- Город

Классик вечерних новостей

Надеть маски. Нарушителей ждет большой штраф

Фитнес переезжает из душных спортзалов на крышу

Школы Москвы начнут учебный год в очном формате

Социальные работники получили 8 миллиардов рублей за работу в период пандемии

«Второй пакт Молотова — Риббентропа»: политологи назвали истинную причину ненависти Польши к РФ

Профессор МГУ оценил опасность частых КТ-исследований из-за COVID-19

Определен размер средней зарплаты в России за последний год

«В России легче, чем в Европе»: как итальянец развил бизнес в Москве в разгар пандемии

Адвокат Соколова объяснил, почему решил защищать в суде вдову рэпера Картрайта

«По 500 тысяч долларов»: Пригожин рассказал о гонорарах Егора Крида

Отельеры Турции оценили стоимость летнего отдыха для россиян

Как россияне покупают «золотые паспорта» и сколько это стоит

Рошаль оценил эффективность борьбы с COVID-19 в России

«Озноб, температура»: профессор РАН назвал признаки укуса энцефалитного клеща

Финансист ответил на слова Собчак об «идиотах» со сбережениями в рублях

Пожилых и людей с хроническими заболеваниями предостерегли от путешествий из-за COVID-19

Классик вечерних новостей

Сегодня легендарному редактору «Вечерки» исполнилось бы 90 лет

[b]Семен Индурский, которому сегодня, 15 января, исполнилось бы 90 лет, возглавлял редакцию «Вечерки» в эпоху «горячего набора».[/b] Нынешнее поколение журналистов и читателей — те, кому до 40, — уже не застали того времени, когда газеты набирались на линотипах, а затем колонки еще тепленьких металлических строк верстальщики на металлических столах укладывали в металлические же рамы. Отливка текста была горячей. Но и новости в вечерней столичной газете были тоже, что называется, горячими. В том смысле, что газета, которая сдавалась в печать в 14.15, не могла выйти в свет без рубрики «Сегодня». Москвичи узнавали эти новости не из телепрограммы «Время», выходившей в эфир в 21.00, а из «Вечерки», поступавшей в киоски и к почтальонам в 17.00. И сильные мира немало удивлялись, увидя фото со своим изображением, сделанное за три часа до того… Происходило это волшебство при отсутствии факсов и электронной почты, благодаря четкой организации работы журналистов «Вечерки» и авторитету ее главного редактора. Индурский мог позвонить самому высокому партийному или государственному чиновнику и сказать, что информация нужна в течение ближайших 15 минут. И газета ее получала. Напечататься в «Вечерке» было престижно. В своей книге «Газета выходит вечером», изданной два десятилетия тому назад и ставшей своеобразным учебником, С. Индурский цитирует Маяковского: «Славу писателю делает «Вечерка». Профессиональные требования Индурского были жесткими, и от халтурщиков и неумех редакция освобождалась. Дешевая сенсация отвергалась, вранье и путаница сурово пресекались. Зато процент заслуженных работников культуры России был в редакции «Вечерки», пожалуй, самым высоким среди газетных коллективов столицы. И когда журналист нуждался в жилье, Индурский лично отправлялся к тем, от кого зависело распределение социальных благ. Он не был добреньким, но порой не мог устоять перед нахрапом. Мне известен факт, когда один из журналистов купил себе мебель и привез ее «ненадолго постоять» в квартиру главного: вы, мол, пока на даче… Душевная ранимость людей творческих профессий общеизвестна. Но в общей форме. А вот в применении к конкретному Семену Индурскому об этом порой забывали даже те, кто проработал с ним не один год и пользовался его благорасположением. Чего уж говорить о высоком начальстве! К своему 70-летию, пришедшемуся на январь 1982 года, Индурский был уже, можно сказать, ветераном «Вечерки», проработав в ней более четверти века. Был заготовлен текст приветственного адреса. Редактировал его лично член политбюро ЦК, первый секретарь МГК партии Гришин. Эта правка сохранилась в архиве. Перед фамилией, именем и отчеством юбиляра на титульном листе важный партийный цензор дописал — «главному редактору газеты «Вечерняя Москва» товарищу…» А в пассаже о том, что за полвека газетной работы Индурский прошел все ступени — от курьера до редактора, остался только стаж. Вылетели слова «большой опыт, организаторские способности, свойственные вам принципиальность, инициативность, деловитость, чуткость…» Товарищ Гришин не просто не любил похвальных слов, он осознавал их опасность. И потому вычеркнул эпитеты во фразе «Вы снискали большое уважение и высокий авторитет» — так что не стало ни большого, ни высокого. Конечно, Индурского ценили. Его наградили четырьмя высокими по тем временам орденами, дали почетное звание, приглашали в президиумы. Но он-то знал, что и расправиться с ним могут в любой момент. Такое уже случалось. В 50-е годы Индурского, прошедшего к тому