Главное
Карта городских событий
Смотреть карту

Праздник в суде

Общество

[b]Свое возмущение решением суда выразил Юрий ЛУЖКОВ. «Я предлагаю проанализировать работу суда присяжных. В Зеленограде убили заместителя префекта. Суд присяжных признал убийц невиновными. А потом был общий банкет», – так высказался шокированный мэр.[/b]Праздником закончился судебный процесс по делу об убийстве первого заместителя префекта Зеленоградского административного округа Леонида Облонского.Несмотря на доказательства вины шести подсудимых и заключения одорологической (идентификация субъекта по запаховым пробам с оставленных им запаховых следов) экспертизы, установившей, что брошенное оружие принадлежит предполагаемому киллеру Владимиру Васильеву, присяжные заседатели вынесли оправдательный вердикт. Все шесть фигурантов дела – Мстислав Красовский, Андрей Беликов, Владимир Васильев, Михаил Седов, Андрей Пискарев и Олег Копытюк – были освобождены из-под стражи в зале суда. Красовский и Беликов признаны невиновными в организации совершения убийства, а остальные четверо – в участии в банде и убийстве.В ходе следствия в качестве причины заказного преступления следователи рассмотрели 20 версий, и был сделан вывод, что Леонид Облонский погиб из-за своей работы по реорганизации крупного рынка в микрорайоне Крюково. В 2001 году вышло постановление столичного правительства, где речь шла об упорядочении работы столичных рынков, в числе которых упоминался и рынок в Крюкове, на месте которого должен был быть возведен крытый торговый комплекс. Столичный мэр Юрий Лужков заслуженно называл такие блошиные рынки «раннефеодальной формой торговли» и планомерно проводил работу по их приведению в цивилизованный вид. За 4 прошедших года количество таких «палаточных городков» было сокращено больше чем в 2 раза. Незадолго до покушения Леонид Облонский решил объединить три продуктовых рынка в один современный торговый центр. Этот проект оценивался в 15–17 миллионов долларов, и большая часть этих площадей должна была остаться в собственности Зеленоградского округа, а оставшаяся попасть к сторонним инвесторам.От всех инвесторов требовалось внести примерно 7 миллионов долларов, но лишь немногие из бывших хозяев рынка могли потянуть такую сумму. Даже если кто-то и располагал средствами для вложения в новое дело, у них был просто не сформирован тот особый менталитет, предполагающий вложение средств в какое бы то ни было развитие. Самыми смелыми инвестиционными инициативами таких людей до недавних пор считались установка нового «ларька», дача взятки или съем какой-нибудь хибары для работающих у них «нелегалов».Местные жители уже давно обращались к зеленоградским властям с просьбами навести порядок на рынке. Впрочем, рынком его даже язык не поворачивался назвать. Это был в худшем смысле слова базар, где цены часто были не ниже, чем в крупных сетевых универмагах неподалеку. Нечего и говорить, что человеку с «улицы», пожелавшему продать результаты своего местечкового аграрного труда, туда соваться было бесполезно. Ни о какой свободной конкуренции на рынке не было слышно, нижняя планка цен определялась некой этнической группировкой. Слабые запугивались, обладающие рычагами власти – подкупались. Такие нехитрые, но довольно эффективные способы не встречали сопротивления вплоть до того, как потребительский рынок округа попал в ведение мужественного зампрефекта. Нечего и говорить, что действия Облонского рыночная мафия приветствовала не больше, чем крысы радуются визиту санитарного инспектора.По некоторым сведениям, так называемые частные предприниматели не раз пытались «договориться» с зампрефекта – предлагали ему «откупное».Запротоколировано даже точное число таких «подкатов», ведь о каждом из них он информировал органы милиции.Чаша терпения этих «чисто конкретных предпринимателей» переполнилась, и, видимо, посчитав, что преемник Облонского окажется более уступчивым, они пошли на преступление.Чего греха таить, обыватели в своем большинстве не привыкли к честным чиновникам, и редко когда их гибель вызывает искреннее сочувствие. Но здесь был явно особый случай. Принципиальность и добросовестность Облонского распространялись не только на борьбу с торговой мафией, они проявлялись и в том, что он делал для своего родного округа. Неслучайно похороны чиновника вылились в стихийный массовый траур. Его хоронил весь город, свыше двухсот тысяч человек прошли через поминальную комнату.Его любили, и поимка подозреваемых вызвала у жителей чувство справедливого удовлетворения. Дело было лишь за судом. Вначале доказательств было немного, но все местные, конечно, знали виновных дефакто и были спокойны насчет возможного приговора. В течение двух лет зеленоградцы напряженно следили за ходом следствия. Холодным душем для них стало освобождение подозреваемых.Не отрицая сам факт преступления, присяжные сочли доказательства вины недостаточными и после необыкновенно короткого для таких случаев четырехчасового совещания вынесли оправдательное заключение.Свое возмущение решением суда выразил Юрий Лужков. «Я предлагаю проанализировать работу суда присяжных. В Зеленограде убили заместителя префекта. Суд присяжных признал убийц невиновными. А потом был общий банкет», – так высказался шокированный донельзя мэр.Действительно, неоднозначность решений судов присяжных у нас в стране и оправдательные перекосы признаются многими юристами. Если вспомнить, то негативные прецеденты принятых присяжными решений известны еще с дореволюционной эпохи. Так, в свое время «народные представители» оправдали Веру Засулич, стрелявшую в губернатора Трепова, и впоследствии эта общественность приветствовала каждый теракт против первых лиц в государстве, включая царя.Уже в наше время суд присяжных осудил на пятнадцать лет Игоря Сутягина, обвинив его в шпионаже, несмотря на признание того, что вся информация, которой обладал Сутягин, была взята из открытых источников – газет и специальных журналов. А потом «народные представители» оправдывают офицера спецназа Эдуарда Ульмана, который расстрелял в Чечне «газик», полный мирных жителей, и попытался скрыть следы преступления путем поджога автомобиля вместе с трупами.Наше общество на протяжении долгой истории уже доказало, что оно охотно верит в «невидимых» преступников – наказывает «врагов народа» и прищучивает «адептов черной магии», но всегда готово оправдать реального душегуба с топором на большой дороге по причине его трудного детства.Сейчас можно лишь приветствовать решение городской прокуратуры, которая намерена обжаловать решение Коллегии присяжных заседателей Московского городского суда.

Подкасты