Коллеги погибшего оператора Первого канала: "Для нас Толя Клян просто в далекой командировке, и по-другому не хочется об этом думать..."

Тимур Сиразиев, военный корреспондент Первого канала:

– Для начала в это не хочется верить, потому что когда говоришь про Анатолия Кляна, то сразу перед тобой образ очень жизнерадостного человека, который всегда улыбается, всегда заметит тебя словами «Привет, старик!» и… Ты когда с ним встречаешься, то заражаешься этим его позитивом…

Это такой человек, про которого никогда не догадаешься, сколько ему лет – столько в нем энергии, движения… Он – оператор от бога, до мозга костей. Ему никогда не надо говорить, что именно снимать, он все сам видит лучше тебя – что и как надо. Когда я только начинал еще корреспондентом, он никогда не подтрунивал, не смеялся над неопытностью - напротив, подсказывал, поддерживал, делился идеями, помогал всегда и во всем. Когда с ним работаешь, ты заранее уверен – все получится. Трудно представить, что его нет. Как так? Он же душа компании, такой живой… Я не хочу говорить о нем в прошедшем времени. Для меня Толя Клян просто в далекой командировке и по-другому не хочется об этом думать.

Антон Верницкий, корреспондент Первого канала:

– Что говорить. Знал Толю сто лет, когда еще был корреспондентом телекомпании «Останкино». В командировки с ними поездил. Прошли вместе две Чечни, Югославию. Толя был веселый, контактный, при этом исполнительный, ответственный… Очень хороший человек, кладезь анекдотов, хотя у него все присказка была: «Оператор – не оратор». Неожиданная смерть… Сын его Андрюша у нас работал, в одной группе с папой, звукооператором у него, вместе камеру таскали… А по Толе даже не скажешь, что ему 7-й десяток был, он такой шустрый всегда… И когда пошли все эти украинские дела и власти перестали туда пускать россиян-мужчин в возрасте от 17 до 55 лет, Толя и говорит: «Давайте я съезжу туда, а то молодых ребят все равно не пустят». Вот и съездил…

Денис Давыдов, корреспондент Первого канала:

– Наша последняя встреча с Толей была в гостинице в Донецке. Его съемочная группа как раз меняла нашу. Мы постояли на крыльце, потом мне надо было уезжать на границу, мы обнялись. Я сказал ему: «Мастер, жду тебя в Москве, скорее приезжай». Я его всегда называл «Мастером». А он говорит: «Старик, очень хочу поехать на рыбалку, уже все запланировал». Он собирался рыбачить куда-то на юг. Толя – очень разносторонний, увлеченный человек. В свои 68 абсолютно не производил впечатления пенсионера. Молодой мужчина, который любил жизнь. С ним когда здороваешься, рука просто тонет в его большой шершавой ладони, как у рабочего человека. Он не только камеру умел держать. Толя был прекрасным резчиком по дереву, делал шкафы, кухни. Стол, который стоит у нас в операторской – большой обеденный стол – Толя сколотил своими руками. До сих пор не пришло осознание того, что мы все говорим о нем сейчас в прошедшем времени. К сожалению, то место, куда он поехал, стало его последней командировкой, из которой он, как солдат, не вернулся. Его последние слова перед гибелью были: "Камеру держать не могу" – переживал за свой рабочий инструмент…

Напомним, в ночь на понедельник рядом с одной из воинских частей произошла трагедия – в результате обстрела погиб оператор Первого канала Анатолий Клян. 

"Вечерняя Москва" обратилась к секретарю Союза журналистов России, председателю Комитета по защите свободы слова и прав журналистов Павлу Гутионтову с вопросом о том, какие меры нужно предпринимать, чтобы максимально обезопасить журналистов во время исполнения ими служебных обязанностей. (интервью читайте здесь)

ЗАЯВЛЕНИЕ РУКОВОДСТВА ПЕРВОГО КАНАЛА