Были голодными, но в тепле: как люди выживали в блокадном Ленинграде

27 января исполнился 81 год со дня снятия блокады Ленинграда во время Великой Отечественной войны. Блокада войсками нацистской Германии длилась 872 дня: с 8 сентября 1941 года по 27 января 1944 года. «Вечерней Москве» удалось поговорить с жителем осажденного города 86-летним Александром Тимофеевым.

На момент начала блокады города Саше было четыре с половиной года. Семья жила в рабочем поселке Жерновка. Отец Александра Георгий работал на Охтинском химкомбинате. Его гараж стоял практически на «Дороге жизни» (единственная транспортная магистраль через Ладожское озеро во время Великой Отечественной войны. — «ВМ»). Отец Александра прямо у дома выкопал бомбоубежище. Скользкие ступеньки к укрытию блокадник помнит до сих пор.

— Охтинский комбинат был рядом с поселком. Немцы, целясь в него, часто промахивались, и их снаряды попадали по жилым домам, — вспоминает Тимофеев. — Папа говорил, что на Порховском кладбище был огромный ров, куда складывали безымянные тела.

Семью Тимофеевых спасало то, что у них росла капуста на грядке. Ее солили. А еще был сарай с дровами.

— Мы были хоть и голодными, но в тепле, — делится ленинградец. — Однажды моя сестра Нина пошла за хлебом в булочную. К ней подошел мужик и предложил взять на карточки вместо черного хлеба белый.

Она дала карточку, а тот убежал. Отец пошел на работу, рассказал начальству. Начальник помочь не смог. Дал лишь три бутылки спирта. Но однажды солдаты попросились на постой.

Они приволокли мешок с лошадиными костями. Мама что-то сварила им из этих костей, отец угостил их спиртом. А когда они уехали, то в сенях нашелся еще мешок. Мама три дня боялась его трогать. А потом отец сказал: «Катя, вари, они оставили специально!»

— Мы пережили зиму 1941 года, — вспоминает Александр Георгиевич. — А в 1942 году старшая сестра Зоя пошла в армию. А Нина устроилась в Театр Музкомедии. И хоть не имела профильного образования, пела в опереттах. Когда создали фронтовые бригады, Нина ездила с выступлениями. Иногда попадала вместе с Клавдией Шульженко. Говорила: «Если бы мы запели с Клавой, ее бы не было слышно!»

Прямая речь

Марк Уманский, заместитель председателя Московской общественной организации ветеранов ВОВ:

— Я вернулся в Москву в 1957 году. Но Ленинград для меня — это главное. Я захожу в парадную, а не в подъезд. Сейчас вместе с вице-адмиралом Юрием Петровичем Квятковским, которому 92 года, и другими членами организации рассказываем молодежи об ужасах 1941– 1945 годов. Молодое поколение должно знать историю.