Говядине и свинине тоже вреден стресс: мясо губит экология

Какое место в квартире стратегически важное? Конечно, холодильник. Справедливо это и для производственной площадки «Евро-ЭМ» Микояновского мясокомбината. Здесь тоже, как и в обычных бытовых холодильниках, несколько «полок», только каждая размером с этаж. — Видите, снаружи на дисплее указана температура — минус 21 градус. Очень удобно: не надо каждый раз забегать в камеру, чтобы проверить, все ли в порядке, — объясняет замначальника холодильника Татьяна Федорова. Ее коллеги раскрывают тяжелые герметичные створки, и из промозглой осени мы шагаем в морозную зиму. На огромных паллетах (на каждой умещается примерно тонна продукта) уходящими в темноту рядами лежит «замороженка». Это «резерв главного командования», позволяющий производству функционировать бесперебойно и ритмично. На каждой паллете — листок бумаги с крупно напечатанной информацией: даты выработки и поступления, предельный срок хранения, страна-изготовитель. Вот рядом с канадской говядиной — свиной окорок из Бразилии. Изготовлен 1 августа, поступил на комбинат 5 октября. — Думаю, ему недолго здесь лежать: до Нового года запустим в производство, — говорит Федорова. Миновав санпропускник и водрузив на лица одноразовые маски, в сопровождении заместителя главного технолога Жанны Ивановой проходим на основное производство. Здесь уже наше мясцо, отечественное. Вот говяжьи туши из Подмосковья и свиные с Орловщины висят на крюках, дожидаясь своей очереди. А вот они уже под ножами умелых обвальщиков, отсекающих, подобно великому Микеланджело, «все ненужное». Ножей у каждого рабочего, если точнее, пара: ножеловочный и обвалочный, а вдобавок — инструмент, напоминающий одновременно стамеску и отвертку. Оказывается, это мусат — приспособление для правки ножевых лезвий. Норма выработки для обвальщика на конвейере разделочного цеха — 1,5 тонны за 12-часовую смену. Это больше восьми стандартных туш. Легко понять, что скорость при такой работе сумасшедшая. От тяжелых травм спасает спецодежда: под белым фартуком у каждого рабочего — кольчуга, а на левой ладони — кольчужная перчатка. Случаев, когда охрана брала с поличным несуна, Жанна Вячеславовна так и не припомнила. А вот сырье на комбинате порой забраковывают. Бывают и экзотические причины для возврата: в прошлом году лаборатория генномодифицированных организмов выявила в пищевой добавке чужеродный белок. Пока, к счастью, это единственный прецедент. — Но ведь любого обывателя спроси — подтвердит: нынешняя «докторская» не чета советской. Почему? Наверняка химичите… — пытаюсь вызвать на откровенность начальника цеха по выработке колбас Яна Рубкевича. — Ничего подобного, — не поддается тот. — Просто наши вкусовые рецепторы испорчены добавками, усилителями вкуса. Недавно в Москве проводили эксперимент: людям «втемную» предложили попробовать колбаску, сваренную по советскому ГОСТу, и по современным техническим условиям. Ни один не отдал предпочтение «старорежимной»! — Вкус массовому потребителю, конечно, подменили, — подводит итог Иванова. — Но… сырье тоже стало другим. Ведь коровы и свиньи, как и люди, дышат уже не тем воздухом, какой был 30 лет назад, пьют не ту воду, едят не ту пищу. Опять же стрессы, ведь они бьют по любому организму! [b]ПРЯМАЯ РЕЧЬ ДМИТРИЙ КРАСНОВ ЗАМЕСТИТЕЛЬ РУКОВОДИТЕЛЯ СТОЛИЧНОГО ДЕПАРТАМЕНТА ТОРГОВЛИ И УСЛУГ:[/b] [i]— У Москвы нет зависимости от зарубежных поставщиков продовольствия по яйцам и птице. Практически полностью — на 95% — отечественные производители сейчас закрывают наши потребности в овощах. В целом в мясном секторе доля импорта — примерно половина, по говядине — около двух третей.[/i]