Как Москва отражает всю Россию, так и громада Манежа в ближайшие три недели отразит всю силу и славу отечественного изобразительного искусства. Шутка сказать, 50 провинциальных музеев и даже один монастырь прислали в столицу 280 экспонатов. Многие из них москвичи не видели никогда.

Но дело не только в количестве. На открывающейся 4 ноября выставке «Сокровища музеев России» представлен весь первый ряд золотого века нашей живописи — от Венецианова до Нестерова, все виды ее и течения — от иконописи до импрессионизма. Правда, авангард и весь XX век за малым исключением остались за рамками экспозиции: подготовивший ее Патриарший совет по культуре сделал понятный и предсказуемый выбор в пользу реализма. Да и нельзя объять необъятное. Даже в Манеже, который, перейдя под опеку городских властей, стал престижным выставочным центром.

Увидеть все эти сокровища в среде их естественного обитания нереально даже для самого энергичного любителя — просто жизни не хватит. А тут в одном месте собран колорит самых разных провинциальных собраний. В Ярославле, скажем, имеется выдающаяся коллекция икон местной художественной школы XVII века. А в подмосковном Зарайске любопытны портреты купцов и дворян. Курск — родина Александра Дейнеки, именно его работами особенно интересна тамошняя галерея. Изюминка Воронежского музея — импрессионистка Елена Киселева, которую, как порой случается, напрочь забыли, а совсем недавно «открыли» заново, ее выставка с триумфом прошла в Москве. Или возьмем Казань, город удивительного таланта Николая Фешина. Быть бы ему советским классиком, но эмиграция разрезала биографию пополам, и только сейчас на родине начали выходить его многокилограммовые альбомы. На выставленной в Манеже картине живописец обессмертил свою любимую ученицу Сапожникову, а другой ее портрет вызвал восхищение критиков на первой выставке Фешина в США, где рядом висели работы Ренуара и Клода Моне.

Далекий, но нашенский Приморский край представляет «Русскую девушку» Николая Харламова. Никто лучше этого салонного художника не писал очаровательные женские головки, но советские искусствоведы заклеймили его творчество как безыдейное. Да, «Русская девушка» и впрямь безыдейна, тут не поспоришь. Зато безупречна. И даже, говорят, как Джоконда, следит глазами за зрителями.

Много чего еще можно увидеть в эти дни в Манеже. Невыразимо прекрасную «Брошенную террасу» тонкого лирика Станислава Жуковского (Тульский музей). Сказочного «Витязя на распутье» Виктора Васнецова (Серпухов). «Автопортрет с женой и дочерью» Петрова-Водкина из коллекции самого юного регионального музея — Ханты-Мансийского, открытого в 2011 году. Во Франции художник внезапно сделал предложение дочери хозяйки пансиона. «Вы хорошо подумали, мсье?» — удивилась девушка. — «Вообще не думал. Просто представил нас с дочкой Ленушкой в Петербурге». Спустя 11 лет Ленушка действительно родилась, и вот они все вместе на картине. Поспешите увидеть ее сейчас — потом для этого придется лететь за тысячи километров.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции