Идет операция на пищеводе. Слева — торакальный хирург Екатерина Татаринова, справа — торакальный хирург Ксения Грибалева / Фото: Пелагия Замятина / Вечерняя Москва
Мы продолжаем новую рубрику, в которой представляем проекты наших фотографов. Проект «Люди дела» придумала Пелагия Замятина. Встречаясь с яркими людьми, она решила, что нужно подробнее рассказывать людям о тех современниках, которые делают всё, чтобы будущее России было светлым и счастливым. В этот раз она решила рассказать о хирургах в честь их Международного дня, который отмечается 19 сентября.
Знакомьтесь: Екатерина Вячеславовна Татаринова — врач, торакальный хирург НИИ скорой помощи им. Склифосовского, кандидат медицинских наук. В семье Екатерины Вячеславовны несколько поколений посвятили себя хирургии. Продолжая семейную традицию, Екатерина выбрала одно из сложнейших направлений — торакальную хирургию. После окончания Российского университета медицины (того, что в народе до сих пор называют «Третий мед») и ординатуры Екатерина пришла в отделение торакоабдоминальной хирургии НИИ скорой помощи им. Склифосовского, знаменитый «Склиф». Выбор Екатерины родные приняли стоически, хотя поначалу и пытались её отговорить: торакальная хирургия — не для женщин! Это же постоянные испытания для человека — непростые дежурства, многочасовые операции... Но решение было принято. И вот уже более 20 лет Екатерина трудится на «территории спасения».
Екатерина Татаринова во время операции: секрет успеха — максимальная собранность и серьёзность, помноженные на внимание к деталям и великое желание помочь / Фото: Пелагия Замятина / Вечерняя Москва
— Торакальные хирурги — уникальные специалисты. Для того чтобы работать торакальным хирургом, нужны бесконечное терпение и выдержка, глубокие знания анатомии, потому что торакальная хирургия подразумевает под собой хирургию сердца, сосудов, средостения, лёгких, диафрагмы, пищевода... — объясняет Екатерина. — Это очень сложная область медицины, и мы постоянно обновляем свои знания. Медицина вообще не проста, но, выбирая этот путь, придётся приложить вдвое больше усилий: это действительно очень тяжёлый труд.
А это— эндоскопический линейный степлер-резак. Это устройство сочетает функции резки и наложения швов / Фото: Пелагия Замятина / Вечерняя Москва
С появлением малоинвазивной техники, рассказывает Екатерина, все процессы стали легче. Раньше операции были открытыми, а сейчас всё происходит через несколько небольших проколов.
— Огромное значение имеет визуализация: во время современных операций ты прицельно видишь и сосуды, и ткани, можешь спокойно работать, ну а для пациента это просто панацея: период реабилитации сократился в разы, люди уже на вторые сутки после оперативного вмешательства могут вставать и даже ходить, — говорит Екатерина и улыбается солнечно. — Знаете, просто гордость охватывает — не за себя, а за то, как быстро развиваются медицинские технологии, какие возможности они открывают. Пациент счастлив — и мы тоже счастливы. Открытые вмешательства, конечно, ещё остались, не всё можно сделать малоинвазивно — торакоскопически, лапароскопически, — но их всё же гораздо меньше. Моя цель — не только обеспечить эффективное лечение, но и максимально сохранить качество жизни человека.
Так выглядит наркозный аппарат: издалека он похож на гармошку / Фото: Пелагия Замятина / Вечерняя Москва
Для Екатерины Вячеславовны каждый пациент — особенный. Подходить с общим лекалом ко всем — не получится.
— Хирургия — это призвание. Надо любить свою профессию, любить людей и постоянно совершенствовать профессиональные навыки, — говорит Екатерина. — Ну а если вдруг становится трудно, всегда поддерживают друзья, коллеги. У нас очень хорошие отношения в коллективе, нам невероятно повезло, мы друг для друга не просто коллеги, а близкие люди, делающие общее дело, мы не ссоримся, никого не подставляем, и поэтому здесь легко и приятно работать.
Хорошо, когда в коридорах любимого института спокойно. Торакальный хирург Екатерина Татаринова / Фото: Пелагия Замятина / Вечерняя Москва
СПРАВКА
Торакальная хирургия — область медицины, которая занимается диагностикой и оперативным лечением заболеваний органов грудной клетки. К ним относятся лёгкие, трахея, бронхи, грудная стенка, диафрагма и средостение. Название специальности происходит от латинского слова thorax — «грудная клетка». Торакальные хирурги проводят как плановые, так и экстренные вмешательства при различных патологиях.
Слева направо: хирург Ксения Грибалёва, анестезиолог Павел Шарагин, Екатерина Татаринова (оперирует больного) и медсестра Татьяна Ольшевская (на переднем плане) / Фото: Пелагия Замятина / Вечерняя Москва
В ТЕМУ
23 июля 1923 года Мосздравотдел принял решение организовать на базе бывшей Шереметевской больницы Институт неотложной помощи. Ему присвоили имя выдающегося хирурга и учёного Николая Васильевича Склифосовского. При этом сам Склифосовский в этом здании никогда не работал — он умер задолго до создания института. Его имя выбрали как символ отечественной хирургии и передовой медицины. Задача нового учреждения была шире, чем просто приём тяжёлых больных: нужно было разрабатывать научные методы экстренного лечения и совершенствовать работу скорой помощи.
ДОСЬЕ
Пелагия родилась и выросла в Москве в большой семье — она четвёртый ребёнок. Вместе с братом и сёстрами бегала в музыкальную школу и, кроме того, изучала церковнославянскую грамоту, увлекалась живописью и кино. Любимые художники — Илья Репин и Исаак Левитан. Любимый композитор — Микаэл Таривердиев. Пелагия убеждена, что невозможно не любить своих героев, не сопереживать им и хотя бы на те несколько часов, которые проводят рядом фотограф и его герой, не погрузиться с головой в его мир, стать его частью. Герои репортажа навсегда остаются с ней. Настоящий репортаж проходит три стадии: глаза, голова, сердце — увидел, подумал, почувствовал...
