Главное
Карта городских событий
Смотреть карту

И никакой генетики!

Общество
И никакой генетики!

[i]В еженедельнике от 28 апреля мы опубликовали интервью с одним из ведущих пластических хирургов Москвы. Материал вызвал массу читательских откликов. Поэтому мы решили продолжить разговор о пластических операциях, но при этом взглянуть на проблему «с другой стороны баррикад» – глазами пациенток пластических клиник.[/i][b]Не могла жить с ненавистным носомКАТЕРИНА, 27 ЛЕТ[/b], [i]специалист по интернет-технологиям (фамилию просила не называть)[/i]. Две ринопластики (коррекция носа), лороперация, липофилинг (инъекции жира в отдельные области), липосакция (выкачивание жира).[b]– Катя, что тебя толкнуло на первую операцию?[/b]– Детский комплекс. У меня был такой клоунский нос с набалдашником. В детском саду надо мной все смеялись и вешали полотенце на нос. Я прожила с этим смехом за плечами 26 лет. Каждый раз, когда смотрела в зеркало, чувствовала себя маленьким закомплексованным ребенком. А потом просто решилась на операцию.[i]Сейчас у Катерины нос очень маленький с милым острым кончиком[/i].[b]– Как ты выбирала хирурга?[/b]– Я по жизни стараюсь доверять своей интуиции. Московские хирурги мне кажутся зажравшимися снобами. В большинстве своем они думают только о деньгах и смотрят на тебя как на мясо. Поэтому я оперируюсь в Питере у Рыбакина. Артура Владимировича я выбирала по зову сердца – не видя ни одной работы и не услышав ни одного отзыва. Мне-то повезло, но вообще никому не рекомендую такой способ. Когда год назад он мне делал первую операцию, ему было только 33 года, но при личном общении он мне показался очень талантливым человеком. По-моему, успех операции зависит во многом не столько от опыта хирурга, сколько от его таланта. Ну и, конечно, от состояния организма женщины. Любой, самый талантливый и опытный хирург – не Господь Бог. Как поведет себя ваш организм и не подшутит ли над вами природа – не знает никто.[b]– Свои первые ощущения после операции помнишь?[/b]– Проснулась в палате. Было очень больно и вокруг суетилось много людей. «Сделали!» – было первой мыслью. «Обезболивающее!» – первые слова, которые я услышала. Но мне положили только лед на нос. Да и то всего один раз. Все болело, горло пересохло, но пить не давали. Я попросила хотя бы прополоскать рот и мне принесли влажный бинт – как теркой по небу. Ночью из-за отсутствия воды мне стало совсем плохо, но я не смогла найти кнопку для вызова медсестры. Пришлось стучать по батарее и выпрашивать глоточек. После операции была температура 37,4, ужасно болело горло – как при самой тяжелой ангине. Синяков было немного. Как только я смогла встать, сразу кинулась к зеркалу в туалете. Под гипсом было ничего не понять, но кончик носа казался слишком большим и круглым.[b]– По-твоему, материальные и моральные затраты на операцию себя оправдали?[/b]– Конечно. Я полностью избавилась от своего детского комплекса. Что до моральных и физических страданий, то я не вижу в пластических операциях ничего чрезвычайного. По-моему, это естественное продолжение каждодневного ухода за собой. Для меня гораздо более противоестественно, когда на лице тонна туши и губной помады или наращенные ногти на руках. И потом я была психологически готова к тому, что с первого раза все идеально не получится и придется делать еще операцию. Моя первая ринопластика стоила мне 2 тысячи долларов. Потом у меня случилось воспаление надкостницы; из-за швов после ринопластики, которые спрятаны в ноздре, стало трудно дышать.Пришлось делать лороперацию и потом – повторную ринопластику, уже за тысячу. Кстати, на первую операцию мне дал деньги муж. Мы, правда, потом развелись. Он был категорически против операции, а я понимала, что больше не могу жить со своим ненавистным носом. Но еще, помню, бывший муж сказал тогда: «Будешь делать нос, уж и губы накачай заодно». По сути, так и пришлось делать.[i]Катерине вкачали в губы собственный жир, частично взятый с липосакции. Пока верхняя губа еще катастрофически неуравновешенна с нижней. Но Катя полна решимости и верит, что, как и обещал доктор, через месяц у нее будут приличные губки «размера – третий сексапил».[/i]– Ты сейчас не смотри, что я в таком состоянии, у меня еще синяки не сошли. А после липофилинга я вообще выглядела как знатная бомжиха. Все лицо в синяках и губы перекошенные. Зато сейчас я становлюсь все красивее.[b]– После операций, наверное, берешь на работе отпуск?[/b]– Зачем? Я могу ходить на работу и с синяками, и с гипсом на носу.