Человеческому сознанию необходим фундамент, опора. Чувство опоры проявляется, например, в состоянии общего единения. Общество ищет себе героя, который стремится занять место национального символа. У нас такой герой приходит через кино. В 2000-е им стал Данила Багров в исполнении Сергея Бодрова. В фильме «Брат-2» он учил, что сила не столько в уме, сколько в некой правде, и жестко восстанавливал утерянное чувство справедливости. Багров был Ангел истребления. За ним пришел ангел мягкий и добрый, всех замиряющий, — Чебурашка, ангел-ребенок, стремящийся обрести взрослость, стать кем-то большим. Пришел, да каким борзым оказался! Будто вскочил на коня да понесся, а вслед за ним уже неслось целое цунами из бравых сказочных героев.

Сколь тщетно мы пытались насильственно скрещивать в кино век нынешний и век минувший, производя сонм бесконечных ремейков советских фильмов! Скрещивание происходило насильственно, по-лысенковски, и возникали лишь уродливые мутанты.... Но как-то объединить прошлое и настоящее все равно было необходимо: молодежь росла даже не столько манкуртами и хипстерами, сколько беспросветными незнайками — вне понимания исторического прошлого, никоим образом для них не существовавшего. У героев старых советских кинохитов, выдернутых из своей реальности и насильно заброшенных в современность, ничего не получалось — персонажи ремейков чувствовали себя затерявшимися во временном континууме. А вот у русских сказочных героев, именно киногероев, получилось отлично. Они же не настоящие — условные. И мир, в котором они изначально появились, был условен — сказочен. Значит, из него можно было лепить любые фэнтези. Например, такие, как тот же «Чебурашка» — знаменосец кинопроката. Так возник феномен нового семейного кино. Если ранее кинотеатры заполнял лишь молодняк до 30 лет, теперь кинематограф постепенно стал превращаться в собор для коллективного похода всей семьей. Да, это Чебурашка вернул обществу ощущение соборного позитива, что объединяет все слои населения и все возрасты.

Фото: roscongress / Максим Григорьев

Неудивительно, что все участники нового действа обретали успех. Даже если были столь неуклюжи, как герои заново возникшего «Летучего корабля» или новые «Бременские музыканты», воистину смахивающие на оживленные трупы, — правда, трупы квадроберов. Двигаясь по рельсам старых сюжетов, они явно не знали, чем им заняться, — попадали в ту же ловушку, что и персонажи прежних ремейков. Ведь их сюжеты были созданы в советское время, а значит, и по всем своим нарративам, и по всей своей метафизике в нем и оставались.

Успех, однако, был. Как и провал. Точнее, так: огромный кассовый успех и 90 процентов отрицательных отзывов в интернете. Но ясно было, что процесс пошел, и лавина сейчас хлынет по полной.

И сразу был найден новый код. И код сей гласит: берите старого героя и выволакивайте его на пленэр новых приключений. И будет вам счастье. Ну, например, такое, как кассовый успех ленты «Сто лет тому вперед», где все строится по коду «Чебурашки» — персонаж взят старый, а приключения у него новые. То же и в «Огниве», и в «Финисте. Первом богатыре», и в «Волшебнике Изумрудного города», почему-то не пожелавшем быть завершенным. Можно говорить о тех или иных недостатках в вышеназванных лентах, но — код-то выбран верный.

Это наш последний карнавал, последний собор. Где «стол один и прадеду и внуку». Где не «грядущее свершается сейчас», а прошлое сейчас свершается. Обретает новую энергетику и проявляет к себе интерес у молодого поколения — у тех самых «внуков». И еще это наш воистину русский «праздник непослушания», ибо чем карнавальнее, чем отвязнее в нем реальность, тем, как выясняется, и успеха больше.

Конечно, Чебурашка — никакой не Мессия. Но все же тот ангел, что развеял сложившийся туман, национальный герой, что задал тренд. И открыл Новый Путь. И повел всех за собой в сторону прекрасного Дома, где «стол один и прадеду и внуку». И все пошли за ним. Только б теперь в канаву какую не свалиться, да на минном поле каком не подорваться, как это часто с нами случается. Но мы идем.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции