Главное
Карта городских событий
Смотреть карту
Сторис
Легендарный «Москвич» вернулся

Легендарный «Москвич» вернулся

Какие города играли роль Москвы

Какие города играли роль Москвы

Кого нельзя сократить?

Кого нельзя сократить?

Звезды, которые стали блондинками

Звезды, которые стали блондинками

Отцовство в зрелом возрасте

Отцовство в зрелом возрасте

Судьбы детей-вундеркиндов

Судьбы детей-вундеркиндов

Пары, которые быстро развелись

Пары, которые быстро развелись

Как рок-н-ролл пришёл в СССР?

Как рок-н-ролл пришёл в СССР?

Где в мире заблокированы соцсети

Где в мире заблокированы соцсети

Как защитить машину от угона

Как защитить машину от угона

Разорвать порочный круг

Общество
Разорвать порочный круг

[b]«Волчья пасть» бездушия» – так назывался материал, опубликованный в «Вечерней Москве» несколько лет назад. Речь в нем, а также в нескольких последующих, шла о Научно-практическом центре, в котором лечат детей с пороками развития черепно-лицевой области и врожденными заболеваниями нервной системы. Оперируют в совершенно неприспособленных помещениях, и, несмотря ни на что, возвращают детей к жизни.Судьбу клиники газета взяла на контроль.[/b]Публикации «Вечерней Москвы» не прошли незамеченными. Мэр Москвы Юрий Лужков близко к сердцу воспринял проблему больных детей. Приехал в клинику, поговорил с родителями пациентов, с врачами – и принял решение строить новый специализированный медицинский центр.[b]У Квазимодо мог быть шанс[/b]«На лицо ужасные, добрые внутри», – слова этой веселой песенки здесь, в старых стенах НПЦ, приобретают зловещий смысл. Попавшие сюда крошки со дня рождения отмечены врожденными уродствами лица, вызванными отклонениями в психическом развитии. В просторечье именуемые «заячьей губой» или «волчьей пастью» – самые безобидные из диагнозов. Здесь дети с опухолями мозга, эпилепсией ждут очереди на операцию и лечение. В этом медицинском центре возвращают детишек буквально с того света, даже тех, у которых, казалось, нет ни одного шанса. Специализируются на лечении самых загадочных проявлений врожденных неврологических заболеваний в так называемой краниофациальной области. Это когда малютки появляются на свет с аномалиями налицо – точнее, на лице и голове.Квазимодо, оказывается, сегодня можно было вылечить. По тем приметам, которые описаны в «Соборе Парижской богоматери», – нос сплюснутый, на голове шишки, глаза на разных уровнях – [b]профессор Притыко [/b]поставил диагноз: типичный «синдром Крузона». Если бы, говорит, в те времена существовала такая клиника, как наша, его могли бы прооперировать еще в младенчестве.Правда, тогда Гюго не рассказал бы нам пронзительную историю любви. Но, может, именно несправедливость природы, наградившей богатого внутренне человека уродливыми проявлениями болезни, и заставила ученых заняться этими проблемами. Ведь именно в Париже в конце 40-х годов прошлого века профессор Тесье положил начало школе челюстно-лицевой хирургии. А сейчас парижскую клинику возглавляет профессор Маршак – брат известного советского писателя. К слову, подобные клиники можно пересчитать по пальцам одной руки. Одна из них – в Москве.Каждый год в России рождается от 10 до 15 тысяч малюток с такими пороками. Примерно один на тысячу, иногда больше. Судьба обошлась с ними жестоко. Не будь такой клиники – все они были бы приговорены… Но люди научились исправлять ошибки природы. Талантливые ученые во главе с доктором медицинских наук, профессором, академиком РАЕН Андреем Притыко делают чудеса.…Чудо сидело на кровати, зареванное и несчастное. А молодая мамаша гладила его по головке, перебинтованной после операции, и что-то тихонько приговаривала. Боль пройдет, бинты снимут – и человечек станет таким, как все. Но до этого придется пройти курсы лечения у разных врачей, чтобы полностью восстановить функции организма. Доктора здесь есть все, какие нужны.В бригаду, обследующую больного, входят челюстно-лицевой хирург, ортодонт, стоматолог, окулист, генетик, невропатолог, психолог, логопед, нейрохирург… Такой букет специалистов высокого класса редко встретишь.Уникален медцентр и своими целевыми, можно сказать, авторскими программами лечения сложнейших заболеваний. Этими методиками пользуются по всей России. Но к инструкции своих рук не приложишь. Вот и едут из глубинки, отовсюду, везут кровиночек к хирургам столичного медцентра.