Современный человек в своей повседневной жизни встречается с людьми разных религиозных взглядов. Это могут быть сослуживцы по работе, студенты, обучающиеся в одном вузе, или жильцы одного дома.

И возникает вопрос: какой характер отношений у православного человека может быть ними? Вот сейчас западные христиане отмечают Рождество Христово, может ли православный христианин попросить католика, если он его друг, помолиться о нем?

Казалось бы, а почему нет? Мы все — христиане. Католики тоже верят в Иисуса Христа, в Святую Троицу. Но учение о Боге у католиков другое, нежели у православных. В своем учении о Святой Троице они отступают от Откровения, которое дано нам в Священном Писании, от догматов, утвержденных святыми отцами.

Если человек — православный — не только по имени, по факту рождения в православной стране и православной культуре, но и по своим убеждениям, то он вкладывает в это слово — «Православие» — буквальный смысл, который в нем заложен: правильное славление Бога.

Если православие для него не просто часть его культурной идентичности, а искреннее, содержательное и глубоко осмысленное мировоззрение, то ему не придет и в голову просить кого бы то ни было, кроме православного, помолиться о нем.

В ином случае можно так развить эту логическую цепочку: если православный человек может попросить у друга-католика молитв, то почему бы тогда не попросить католического священника помолиться за него? Или, пойти в костел и подать записку? И так далее.

Может ли православный христианин попросить своего друга католика помолиться за него?

Фото: Анатолий Цымбалюк / Вечерняя Москва

Это верующему человеку и в голову не придет. Потому что, если мы будем так поступать, то будет происходить размывание границ православия, мы будем нивелировать все вероучительные и канонические различия, которые существуют между Православной Церковью и католической и всеми протестантскими церквями. А ни один искренне верующий католик и искренне верующий православный никогда не признают тождества между своими взглядами на Христа, Святую Троицу и на Церковь.

Просить о себе молитв мы можем только православных. А сами мы можем молится за всех: и за язычников, и неверующих, католиков, протестантов, буддистов, и так далее. Мы же, православные — Церковь, а не они. А у Церкви не просто есть такое право — за всех возносить молитвы к Господу Иисусу Христу — Спасителю всех людей. Молиться за весь мир — это обязанность Церкви.

Но то, что мы не совершаем совместно с католиками и другими неправославными христианами никаких богослужений и обрядов и не просим их помолиться о нас, ни в коем случае не говорит о конфронтации с ними. Мы не соглашаемся по важным вероучительным вопросам, и у нас с ними разное понимание существа духовной жизни христианина. Однако это ни в коем случае не исключает нормальных дружеских отношений в жизни, в быту, в совместной работе.

Как говорил старец Паисий Святогорец: «Православно думать легко, но для того, чтобы православно жить, необходим труд». Как и наш Спаситель не гнушался ни самарянами (которых тогда иудеи презирали), ни сборщиками налогов, ни прокаженными или бесноватыми, ни даже блудницами, но в каждом Он видел искаженный грехопадением образ Божий, и поэтому Свою любовь обращал ко всем без разграничений по религиозным взглядам, этнической принадлежности, возраста и образования. Но когда необходимо было обличить порок — сребролюбие, лукавство, лицемерие, властолюбия, Он всегда находил точные слова без лицеприятия. Даже когда Его распинали на Кресте римские воины (кто они были по вероисповеданию, мы можем только предполагать) — Он молился за них и просил Своего Небесного Отца простить их. Для нас это пример недосягаемой высоты…. Но стремиться к такой высоте надо.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции