Непокоренных собрали вместе

[b]Выставка представляет работы из частных коллекций русских художников 20–30-х годов прошлого века, не вписавшихся в рамки официально одобренного искусства.[/b]Собственно, таковых было большинство – среди тех, кого и сегодня называют хорошими художниками. Например, Михаил Матюшин и его последователи Мария и Ксения Эндер (сестры были более талантливы, чем их братья Георгий и Борис, который возглавлял «матюшинскую» группу «Зорвед»). Антонина Софронова. Александр Тышлер. Леонид Чупятов. Вера Хлебникова.Дата смерти, конечно, далеко не у всех – 1937 (тогда были расстреляны Александр Древин, Роман Семашкевич). Был еще и 41-й (тогда умирали просто от голода, как Павел Филонов или Леонид Чупятов). Преследования свободомыслящих всерьез начались после легендарного постановления 1932 года «О перестройке художественных организаций» (организации были попросту закрыты, а многие художники вычеркнуты из жизни). Некоторые, как супруга Древина Надежда Удальцова, пережили самые страшные годы, но это была трудная жизнь.Объединение художников на выставке по биографическому принципу в отношении 30-х годов не кажется сомнительным.Судьбы «органиков», сюрреалистов, экспрессионистов (и т.д.) и их картины — действительно части одной большой судьбы: трагической.Однако на выставке думается не только об отечественной интеллигенции, но и о самих работах, потому что картины очень хорошие и выставка сделана на совесть. А что развеска, как в дограбаревской Третьяковке, — сплошняком, в несколько рядов, так это от недостатка места да еще, пожалуй, от немного кокетливой гордости: «НЭ» по сути – клуб частных коллекционеров, и внешней «эффектностью» экспозиции пренебрегает почти принципиально.[b]Вера Ефремовна Пестель (1886—1952), выпускница Строгановки и ученица парижского мэтра Метценже, член группы «Маковец», так и не стала членом Союза художников. Поэтому была лишена каких бы то ни было условий для работы.[/b]