Главное
Эксклюзивы
Карта событий
Смотреть карту

Председатель Союза журналистов Донецкой народной республики Виктор Петренко: Мы просто хотели жить в мире. А по нам начали стрелять

Председатель Союза журналистов Донецкой народной республики Виктор Петренко: Мы просто хотели жить в мире. А по нам начали стрелять
Председатель Союза журналистов Донецкой народной республики Виктор Петренко в студии местной телекомпании «Юнион» / Фото: Алексей Зернаков / Вечерняя Москва

Сегодня против России развязана самая настоящая гибридная война. И журналисты сейчас — такие же бойцы, как солдаты в окопах. Только фронт у них другой — информационный. Как работают все эти восемь лет донбасские СМИ, чему хотят научиться и чем готовы поделиться с коллегами с «большой земли», в интервью «Вечерней Москве» рассказал председатель Союза журналистов ДНР Виктор Петренко.

— Виктор Евгеньевич, Союз журналистов России принял решение создать отделения в новых регионах страны. Как обстоят с этим дела в Донецкой народной республике? Идет работа в этом направлении?

— У нас пока еще не прошел учредительный съезд. Так что сегодня я являюсь председателем Союза журналистов Донецкой народной республики, который мы создали в 2015 году и в котором состоят около 180 человек. Сейчас у нас идет перерегистрация по российским законам. Союз журналистов России проголосовал за то, чтобы создать отделения в четырех новых регионах страны. Мы не то что поддержали это решение — мы сами вышли с этой просьбой. И очень рады, что Владимир Геннадьевич Соловьев, переизбранный недавно председателем СЖР, поддержал ее. К сожалению, наша ситуация не позволяет сейчас собраться всем журналистам ДНР вместе и провести учредительное собрание.

Но как только появится возможность, мы это сделаем. Идея поддержана всеми на ура — остались процедурные моменты. Ну а что до меня — если коллеги окажут доверие и выберут меня снова, буду работать. Дел хватает.

— Расскажите о проблемах, с которыми вы сталкиваетесь сегодня?

— Основные направления нашей работы такие же, как в России. Конечно, с поправкой на наше военное положение. Практически из каждой редакции мужчины отправились на фронт. К сожалению, есть погибшие. Это наш замечательный краевед Анатолий Жаров и сотрудник Министерства информации Сергей Твердохлеб.

Мы ведем свою печальную статистику: за период с 2014 года на территории ДНР погибли 15 журналистов, включая российских — Анатолия Кляна и Андрея Стенина. Это только на фронте, под обстрелами, во время выполнения журналистских заданий. А многие за эти почти девять лет просто «сгорели» на своих рабочих местах. Например, Инна Лановецкая, директор радио «Комета». А Оксана Комарь, сотрудница радио республики, которая проработала в Донецке с момента создания первых местных радиостанций, вместе с ребенком погибла во время первых обстрелов натовской дальнобойной артиллерией на Майском рынке в Буденновском районе. И каждая из этих потерь — невосполнима.

И не только с человеческой, но и с профессиональной точки зрения. Ведь одна из основных наших проблем сегодня — это, конечно, кадровый голод. Есть и отток специалистов в российские СМИ, в первую очередь потому, что там выше зарплаты. На данном этапе мы ничего не можем с этим сделать. С рекламой все тоже, как вы понимаете, не очень хорошо. Но все равно стараемся развиваться — на освобожденных территориях республики открываются новые газеты, запустили телеканал в Мариуполе.

— Несколько лет назад в Москве открылся памятник журналистам, погибшим в горячих точках при исполнении профессионального долга. На нем есть фамилии тех, кто не вернулся из командировок на Донбасс...

— У нас в Киевском районе, на Полиграфической улице, есть памятник погибшим в годы Великой Отечественной войны журналистам. Это, кстати, самая обстреливаемая часть города.

Сам мемориал тоже посечен осколками. Там сейчас стоит стела с именами журналистов Донбасса, которые принимали участие в Великой Отечественной. Рядом мы сделали небольшой памятный знак, увековечивающий память коллег, погибших с 2014 года. Сейчас мы работаем над тем, чтобы создать единую композицию, уже связывались с архитекторами проекта, городским советом. Надеюсь, все получится.

— А как у вас обстоят дела с воспитанием новых кадров?

