Расщепление автора

Культура

[b]Фильм Оскара Ролера, представленный в конкурсе стартовавшего в минувший четверг Берлинского кинофестиваля, заранее был объявлен главным его событием. Удивляться нечему: Германия с особым вниманием относится к собственному представительству на фестивале и возлагает большие надежды на картину, снятую немецким режиссером по главному бестселлеру последнего десятилетия. Даже если бестселлер - французский.[/b]Скептики закричат, еще не успев посмотреть фильм, что книги уровня «Элементарных частиц» экранизировать невозможно - нечего и пытаться. Однако надо помнить, что дебютный роман Мишеля Уэльбека «Расширение пространства борьбы» был во Франции перенесен на экран, причем сравнительно удачно, а его «Платформа» даже получила специальный приз – «Книге, заслуживающей экранизации».Экранизировать можно все что угодно, вплоть до телефонного справочника. Главное уметь делать различия между языком кино и языком литературы. В этом убеждают такие блистательные экранизации последних лет, как «Часы» Стивена Долдри (тоже, кстати, показанные в свое время на Берлинском фестивале) или «Пианистка» Михаэля Ханеке.К слову, Ханеке – любимый режиссер Уэльбека, и года три назад еще можно было помечтать о том, как суровый австрийский парадоксалист снял бы фильм по книге французского меланхолика. Но этого не случится: «Элементарные частицы» уже стали фильмом, факт экранизации налицо, и заново к этой книге киношники подступятся нескоро.Тем более что первый опыт трудно признать удачным. Мастеровитый немец Оскар Ролер – отнюдь не Ханеке. Он представил облегченную версию скандального романа. Свингерские клубы и колонии хиппи здесь отнюдь не так инфернальны и непристойны, как у Уэльбека, да и герои фильма – уже не «элементарные частицы», которых жажда недостижимой близости с другими человеческими существами толкает на крайние поступки. Это вполне благополучные и ухоженные молодые люди, не способные найти дорогу к счастью лишь по прихоти автора-мизантропа.Впрочем, Ролер позволил себе изменить финал романа, включив свет в конце тоннеля: если у Уэльбека биолог Мишель изничтожал весь род человеческий, подменяя несчастных homo sapiens'ов вечно счастливыми асексуальными клонами, а его сводный брат Бруно умирал в сумасшедшем доме, то тут оба героя сидят на солнышке в шезлонгах в компании своих возлюбленных (пусть одна из них – уже призрак; зато второй, которая в романе умирала, Ролер ухитрился спасти жизнь) и наслаждаются приятным времяпрепровождением. И все это – под мягкую лиричную музыку.Ролер, которому не хватило фантазии и чувства, заменил их позаимствованными из первоисточника диалогами – ясное дело, превосходными. Отчасти поэтому он сделал ставку на актеров: правда, вместо душераздирающих переживаний им приходится играть слова, слова, слова.С другой стороны, актеры на редкость хороши. Стоило переносить действие из Парижа в Берлин, чтобы Бруно сыграл Мориц Бляйбтрой (еще со времен «Эксперимента» известно, что он – артист, способный на чудеса), а Аннабель – Франка Потенте. Таким образом, парочка из «Беги, Лола, беги» вновь воссоединяется на экране; хотя в партнеры Бляйбтрою и Потенте назначены другие актеры.Смотришь на хороших артистов и думаешь, что немцы вообще позитивней и жизнерадостней декадентов-французов, потому и фильм получился не приговором роду человеческому, а обычной мелодрамой.Только все эти наблюдения не стоят и гроша: дело не в национальности, а в таланте. Уэльбека должен был ставить режиссер, равновеликий ему по способностям или хотя бы близкий по мировоззрению. Этого не случилось. Результат – еще одна картина, которая позволит особо ленивым поклонникам современного искусства отвечать на сакраментальный вопрос: «А ты сам Уэльбека читал?» – традиционной фразой: «Нет, зато фильм смотрел. Не понравилось».[b]Берлин[/b]

Google newsYandex newsYandex dzen