Забытая вотчина Феррейна

[b]Сто десять лет назад, летом 1892 года, в Москве состоялась первая Ботаническая акклиматизационная выставка. Подводя ее итоги, ученые отмечали: «Наиболее осязаемым результатом выставки явилась благодаря очень крупному пожертвованию Владимира Карловича Феррейна Бактериолого-агрономическая станция в Московском зоологическом саду. В. К. Феррейн не только возвел изящное каменное здание, но и снабдил его полной обстановкой для производства соответственных бактериологических работ, сообразно всем требованиям современной науки…»[/b]На станцию у Нижнего Пресненского пруда, построенную по проекту архитектора Эриксона, украшенную фигурами сфинксов, приходили не только медики, но и ветеринары, агрономы, фармацевты, люди других научных специальностей.В лаборатории не закрывались двери ни перед любознательным обывателем, ни перед научным работником, желающим произвести эксперименты в области бактериологии. Поэтому на станции в конце ХIХ века можно было встретить врача В. Л. Любенкова, магистра фармации А. В. Феррейна (сына Владимира Карловича), студента физико-математического факультета Московского университета О. Ю. Трабу… Например, агроном Рудзинский, будучи управляющим чайных плантаций на Кавказе, принадлежавших известной фирме К. и С. Поповых, занимался в лаборатории исследованием чайного брожения и участия в нем микроорганизмов.Сюда, в Кудринские Конюшни, ехали со всех концов Москвы, чтобы провести необходимые анализы и получить справки по различным вопросам, касающимся бактериологии и агрономии. Сюда «ввиду обстоятельств» наведывались министры и начальники департаментов, профессора и великие князья, даже генерал-губернаторы! Станция процветала.А в начале ХХ века в ее залах был открыт уникальный «Музей прикладной ботаники», который москвичи называли коротко — «Музей флористики».Очарованный своим детищем, Владимир Карлович Феррейн решил подарить и здание, и все службы с музеем родному городу: он родился в Москве в 1834 году. Московская управа с благодарностью подарок приняла. Несмотря на акт дарения, бывший владелец продолжал материально помогать музею и лаборатории… Я уверенна, что большинство современных москвичей слыхом не слыхивало ни о лаборатории Феррейна, ни о том, что когда-то в столице был Музей флористики.В дни «революционных боев» за власть в 1917 году станция Феррейна была обстреляна. В архивных фондах Музея Москвы я видела фотографию пробитой пулями мраморной доски с обозначенным наименованием организации. А потом Музей флористики как «отрыжка буржуазной пропаганды» был закрыт. Навсегда. Работы в лаборатории «с какими-то» мышками, червями, букашками, микробами были свернуты. Сам дом старел, ветшал, болел и до перестройки пребывал в плачевном виде.Однако в 1990-х годах настал день, когда в здании был потушен последний костер приютившихся тут бомжей. Дом привели в порядок, отреставрировали, покрасили, повесили на окнах белые занавески и… огородили от прохожих приличным забором.Все стало очень хорошо и аккуратно. Лишь одна мелкая неувязка: подаренное городу здание теперь принадлежит не москвичам, а какой-то частной фирме. Здание охраняется спецмолодцами, забор закрыт на замок. На доме нет таблички с наименованием организации и нового хозяина. Нет и охранной доски, из которой можно понять, что в этом здании прекрасной дореволюционной архитектуры было раньше.Давно спущен Нижний Пресненский пруд, возле которого, на пригорочке левого берега речки Пресни, стояла Станция и Музей знаменитого фармацевта. Но рядом, на бывшем правом берегу пруда, стоит другая станция – станция метро: наземный вестибюль «Краснопресненская-кольцевая». Вот такая история.