Осенью 1980 года 18-летнему юноше Сергею из небольшой казахстанской деревни пришла повестка в армию – рядовое событие для советских парней, которые и не думали «косить» от службы. Но только не в 80-е.

Тогда уже знали, что Советские войска вошли в Демократическую республику Афганистан, что оттуда возвращаются не повзрослевшие парни, а грузы-200. Например, телеведущий Александр Гордон не раз говорил о том, что он в то время лежал в психиатрической лечебнице – а вдруг в Афган пошлют?

Но Сергей «косить» не стал. Не знаю и уже никогда не узнаю, какие мысли у него тогда были – боялся, опасался, думал, что его ждет приключение, что каждый должен обязательно отслужить или что-то еще, но он собрал необходимые вещи и пришел на сборный пункт. Оттуда его отправили в «учебку» в Калининградской области, через полгода – практически на Родину – в Среднюю Азию в приграничный район Таджикистана, а потом – исполнять интернациональный долг в соседнюю страну. Тогда именно такими красивыми словами назывался ввод советских войск в Афганистан.

Отслужив положенный срок, он вернулся – здоровый физически, с наградами, статусом ветерана боевых действий и положенными льготами от государства, но морально изломанный.

О том, что ему выпало пережить, не рассказывал практически никогда и никому. Он хотел это забыть.

Нужно было жить дальше. Он женился, вырастил двоих детей, которые, конечно, знали, что папа воевал, но и не более. Только один раз обмолвился, что лежал восемь часов под грузовиком, спасаясь от шквального огня. Кто в кого стрелял, почему, зачем – он не знал. Ему было 19 лет.

Пережитые ужасы войны не давали спать по ночам. Просыпаясь в холодном поту многие годы, он шел на кухню, долго и тяжело курил, пил очень крепкий горячий чай и вновь заставлял себя все забыть, запихивая тяжелые годы службы поглубже. Под утро засыпал тревожным сном. Что его терзало? А на следующий день – как и не было ни бессонной ночи, ни подавленной боли, ничего. Может быть в грезах приходили погибшие товарищи, подорвавшиеся на минах, возможно, перестрелки, когда тот, кто еще секунду назад прикрывал спину, падает замертво, а может быть голые, пустынные земли воюющей страны, которая на долгие десятилетия забудет о том, что такое мирная жизнь. Неведомо.

Может быть, поэтому он не любил все эти посиделки с друзьями-однополчанами, не любил вспоминать все пережитое, делиться тем, что на самом деле на душе. Ведь было тяжело, было невыносимо трудно жить с этим грузом, но еще трудней – показать боль и слабость. А еще потому, что война – это боль, кровь, слезы, погибшие товарищи, а не романтика. И не нужно множить скорбь – ее и так достаточно. Никогда не носил заслуженные медали, не бравировал этим, а атрибутика – лишнее.

Сергей – мой папа, которого уже нет со мной. Пять лет назад война для него закончилась навсегда.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции