Лира безразлична туристам

Натолкнувшись на массовое недовольство населения галопирующей инфляцией (она намного выше официальной в 21%) и ростом цен, правительство страны по команде президента Эрдогана обещало защитить сбережения населения от обесценения национальной валюты. Обещано, в частности, компенсировать убытки держателям депозитов в банках в национальной валюте при падении курса лиры больше, чем доходность депозита; экспортерам посулили стабильный форвардный курс лиры от Центробанка; ставка подоходного налога на инвестиции в облигации, номинированные в лирах, обнулится с текущих 10%. Однако многие сомневаются, что эти меры сработают и стабилизируют ситуацию надолго.

Экономика слишком больна, а финансовая система страны слишком сильно пострадала от волюнтаристских экспериментов Эрдогана. Тот считает — и заставляет ЦБ следовать его указаниям, а если не следует, то он снимает председателя Центробанка, — что в условиях высокой инфляции надо не ужесточать денежно-кредитную политику (как делают во всем мире), а, наоборот, еще сильнее снижать ключевую ставку, делая тем самым кредиты доступнее, а цены ниже.

Это в теории и только у Эрдогана. Однако в реальной экономике такие рецепты не работают, идет массовый исход инвесторов из финансовых активов Турции. Лира пикирует вниз, инфляция, имеющая сильное влияние импорта, лишь раскручивается. При этом турецкие банки должны иностранным кредиторам более 90 млрд долларов, обслуживать эти кредиты им все сложнее. Тем более сложно обеспечивать стабильность курса лиры, золотовалютные резервы страны не покрывают объем внешнего долга, текущий счет внешнеторговых операций стабильно отрицательный. Как тут не падать нацвалюте?

Фото: tccb.gov.tr

Но если там такая дешевая лира, то, может, россияне станут кум-королями со своим относительно стабильным рублем? Оказывается, не все так просто. Во-первых, сама по себе сложная ситуация в турецкой экономике (входит в двадцатку крупнейших экономик мира) влияет на нашу страну, поскольку мы с Турцией в одной группе «развивающихся экономик», считающихся в финансовом плане рискованными объектами вложений. Если капитал бежит из Турции, то он, по такой логике мировых финансистов, если не бежит, то утекает и из России, у которой своих геополитических рисков более чем хватает. Во-вторых, Россия для Турции — третий по величине экспортер после КНР и ФРГ. Проблемы в тамошней экономике не увеличивают наш туда экспорт и, стало быть, не укрепляют рубль. Наконец, мы отчасти «импортируем» турецкую инфляцию, особенно в туристической отрасли, которая негласно на Турцию как раз равняется. А там цены на туристические услуги вовсе не падают, а растут. За год выросли почти в два раза. Прежде всего потому, что они привязаны к евро, а также в силу сокращения предложения из-за пандемических ограничений.

Так что сэкономить и сыграть на проблемах турецкой экономики и, в частности, турецкой лиры не удастся. А все Эрдоган виноват. Лезет в финансы со своими экзотическими представлениями о том, что такое хорошо и что такое плохо. И все это под «патриотическими» лозунгами о том, что он-де противостоит «международной финансовой закулисе» и прогибаться под всякие там МВФ не станет. Вместо него «прогибается» национальная валюта.

Падение лиры не добавляет Турции туристов.

Выигрывают жители приграничных городов из соседних стран, которые опустошают турецкие магазины, куда ходят пешком.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции