Во времена давние, а может быть и не такие уж давние – что такое 300 лет для госпожи истории? – погреба московского патриарха славились по всей Руси. Сойдясь на компромиссной формуле, что «невинно питие, проклято пьянство», служители Бога не забывали следить за тем, чтобы их погреба всегда отвечали насущным потребностям бренного тела. Здесь находилось и чем закусить и, главное, чем запить обед и для хозяев, и для многочисленных и гостей.В погребах патриарха Адриана, по свидетельству историков, хранились в обилии меды – вишневый, малиновый, черничный, красный, белый, светлый, выкислый, мед гвоздичный и даже мед братский (для домовой братии).И пива в погребе было в избытке: простое легкое, мартовское, приварное, поддельное (то есть чемто приправленное). Не забыто было и «вино горячее», сиречь водка. Нашлось в патриаршем погребе место и для браги, и для кислых щей, которые были в те времена и не супом вовсе, а особым напитком «для расслабления».Когда святейший выезжал на свою дачу в подмосковное село Троицкое-Голенищево, то в поход за ним «отпускали множество всякого пития. Так, 26 мая 1698 года было отпущено: «2 ведра рейнского вина, 3 ведра меду вишневого, ведро меду малинового, 2 ведра меду светлого, 2 ведра пива приварного, мешочек пивца легкого, два мешочка бражки, мешочек кислых щей, 6 ведер меду легкого, 7 ведер меду чернишного, 12 ведер меду кислого, 20 ведер меду белого, 2 бочонка браги…» Почему счет жидкостям определялся не только в бочонках, но и в мешках, мы, признаться, не знаем. Видимо мешки тогда были непромокаемыми. А вот если вас смущает мера отпускаемого – не мешок, а мешочек, то следует помнить, что согласно тогдашнему этикету все, что опускалось для нужд патриарха, именовалось уменьшительными именами: пивцо, бражка, мешочек… Так что по количеству всего этого горячительного и охлаждающего добра хватало не только патриарху, но и многочисленным приближенным.А ведь слуги, как известно, всегда голоднее хозяев!