему так? Не знаю. Видимо, звезды так встали, что именно Слепой вытащил из меня массу энергии… Потом вдруг на «НТВкино» сменилось руководство, и раздался звонок. Мне предложили, если я так верю в идею, сделать вариант «Слепого». Я благодарен коллективу «НТВкино» за этот звонок. Это поступок. Результат все видели. Никто, конечно, не ожидал, что он встанет в прайм-тайм.[b]– И вы «проснулись знаменитым»?[/b]– Ну да, наверное. Меня снова узнают на улице, в театральное агентство, через Интернет приходит много писем. Я даже не предполагал, что в наши дни еще кто-то пишет актерам, да еще в таком количестве. И письма грамотные, забавные. И все пишут Слепому, моему герою. Я тут пришел как-то в Гильдию актеров, а женский коллектив стал меня убеждать, что после роли полковника Савелова из фильма «Сармат» все женщины меня будут обожать. Мне, как актеру и как мужчине, такая похвала очень ценна. Если его полюбили как героя, значит, герой – при моем участии – состоялся. Согласитесь. А как режиссер я возрадовался, потому что, если все женщины России будут ждать хотя бы следующего моего фильма, рейтинг ему обеспечен стопроцентный.[b]– Скажите, Сергей, а режиссер Маховиков – он какой? Добрый, злой, хитрый, умный, «рубаха-парень»?[/b]– ([i]Долгая пауза[/i].) Я стараюсь быть очень легким. Я же знаю, что такое быть актером. Что такое любовь и пристальное, но не надоедливое внимание к тебе режиссера. Но вообще я человек строгий. Если знаю, что прав, – даже и авторитарен. Если я вижу, что люди работают чуть ниже планочки, а я не могу их увлечь, то стараюсь добиться желаемого любым путем. Стараюсь работать с теми, кто меня знает. С теми, кому я как профессионалам верю иногда больше, чем себе. И в этом случае я могу позволить себе быть глупее моих коллег. Именно в таком состоянии «завода» рождаются очень интересные вещи.[b]– То есть для вас важна команда?[/b]– Да я просто человек команды. В одиночку не сделаю ничего. Я в одиночку начинал снимать свой фильм «Ловец» – и понял, что это такое: быть в одном лице режиссером, актером, продюсером и музыкантом.[b]– Зачем вообще понадобилось заниматься режиссурой? Актерского пространства маловато?[/b]– Вопрос-то не простой. Для меня раздвоение началось с института… Когда я актер – я даже живу немножко по-другому в это время. А когда режиссер – то жизнь совсем меняется. Особенно это чувствуют мои близкие люди.Я обожаю актерскую профессию, от нее я получаю настоящий драйв. Я не прыгаю с тарзанки, не пользуюсь допингами, которые высвобождают адреналин. Потому что актерская профессия дает мне его в чистом виде. Это в природе заложено, в воспитании моем. Вот уже сорок лет я пытаюсь как раз это осмыслить. Даже написал специально такую полулитературную автобиографию. Как я родился в частном доме в пригороде Ленинграда, в Советском Союзе, при дворе Его Императорского Величества Павла Первого, рос в городе, а ходил в школу через Его парк, и утром меня могла встретить лосиха с лосенком – так во мне это все и проросло… И при этом меня отсылали к бабушкам – то на Кавказ, то в Прибалтику, а это ведь совершенно разные культуры, эмоции, способы жизни. На Кавказе я просыпался – а в окне торчал Машук. Дом деда стоял недалеко от места, где Печорин загнал коня, догоняя экипаж с Верой. И все это не декорация, а часть моей реальной мальчишеской жизни… На самом деле повесть я писал для своих детей. Что-то забудется, навсегда уйдет из памяти, а мне кажется, что важно знать хотя бы, кто твои родители – дедушки, бабушки, прабабушки и прадедушки.[b]– У вас же одна дочь Саша, и ей всего два года, а вы говорите «дети».[/b]– Будут. И вырастут. Я фаталист, верю в судьбу, в доброту, в удачу. Каждое утро я просыпаюсь и читаю молитву «Отче наш», благодарю жену, всех своих близких, своих друзей, что они рядом со мной и не покинули меня в дни печали и болезни. И мне кажется, что жизнь от этого становится лучше. Пусть будет так. Вот вы смотрите на меня как на сумасшедшего. Нет, я просто знаю всему этому цену. А с дочерью история была замечательная. Мы снимали недалеко от роддома. Лариса позвонила по мобильному телефону сразу, как Саша закричала. Ровно через одиннадцать минут я увидел свою дочку. Она была такая… Чудо просто! Сфотографировал и уехал на съемку. Работа шла, я произносил в кадре какие-то слова, но как только действие останавливалось – начинал рассказывать группе про дочь. В обеденный перерыв я опять помчался к Ларисе и Саше. Представляете, мужик в спецназовской одежде, в черной, очень узнаваемой шапочке, врывается в роддом, требует халат, несется в палату, чтобы на три минуты увидеть своих «девушек».[b]– Красивая история. Можно даже и поплакать.[/b]– А поплачьте. Я, кстати, человек сентиментальный.[b]– А как вы вообще попали в актеры? С детства мечтали?[/b]– Нет. Я мечтал быть подводником. Потом решил стать космонавтом, перевелся в авиационный институт на ракетное отделение. Мне туда была прямая дорога: дядя – академик, работал на Байконуре. Оставался один шаг – но судьба распорядилась по-своему. Мой друг купил билеты в театр, но его девушка заболела, и он предложил пойти мне. Так я попал в Театр Ленсовета на спектакль «Варшавская мелодия». Главную роль играла Алиса Бруновна Фрейндлих. До этого я в театре не был. Так только, ходили всем классом в Большой театр кукол, и эти походы всегда устраивала моя мама. Правда, с восьмого класса я занимался музыкой, организовал даже свой джазовый ансамбль, потом учился в джазовой школе, но это увлечение шло дополнением к основным занятиям. А я подозревал, что есть какая-то другая жизнь, мне неведомая… И тут вдруг «Варшавская мелодия»![b]– Сломались, значит, на Алисе Бруновне?[/b]– Фактически да. Я стал ходить в театр каждый день. Я не знал, что со мной происходит, но я поддался магии театра, почувствовал ее. Видимо, звезды так стали в тот момент, когда у меня в руках оказался тот билет.[b]– То есть вы жесткий фаталист.[/b]– Да. Все, что ни делается, все к лучшему.[b]– То есть все будет хорошо? У всех?[/b]– Даже не сомневайтесь![b]ДОСЬЕ «ВМ»[i]Сергей Маховиков. Актер, режиссер, поэт, писатель, автор музыки и песен к нескольким телевизионным фильмам. Родился в Санкт-Петербурге (Ленинграде). После окончания школы поступил в Высшее военно-морское командное училище подводного плавания, затем перевелся в военно-механический институт на отделение – ракеты, но не окончил его.Рост – 184, глаза – серо-голубые, волосы – темно-русые.Владеет приемами карате, дзюдо, верховой ездой, фехтованием, играет в большой теннис. Водит автомобиль, мотоцикл». Так Сергей начал свою автобиографическую повесть.[/b][/i]

Подкасты