Главное
Карта городских событий
Смотреть карту
Сторис
Виктор Цой — каким его знали друзья

Виктор Цой — каким его знали друзья

Безопасность детей на воде

Безопасность детей на воде

Дебоширы в самолетах

Дебоширы в самолетах

Скандальные разводы футболистов

Скандальные разводы футболистов

Засекреченные истории московских бункеров

Засекреченные истории московских бункеров

Аферисты в Тиндере

Аферисты в Тиндере

Автор эссе «Как убить своего мужа» убила мужа

Автор эссе «Как убить своего мужа» убила мужа

Новый образ беременности

Новый образ беременности

Эпоха Старбакс и Макдональдс

Эпоха Старбакс и Макдональдс

Кто придумал Последний звонок?

Кто придумал Последний звонок?

Без труда не плавится руда. Производственная драма ожила на театральных подмостках

Общество
Без труда не плавится руда. Производственная драма ожила на театральных подмостках
Артем Шевченко и Ирина Носова, актеры-резиденты столичного Театра Труда, репетируют спектакль «Большая руда», ставший хитом у столичных зрителей / Фото: АРТЕМ ЖИТЕНЕВ, «ВЕЧЕРНЯЯ МОСКВА»
Декорации на сцене представлены лишь буквами из гипсокартона: «р», «у», «д», «а». И светом: в минуты отдыха он становится ярче, а сложные часы на Курской руде подсвечены мрачными багровыми вспышками, лишающими зрителя надежды на хеппи-энд. О роли производственной драмы в нашей жизни корреспондент «ВМ» поговорила с резидентами столичного Театра Труда.

На сцене идет репетиция спектакля «Большая руда» по одноименной повести Георгия Владимова. Именно эта повесть послужила точкой отсчета славного трудового пути театра производственной драмы.

— Группа актеров, вдохновленных историей о молодом человеке, приехавшем работать на рудник, решила поставить спектакль по пьесе Владимова, — рассказывает директор Театра Труда Ульяна Пронина. — Никто из них не ожидал, что этот эксперимент найдет такой горячий отклик в сердцах столичной публики! Актриса Ирина Носова вспоминает, как после премьеры к актерам подходили зрители, благодарили за спектакль и уверяли, что все ситуации, увиденные на сцене, им знакомы.

— А все потому, что за шестьдесят лет с момента написания повести герои рабочего процесса не изменились, — уверена она. — Сегодня практически в любом офисе можно обнаружить стандартный набор из недалекого или трусоватого начальника, сотрудников, не желающих работать, выскочек, пытающихся продемонстрировать собственную значимость, и отдельных энтузиастов, не согласных с текущим состоянием дел.

Неожиданная популярность спектакля убедила актеров в том, что идею индустриальной драмы обязательно нужно масштабировать если не в промышленном масштабе, то по крайней мере в производственном. Ребята нашли площадку в подвале одного из домов в центре Москвы, сделали ремонт и начали репетиции на новой сцене.

Кроме «Руды», к началу августа успели выступить еще и со «Сталеварами» по Бокареву и довлатовским «Чемодан-блюзом».

— Театр существует в формате антрепризы, — объясняет директор. — То есть предложить идею и воплотить ее на нашей сцене может любой режиссер. Ограничений у нас нет: можно переосмысливать пьесы советского периода, а можно предложить что-то отвечающее реалиям дня сегодняшнего. Условие только одно: постановка должна популяризировать какую-либо профессию.

А это значит, что в сценарии обязательно должны присутствовать такие элементы, как герои, их антагонисты, производственные задачи, взаимоотношения между сотрудниками и, конечно, бушующие в душе каждого из них страсти. И если все это есть, то декорации уже не имеют значения. Первостепенное в производственной драме — это чувства участников рабочего процесса, который в свою очередь может осуществляться как на рудниках Курской магнитной аномалии, так и в бизнес-центре с неизменной секретаршей Людочкой на ресепшене.

— Большую часть жизни мы проводим на рабочем месте, так почему мы все время говорим о чем-то другом? — задает риторический вопрос Ульяна.

— А почему нам вообще нужно говорить о работе? — интересуюсь я.

— Потому что, например, наши дети перестали мечтать о том, чтобы стать врачами или пожарными, как раньше, — не теряется Ульяна. — Сегодня все они поголовно хотят стать видеоблогерами. Конечно, это свидетельствует о том, что мы от физического перешли в плоскость интеллектуального труда. Это неплохо, но все-таки не отменяет того, что нам по-прежнему нужно где-то жить, что-то есть и чем-то заправлять автомобили. А от блогеров в решении бытовых проблем пользы, как правило, не слишком много.

— И есть еще один момент, — подключается к беседе Артем Шевченко, актер театра. — Все производственные драмы шестидесятых годов прошлого века — о героях, людях с горящими глазами, двигавших этот мир вперед. А сейчас люди служат в основном собственным меркантильным интересам. Может, это неплохо на местечковом уровне, но для вращения мира этого явно недостаточно. Должна быть какая-то высокая цель, за которую и умереть не стыдно.

— Измельчали люди? — уточняю я.

— Измельчали цели, — отвечает Артем. — Хирург, один из героев «Большой руды», предсказывал, «что через двадцать лет никто за здорово живешь не станет ломать себе шею». Не хотелось бы убедиться в том, что он в итоге оказался прав.

 Подписывайтесь на канал «Вечерней Москвы» в  Telegram!

Подкасты