[b]– Когда шла в клинику, страшно не было?[/b]– Я знаю, все любят говорить про риск, приводить примеры «страшилок», когда люди оказываются после операции в коматозном состоянии. Но по-моему, на машине ездить куда опаснее, чем делать пластику. Да, многое придется терпеть, но дело того стоит. Хотя у меня тоже были послеоперационные депрессии. Казалось: вот сделала то, о чем всю жизнь мечтала, и где оно, счастье?[b]– А липосакцию зачем сделала? Тоже комплекс?[/b] ([i]По комплекции Катерина девушка миниаюрная, и при взгляде на нее я бы никогда не подумала, что у нее могут быть проблемы с лишним весом[/i])– Все очень просто. Я ходила в тренажерный зал, качала пресс, но результат мне все равно не нравился. Потом я подумала, что раз уж есть деньги, то зачем мне себя мучить, если можно сделать все быстро при помощи операции. Живот, правда, до сих пор болит, а первый день после операции ходить было просто нестерпимо больно. Но это потому, что у меня был пресс накачанный. А чем крепче пресс, тем больнее потом будет. Но это тоже ненадолго. Пройдет.[b]– Сейчас ты уже все сделала, что хотела, и готова остановиться?[/b]– В общем, да. Хотя деньги позволяют еще что-то доработать. Наверное, сделаю еще себе липосакцию на ногах, ну и, может быть, вкачаю откачанный из ног жир в ягодицы, а то у меня размер очень маленький. Всю жизнь проблема – брюки подобрать.Да, еще мне предстоит убирать ожог и тату на теле. Ну и лет в 35–40 сделаю себе антивозрастную операцию. Хотя тут тоже затягивать не стоит. Чем больше возрастных изменений, тем сложнее их убрать. Грудь принципиально делать не буду. А то буду постоянно думать о том, что в меня засунули какое-то инородное тело. Вот если бы можно было туда свои клетки дорастить… но такого не делают. Мой пыл еще охлаждает то, что каждый раз надо делать общий наркоз, а это в общем-то неполезно для организма. У кого волосы выпадают, у кого ногти ломаются, у меня – жутко шелушиться кожа. Еще бывает, используют дешевый наркоз, который вызывает галлюцинации.[b]– Многие твои знакомые делают операции?[/b]– Практически все. Результаты тоже всех удовлетворяют. Хотя иногда бывает так, что объективно результат не очень хороший, но человек все равно доволен. Тут важно самому быть оптимистом и не ждать невозможного. Хотя, знаешь, бывает обидно. Вот мой новый нос родители вообще не заметили. Да и подруга наверняка не заметила бы, она просто знала, что я резаться буду. Люди вообще очень мало друг на друга смотрят и мало что замечают.[b]– Твои знакомые – это…?[/b]– …Молодые женщины. До 30. Как правило, они замужем и с детьми. У них есть деньги, и они любят проводить время в салонах красоты. Они очень требовательны к своей внешности, и пластические операции для них – это не более чем необходимое дополнение к ежедневному уходу за собой.На операцию решалась три года[b]ИОЛАНДА ЧЕН, 44 ГОДА[/b], [i]телеведущая[/i].[b]– Иоланда, сколько пластических операций вы перенесли?[/b]– Я делала липосакцию и одновременно пластику нижних век, то есть убирала мешки под глазами. В практике Александра Сергеевича Тепляшина, который меня оперировал, делать максимальное число хирургических вмешательств под одним общим наркозом. Со стороны может показаться, что врач просто старается заработать как можно больше денег, но общий наркоз – это серьезный удар по организму. Серьезные пластические хирурги считают, что общий наркоз нужно делать не чаще, чем раз в год.[b]– Сложно было решиться на операцию?[/b]– Очень. Я долго готовилась, ходила, выбирала. Только чтобы позвонить и пойти на консультацию, мне потребовался год. Чисто интуитивно из общего вороха рекламы я выбрала именно Тепляшина. Хирург мне понравился, все рассказал, все посмотрел, мы все подробно обсудили, мне заполнили карточку. И что вы думаете? Я не решалась на операцию три года. Получилось даже так, что сам хирург мне звонил: ну где же ты? Было страшновато, но я отчетливо поняла, что время уходит и надо решаться. Я опять обзвонила очень известные и менее известные московские клиники. Выясняла цены, способы проведения операции, что и где разрезают, как сшивают, – все до мельчайших подробностей. И все равно пришла к Тепляшину. Могу сказать, что много известных дам потом, видя мой результат, просили у меня телефончик хирурга.[b]– После операции было больно?