времени школу столичных газет «Красный воин» (без отрыва от службы в армии) и «Рабочая Москва» (нынешняя «Московская правда»), куда он писал как военный корреспондент в годы Великой Отечественной и где продолжал работать в послевоенное время, уволили в одночасье за чужую ошибку и милостиво позволили устроиться рядовым редактором в книжное издательство. К газетной работе ему удалось вернуться лишь после смерти Сталина. Архивы сохранили удивительные документы, которые большинством в 70—80-е годы воспринимались — во всяком случае внешне — как нечто обыденное. Каждый, кому предстояло ехать за рубеж, должен был представить в райком партии положительную характеристику от «треугольника» (администрации, парткома и месткома профсоюза). В характеристике необходимо было указать, что претендент на выезд политически благонадежен и морально выдержан. Редактор городской партийной газеты, член горкома партии, депутат Моссовета, орденоносец Индурский не вправе был рассчитывать на особое благорасположение. В личном деле Индурского, хранившемся отделом кадров, — около двух десятков таких «характеристик». В 1973 году, к примеру, 60летний главный редактор почувствовал необходимость полечить желудок. В райком сообщается, что он политически грамотен, и редколлегия, партбюро и местком «рекомендуют его для поездки на лечение в Карловы Вары». Политически неграмотных лечиться не пускали… Это мы сегодня смеемся. Тогда многие плакали. Он умер утром в день своего 76летия, 15 января 1988 года, так и не успев получить удостоверение пенсионера. Медицинский эпикриз свидетельствовал, что смерть была, в общем-то, неизбежна изза тяжелой болезни. Но почему именно в такой день?! Да, он находился в больничной палате, но дела шли на поправку, и врачи считали, что гостей с поздравлениями можно будет к имениннику допустить. Никто не успел. Полагаю, что существовал некий психологический фактор, ускоривший конец. О чем думал Семен Давыдович в день своего рождения, зная, что в редакционный кабинет он уже не вернется?.. Он был во главе газеты 22 года из 32 лет работы в ней. Отметив незадолго перед тем 75-летие, Индурский понимал, что перестройка и связанные с ней кадровые новации его не минуют, и ждал их. Ни популярность газеты, тираж которой превысил в ту пору 600 тысяч, ни очереди за ней у киосков не могли служить аргументом, что «старик все еще тянет». Установка Сталина о том, что «незаменимых не бывает», продолжала действовать. А Борис Ельцин за два года своего пребывания на посту первого секретаря МГК КПСС не нашел времени поговорить с главным редактором городской партийной газеты. Это был симптом, понятный для старого газетного «волка». Осенью 1987 года его вызвали в отдел пропаганды и от имени хотя и опального, но еще не ушедшего Ельцина предложили подать в отставку. И никто не удосужился сказать прилюдное спасибо человеку, который отдал столичной прессе почти шесть десятков лет и стал классиком вечерней журналистики. Эти слова, правда, сказаны были на гражданской панихиде одним из секретарей МГК, пребывавшим в этой должности без году неделю. Между тем феномен Индурского — не столько в том, что никто другой не возглавлял так долго «Вечерку», сколько в том, что именно при нем газета стала непременной, неотъемлемой частью быта москвичей, главным источником житейской информации. Не тех новостей, которые пугают и шокируют, а тех, которые полезны, интересны, порой занимательны. У старой «Вечерней Москвы» была, разумеется, политическая ангажированность, неизбежная в советское время. Но газету Индурского помнят и ценят за то, что она входила в каждую московскую семью как искренний друг. [b]Досье «ВМ»[/b] [b][i]ИНДУРСКИЙ Семен Давыдович[/b]. Общий трудовой стаж – 60 лет; из них 55 лет – в редакциях газет, в том числе 32 года в «Вечерней Москве». Был и членом МГК КПСС, и депутатом Моссовета, и членом президиума правления Московской организации Союза журналистов. Неоднократно награжден и столь же неоднократно «бит». Самый «долгоживущий» – 22 года – главный редактор «Вечерки», сделавший ее одной из самых популярных московских газет.[/i]

Новости СМИ2

Коронавирус

в Москве

184 969 + 1 329 (за сутки)

Выздоровели

244 097 

Выявлено

4 521 + 11 (за сутки)

Умерли

Руслан Клинский

Карать ли за измену топором

Мехти Мехтиев

Учитесь жить по средствам

Виктория Филатова

Битва за Патриаршие

Митрополит Калужский и Боровский Климент

Достопримечательности в шаговой доступности

Дарья Завгородняя

Покупатель прав не всегда

Александр Хохлов

Кто в Арктике хозяин

Анатолий Горняк

Депутат за четыре копейки

Река сильнее традиций. Правда и мифы о столице и ее жителях

Газеты создаются в творческих муках и спорах

Как помочь ребенку выбрать профессию?

ЕГЭ по литературе. Больше читайте и пишите