— Стараемся растить новые кадры вместе с нашим замечательным факультетом журналистики Донецкого национального университета. Там работают прекрасные специалисты — Инесса Артамонова, Владимир Безродный. И один из наших ветеранов — вышедший на пенсию Виктор Федорович Вовенко, вложивший массу сил в воспитание новых поколений журналистов. Им в свое время обещали квартиры в Киеве, Львове, Запорожье, но они остались и продолжили работу с молодежью. Честь и хвала им за это!

— Налажено у вас сотрудничество с региональными союзами журналистов?

— Конечно, у нас подписаны соглашения не только с СЖР, но и с региональными союзами. Перенимаем опыт. Так, например, есть инициатива подмосковного СЖ по установке около небольших мемориалов, особенно в маленьких населенных пунктах, QR-кодов. Наведя на них телефон, можно узнать, что за события происходили в этих местах в годы войны, кто из бойцов тут похоронен и т.д. Надеемся реализовать подобное на главном мемориале Донбасса — Саур-Могиле, где в годы Великой Отечественной шли жесточайшие бои. И такие же — в 2014 году.

Я лично знаю нескольких «медведевцев» (десантно-штурмовой батальон «Медведь». — «ВМ»), которые там сражались. Мужики три раза вызывали огонь артиллерии на себя. А разведка батальона «Восток», который тоже оборонял курган, выходила от Саур-Могилы пешком к Харькову! Связи не было нормальной, и приходилось действовать по старинке, прадедовскими методами. И проект поможет увековечить эти события. Ведется работа по выделению нам грантов — надеюсь, сможем за их счет поддержать наши печатные СМИ. А в 2015–2016 годах, когда у нас были проблемы с бумагой для печати, нам помог Краснодарский союз журналистов — мы им за это очень благодарны. Помощь идет со всей России.

— Позвольте личный вопрос: как вы пережили восемь с половиной лет войны?

— В каждой семье Донбасса нет такого человека, который за последние девять лет не соприкоснулся бы с войной. Я уже молчу о том, что многие лишились своего имущества, домов. Лично я прорывался в Волноваху, когда там начались самые жесткие обстрелы. И у меня, и у супруги там родственники. Удалось не сразу — во время боев не получилось туда попасть. Две недели прожили как на иголках. И мы были не одни такие. Когда прорвался, приезжаю к дому, в котором провел детство, а его, считай, что и нет.

Одни стены обугленные стоят. Слава Богу, достучался до соседей, а те рассказали, что после попадания в дом и начала пожара людям удалось через окна выбраться и спастись. Босиком и под непрекращающимися обстрелами им удалось добежать до родственников. Когда я их нашел, они были черные от копоти. И это только моя история. Подобных ей — тысячи. И не все, к сожалению, закончились так хорошо.

— Ощущаете ли вы некую военную профдеформацию?

— Да, есть такая проблема у наших журналистов — мы почти девять лет на войне. Идет выгорание. Ты пытаешься как профессионал относиться к каким-то вещам отстраненно, но тут это невозможно. Потому что мы — участники этой войны. Солдаты информационного фронта.

Против нас — враг. И если мы здесь не победим, то у наших детей не станет будущего. Сейчас мы ведем работу с региональными российскими изданиями по обмену материалами. Ведь журналисты из мирных регионов знают о тех проблемах и темах, до которых мы не можем дотянуться, — не хватает ни рук, ни ресурсов.

А мы, в свою очередь, поможем им с военными материалами. Уж что-что, а это мы умеем. Нам есть чем поделиться с Россией! После нашей Победы нам будет тяжело перестраиваться на мирные рельсы. Придется этому учиться. А работать в военное время мы научим вас. Ведь хоть мы люди не военные, нам понятно, что конфликт этот надолго. Украина сегодня полностью управляется извне. А ее кукловодам невыгодно завершение войны.

— Раскололо ли начало конфликта в 2014 году местное журналистское сообщество?

— Скажу больше, в 2014 году журналистское сообщество Украины просто вымело отсюда. Эвакуировались по приказу из Киева целыми редакциями телеканалов, газет. И хочется сказать русскоязычным людям (журналистами я их назвать не могу), выросшим здесь, на Донбассе, и предавшим его: неужели вы не понимаете, что делаете? Да, с нашей стороны присутствует пропаганда — на войне без нее никуда. Но мы пропагандируем верность нашей истории, тем идеалам, за которые сражались наши деды и прадеды. Но они-то написали «новую» историю, сами в нее же поверили и теперь вдалбливают ее в головы детям уже восемь лет. А сейчас я смотрю видео из Херсона после ухода российских войск и вижу, как на площади скачет 15–16-летняя молодежь, вскидывает руки в известном нацистском приветствии.