[/b]– Накануне операции, когда я была в клинике и сдавала анализы, мне позвонили из передачи «Что хочет женщина?» и пригласили на запись программы «Спорт и секс». Я им честно сказала, что на днях собираюсь делать косметическую операцию и даже не могу представить, как буду выглядеть сразу после операции. А получилось, что через полторы недели я уже спокойно пошла на запись передачи. После операции я ушла из клиники на следующий день вечером, меня забрал муж.[b]– То есть особых болей не было?[/b]– После липосакции у меня просто были синие бока и живот. Чуть-чуть отеков. Такое впечатление, что меня просто побили палками. И ощущения болевые не больше, чем при обычных синяках. Для меня, спортсменки, синяки это вообще ничто! А через два дня после операции у меня была проблема с собакой и пришлось ее везти к врачу. Собаку я спокойно несла на руках. Потом заехала в парикмахерскую сделать прическу со словами «не пугайтесь!» – на лице еще были небольшие розовые ожоги под глазами.[b]– Как чувствовали себя после операции?[/b]– Я почувствовала колоссальное облегчение. Сразу после липосакции у меня было минус 4 килограмма чистого жира, потом – минус десять. Похудение шло постепенно, уходили отеки и синяки, и я становилась все стройнее. Мой вес снизился с 70 до 60 килограммов, это для меня нормально.[b]– Как проходил выход из наркоза?[/b]– Я имела удовольствие довольно часто делать наркозы в советское время. У меня был и разрыв ахилловых сухожилий, полуторачасовая операция, и операция на обоих коленях, так что операций за свою жизнь перенесла много. Если сравнивать тот наркоз, который мне делали тогда, и тот, что делали сейчас, – это совсем разные вещи. Операция век и липосакция в общей сложности заняла 45 минут. После тех – советских – наркозов я по два дня отходила: головная боль, тошнота, патологическое желание есть все подряд.Сейчас же наркозы очень щадящие. Мне делали операцию вечером, потом я с удовольствием поспала и проснулась в 7 утра. У меня было такое хорошее настроение, что я начала всем трезвонить, делиться своей радостью, какая я похудевшая, легкая и счастливая![b]– Какой дополнительный уход потребовался?[/b]– Естественно, я ездила в клинику на процедуры: массаж, который убирает неровности, синяки и отеки, и обвертывание водорослями, – это тоже очень способствует быстрому выводу отечной жидкости. Через десять дней я окончательно пришла в форму.[b]– Иоланда, вы спокойно рассказываете нам о том, через что прошли. А ведь у знаменитостей принято скрывать подобные операции.[/b]– Я не знаю, чего люди боятся. Ведь мы все понимаем, что если звезда пропала на какое-то время, а потом появляется моложе в три раза и похожая на свою дочь, то какие тут могут быть разговоры о природе и хорошей генетике! Никто же не стесняется прибегать к услугам косметологов, чтобы хорошо выглядеть! Мы же тут, в «Останкине», все общаемся. И многие мне говорят: хочу сделать операцию.Но как, мол, мне это скрыть? Да неужели нельзя просто взять у начальства отпуск и сказать, что ложусь на косметическую операцию! Очень многие боятся операции. И хочется и колется, потому что ты не знаешь, как потом будешь выглядеть. А вдруг ослепнешь, вдруг не проснешься после наркоза? Вот я и решила рассказать о наболевшем для многих.[b]– Вы не пробовали решить свои проблемы без посредства операций?[/b]– После того как ушла из спорта, я так поправилась, что это уже ни в какие ворота не лезло. Первая реакция была – похудеть наименьшими усилиями. Я тоже попалась на все эти безобразные рекламы таблеток, чаев и всей этой жуткой ерунды. В результате применения таких препаратов ты выбрасываешь деньги и наносишь непоправимый вред своему здоровью. Пока пьешь, тебе кажется, что ты не поправляешься, но как только курс прекращается – резкое увеличение веса. Был вариант с голоданием. Но это такой стресс для организма! Отказ от дружеского общения, от застолий, приходилось постоянно смотреть на все это изобилие с одной мыслью: нельзя! Понимаешь, что жизнь кончилась. И потом организм обмануть невозможно! Как только ты начнешь опять есть, организм свое возьмет и возьмет даже больше, чем нужно. Человек же не может голодать всю жизнь![b]– У вас есть знакомые спортсменки, которые тоже решились на операции?[/b]– У девушек, которые с раннего возраста занимаются спортом, из-за сумасшедших нагрузок не развивается грудь. И потом, когда прекращаешь заниматься спортом, это становится причиной жутких комплексов. Девушки начинают что-то подставлять, какие-то дурацкие бюстгальтеры покупать. А как дело доходит до постели, то еще больший комплекс развивается. Моя знакомая сделала протезирование груди. Я снимала, как делали операцию моей подруге на пленку, и на следующий день у меня все «Останкино» смотрело запись.[b]– Многих останавливает боязнь новообразований, скажем, через несколько лет после операции.[/b]– Вы знаете, я сама осматривала эти имплантаты, изучала, как и из чего их делают. Сейчас это абсолютно экологически чистые и натуральные компоненты. И даже если протезы повреждены, мало ли, авария или ножом пырнут, то имплантаты абсолютно естественно выводятся из организма.[b]– Насколько важен момент психологической поддержки?[/b]– Для меня это было очень важно. Муж ездил вместе со мной на консультацию. Женя придал мне уверенности, он увидел, что врач хороший и адекватный. Это Женя мне сказал: «Делай, ну что ты будешь мучиться, через пару лет мешки под глазами ведь еще больше станут». И это правда. Затягивать не надо, потому что важна способность организма к реабилитации. Чем более пожилой организм, тем ниже у клеток способность к регенерации. Сложнее идет заживление, да и результат уже не так заметен. Делать операцию в 40 лет – это одно, а в 60–70 – совсем другое.[b]– Об антивозрастных операциях задумываетесь?[/b]– Я думаю, что буду делать все по ходу появления проблем. У меня есть еще кое-какие к себе претензии, и я обязательно это исправлю. Все дело в деньгах и времени. Хотя почему бы не взять, например, кредит в банке, чтобы сразу сделать максимальное число операций? Я не могу сказать, что я человек богатый. Я неплохо зарабатываю, но не купаюсь в деньгах. Хотя уровень цен на пластику сейчас приемлем для многих.[b]КАК ВЫБРАТЬ ХИРУРГА[/b]- Не пожалейте времени и средств на предоперационные консультации. Соберите как можно больше профессиональных мнений о желаемой операции. По возможности, пообщайтесь с пациентками предполагаемого хирурга.- Помните, что выбирать надо все-таки хирурга, а не клинику. Иногда известные хирурги оперируют в нескольких клиниках и часто за разные деньги. Так что, может быть, вам удастся сэкономить.- Помните, что «хорошо не всегда дорого», особенно в пластической хирургии.- Всегда рассматривайте только аналоговые случаи. Если хирург хорошо делает липосакцию, не факт, что у него хорошо получаются носы.- Полезно посетить интернет-форумы, посвященные пластической хирургии. На них можно познакомиться с пациентками разных хирургов. Но помните, что хирурги любят засылать на форумы своих «подсадных уток». Так что ничто не заменит личного общения и лицезрения труда пластических хирургов.- Очень важна «психологическая совместимость» с хирургом. Вы должны по-человечески подходить друг другу, иначе жди от тела непредсказуемого поведения.- Чем более четко вы знаете, чего хотите и сумеете договориться об этом с хирургом, тем более ожидаемым для вас будет результат.[b]ЖЕРТВЫ ПЛАСТИЧЕСКОЙ ХИРУРГИИ[/b]- Одна из самых знаменитых жертв пластической хирургии – Катя Сумина, Мисс Россия 1999 и 2000 годов. После липосакции Катя впала в кому. Врачи, которые проводили операцию, не признают своей вины, хотя у родных девушки есть заключения независимых экспертов, что девушка задохнулась на операционном столе.- Врачи той же клиники («Лазерный центр» в Самаре) делали операцию по подтяжке груди Елене Сушиной. В результате первой, основной, и второй, коррекционной, операций на груди девушки образовались шрамы. Врачи говорят, что это особенности рубцевания кожи пациентки.- 24-летняя москвичка обратилась к пластическому хирургу, чтобы подкорректировать форму носа. В результате горбинка, которая не устраивала девушку, сохранилась, а имплантированные искусственные хрящи стали выпирать под кожей. Девушка сочла, что ее просто изуродовали.- Еще одной жертвой врачебной ошибки стала 56-летняя женщина. Операция закончилась для этой женщины параличом лицевого нерва. Это только некоторые случаи, которые привели к иска против клиник эстетической хирургии, но решение судов пока не вынесено. По жалобам пациентов Минздравом была проведена проверка 42 московских клиник. По ее результатам, у 37 из них была приостановлена лицензия на медицинскую деятельность.[b]ЦЕНЫ НА САМЫЕ ПОПУЛЯРНЫЕ ОПЕРАЦИИ[/b]- Маммопластика (пластика груди) –[b] 3000–8000 евро[/b]. Стоимость имплантатов – [b]900–1600 евро [/b]за пару. Компрессионное белье – [b]1100 – 3600 рублей[/b].- Ринопластика – в среднем [b]2000 евро[/b]- Липосакция – зависит от объема работ. Живот и бока, к примеру, вам обойдутся приблизительно в [b]3000 евро[/b]- Пластика век – в среднем [b]1000 евро[/b]- Подтяжка лица – в среднем [b]3000 евро[/b]

Подкасты