О московской клинике идет по миру молва. За нынешний год в НПЦ сделали 900 операций, вылечили около 2 тыс. детей, из них москвичей чуть больше половины. Привозили ребятишек из Израиля, один малыш был из Арабских Эмиратов.Но вот чего точно нет больше ни на одном полушарии – лечат в московской клинике, благодаря городскому бюджету, бесплатно, даже вопреки жестким законам экономики.– У нас много пациентов, живущих более чем скромно, так неужели им отказывать в лечении?! – говорит Андрей Притыко.Родившихся с такими диагнозами многие продолжают считать неизлечимыми, поэтому нередко родительницы оставляют малышей на попечение государства. А уже из приюта они попадают на стол к хирургам Центра. Скольких брошенных детей вернули они к полноценной жизни! Вот только те мамаши об этом не знают…У Притыко принцип: не разлучать ребенка с родными. У постели каждого малыша должен быть взрослый – мать, отец, бабушка.Если их нет – медсестры выхаживают детишек, как родных. Во время обхода профессор расспрашивает сестричку: «Ну как ведет себя ваш?» – прекрасно зная, что тот – круглый сирота. Так в клинике появляется очередной сын или дочь «полка».Иногда это бывает, пожалуй, к лучшему. Однажды молодая вьетнамка произвела на свет ребенка с расщелиной губы и неба – и бросила в роддоме. В НПЦ малышке сделали три операции, выходили.Узкоглазая девочка, которую назвали Машей, два года жила в клинике. Потом ее удочерили американцы. Но своей первой семьей она всегда будет считать «мам и пап» в белых халатах.[b]Так получаются «титаны»[/b]Каких только случаев нет в клинической практике! Помните, какой небывальщиной воспринимался титановый протез, вставленный в череп Радуеву после ранения? Операцию ему делали в Германии. Но сколько людей живут и здравствуют с коррекцией черепов и челюстей из титана, сделанных по методикам операций коллектива кафедры челюстно-лицевой хирургии и стоматологии Российского государственного медицинского университета, руководимой Андреем Притыко!Попавших в автокатастрофу бедняг везут в НПЦ, где исправляют последствия травм. Андрею Георгиевичу министр промышленности РФ за эту технологию грамоту вручил. И гордится ею профессор не меньше, чем множеством медицинских наград, полученных за успехи в лечении и реабилитации больных.Недавно на базе Научно-практического центра проходил симпозиум. Коллеги из разных городов СНГ дотошно расспрашивали Андрея Георгиевича, что и как он делает. И, конечно же, интересовались работой подразделения, о котором «слух пошел по всей Руси великой». Единственная в стране лаборатория молекулярной биологии и генной инженерии откроется в новой клинике, но и сейчас многие молодые люди, перед тем как сделать ответственный шаг – завести ребенка, приходят в НПЦ проконсультироваться о том, что говорят их гены, и не будет ли у потомства пороков. Таких лабораторий и на Западе-то всего две-три.Начали развивать в Центре новое направление – эндоскопической нейрохирургии. С помощью эндоскопа, не вскрывая полушария мозга, можно через узкое отверстие выполнить нужные манипуляции.Кстати, из врачебных парадоксов: известны многие примеры, когда после лечения болезней мозга у людей развивались особые способности – они становились известными учеными, чаще математиками. И это еще один повод сказать: даже в самых тяжелых случаях нельзя терять надежду.Никогда не сдавайтесь! – Сколько кровушки попили наши чиновники, – вспоминает Андрей Притыко, – пока мы бедствовали со строительством новой клиники! Но сейчас благодаря поддержке мэра, помощи Комитета здравоохранения Москвы, похоже, выруливаем на финишную прямую.Это будет суперсовременное строение, напоминающее два корабля, соединенных перешейком-атриумом, где в зимнем саду смогут гулять дети с родителями.Поликлиника, сеть диагностических служб, стационар одного дня, куда больной приходит, получает процедуры – и отправляется домой. Шесть современных операционных, 14 реанимационных коек, из них 5 – для новорожденных.– Но главное не в койках, – считает Притыко. – «Койкодень» – вчерашний день! В Далласе, скажем, три сотни коек обслуживают всю Америку. В новой клинике будет возможность оказывать самую эффективную помощь.[b]P.S.[/b] [i]В одну из недавних сентябрьских суббот Юрий Лужков вновь побывал на стройплощадке в Солнцеве, где уже поднялся над землей цоколь будущей клиники. Мэр поручил строителям возвести объект на полгода раньше – в 2003-м. И заверил, что, хотя иностранного кредита на больницу власти так и не дождались, на благое дело город средств не пожалеет.[/i]

Подкасты