Еще восемь лет назад их можно было привести в адекватное состояние. Но сейчас это просто зомби с напрочь промытыми мозгами. Наш гражданский конфликт затянулся так надолго, что вчерашние дети уже воюют против других вчерашних детей. Война разделила семьи. Многие из ребят, создающих сегодня новостную повестку Донбасса, восемь лет назад только оканчивали школы. Они вынесли на себе все тяготы войны и стали журналистами, редакторами, репортерами именно в военное время. И я сейчас еще не говорю о тех, кто защищает нашу землю с оружием в руках, как, например, выпустивший в 2014 году перед референдумом первый номер газеты «Голос народа» Геннадий Дубовой.

И он не один такой. А Влад Евтушенко с Первого Республиканского канала защищал «Трешку» (Иверский монастырь и прилегающие территории напротив аэропорта. — «ВМ») в составе батальона «Восток» и «Суть времени».

Там шли жесточайшие бои, он получил тяжелую контузию. Очнулся только в Питере в госпитале — его ребята вытащили. Воюет до сих пор. А в свободное время берет в руки камеру и снимает. Это цвет нашей журналистики!

— Вы были свидетелем того, как начинался этот конфликт. Были ли к этому какие-то предпосылки?

— Для многих из тех, с кем я общался, было неожиданностью то, что началось в 2014 году после захвата хунтой власти в Киеве. А для меня — нет. Люди, находившиеся у власти на Украине, немного не успели. Ведь работу по ослаблению Донецкой и Луганской областей они начали сразу после развала Советского Союза.

Начали с военных — у нас здесь были мощные военные училища. Их вместе со всей материально-технической базой вывезли на Западную Украину. То есть нас планомерно оставляли без милицейской и военной защиты. Но по пропаганде они не успели. Да, через свои институты и НКО велась активная подрывная работа.

Но у нас очень многонациональные регионы, где живут представители более 140 национальностей — от греков до армян. И мы никогда не задумывались даже, что между нами возможны конфликты. А Украина насаждала конкретную идеологию, которая укладывается в известный нацистский лозунг: «Айн фольк, айн райх, айн фюрер» («Один народ, одна империя, один фюрер» — «ВМ»). Сегодня многие на той стороне предпочли забыть, с чего началась война. Как «кровавый пастор» Турчинов объявил антитеррористическую операцию на территории Донецка и Луганска, и на наши мирные регионы бросили бронетанковые войска и авиацию.

Как расстреляли детей на пляже под Зугрэсом. Мы просто хотели жить в мире. А по нам начали стрелять. Сейчас про это не любят вспоминать, но мы-то помним высказывание Юлии Тимошенко, заявившей, что Донбасс нужно обнести колючей проволокой и сбросить на него ядерную бомбу. Все это культивировалось. И все это делали украинские СМИ. Наши бывшие коллеги.

— Расскажите, как вы восприняли новость о признании Россией ЛНР и ДНР?

— Когда Владимир Владимирович Путин подписал указ о признании независимости ДНР и ЛНР, мы обзванивали друг друга, без преувеличения плакали от радости. Потому что мы шли к этому долгие годы. И заплатили за это высочайшую цену. Скажу честно, мы рассчитывали, что еще 10 лет нам придется стоять в обороне. Но мы докажем, что мы русский регион и навсегда с Россией.

— Не так давно вы побывали на экскурсии в редакции «Вечерней Москвы»...

— Мы сотрудничаем и работаем и с отдельными редакциями. Ведь у нас общие цели и задачи. Например, когда я был на экскурсии в «Вечерней Москве», то очень многое открыл для себя. Я телевизионщик, но, побывав у вас в гостях, захотел внедрить столичные наработки в наших изданиях. Учиться, как известно, никогда не поздно. И не зазорно.

ЦИФРА

180 человек состоят в Союзе журналистов Донецкой народной республики.

ДОСЬЕ

Виктор Евгеньевич Петренко родился в 1969 году в Донецке. Проходил службу в 13-м оркестре штаба МВО в Москве. Работал в Оперном театре им. Соловьяненко в Донецке и на радио. До войны — исполнительный продюсер телеканала «Донбасс». С 2014 года — создатель и заместитель генерального директора, а затем гендиректор Первого Республиканского телеканала ДНР. В настоящее время — сотрудник телекомпании «Юнион». С 2015 года — председатель Союза журналистов ДНР.

Подкасты