Дорогая приставка - ЭКО

Сегодня рынок экотоваров становится все более востребованным и модным. Появляются экофермы и экокластеры, все чаще говорят о продуктах, произведенных в экологически чистых условиях. Люди переплачивают в надежде получить более вкусную и здоровую пищу. В том, насколько экопродукты качественнее, вкуснее и безопаснее, разбиралась «Вечерняя Москва»

Петровско-Разумовский сельскохозяйственный рынок в выходные переполнен покупателями. На прилавках свежие овощи, фрукты и мясо. В хаотичной толпе трудно пробиться к нужному прилавку.

- Берем свежие луховицкие огурцы! Только сегодня с грядки! Экологически чистые! – хрипло зазывает покупателей продавщица. К ней сразу подходит несколько человек. Я тоже беру у нее полкило на пробу, тем более, что луховицкие огурцы считаются в народе чуть ли не эталонными. Говорят, что экономика деревни Луховицы построена именно на том, что местные фермеры выращивают у себя экологически чистые и вкусные огурцы.

- Я поражаюсь как люди кидаются на это «экологически чистое», ты думаешь луховицкие купил? У нас с ней один поставщик из Екатеринбурга, вон посмотри на коробке написан адрес. Луховицкие к нам привозят периодически, но что-то не особо их берут, - почему-то откровенничает со мной продавец из соседнего лотка. Я смотрю на коробку. Действительно Екатеринбург…

На рынок я отправился по редакционному заданию, чтобы собрать материал про экологически чистые продукты, которые производят на экофермах. Сегодня рынок продуктов с приставкой «эко», не сказать, что становится более развитым, но определенно становится более модным и востребованным. Если набрать в поисковике пресловутое слово с приставкой «эко», то в результате всплывет несколько десятков различных экоферм, производителей экородукции и приглашений провести выходные в экодеревне. «Вечерняя Москва» решила разобраться в трендах и понять действительно ли продукты с экофермы вкуснее и полезнее тех, что производятся в промышленных масштабах и переполняют прилавки торговых сетей, а главное насколько оправдана ли их высокая цена.

Эко-статус

Чтобы добраться до небольшой деревеньки Бухолово, приходится трястись в пустой электричке почти три часа. За окном проносятся поселения на стадии полураспада, коттеджные поселки и бескрайние поля. В полутора километрах от Бухолово расположилась экоферма «Коновалово».

За высоким забором с автоматическими воротами простирается картина, которую удобнее всего охарактеризовать заезженным выражением «маленькая Швейцария». Аккуратненькие домики, зеленые лужайки, узкие тропинки и полевые цветы. Единственное, что выбивается из общей альпийской картины – невысокая часовня.

- Несколько лет я стоял на этом месте и планировал где и что будет, - рассказывает владелец экофермы «Коновалово» Александр Коновалов, который в последствии разработал собственную систему производства и классификации экопродукции, а также собрал вокруг себя конгломерат фермеров. - Уже в 2009 году ко мне пришел первый продавец. История дауншифтера Коновалова, который раньше был президентом крупной компании, началась с рождения у него первой внучки.

- Тогда я с женой начал думать чем кормить ребенка. Брать продукты где-то на рынке у бабушек, которые, якобы, вырастили это в деревне, или у перекупщиков не хотелось. Мы приняли решение создать собственную экоферму, когда поняли, что мы не знаем историю происхождения продуктов, которые мы едим, - вспоминает Коновалов и, незаметно для себя, характеризует всю суть и философию происхождения и потребления экопродукции.

В современном мире мегаполисов и рекламы, люди все больше ищут чего-то настоящего, чего-то от земли и от природы. Производители в свою очередь ощущая спрос, дают предложение. На прилавках мы регулярно видим биойогурты, экоколбасы, грунтовые овощи и прочие рекламные ходы, которые заставляют нас верить в то, что мы покупаем настоящее. Нередко это «настоящее» стоит на порядок дороже «обычного».

Разница в цене за литр обычного молока из пакета и экологически чистого молока порой достигает ста рублей. Выбирая молоко для ребенка, мы переплачиваем, если, конечно, имеем на то возможность.

- Я могу объяснить почему у нас дороже, - возмущается Коновалов. - Мы везем специальные корма из Пензенской области, у нас не просто ветконтроль, а серьезная и постоянная система анализов, специальное оборудование, специальный персонал, специальные условия содержания, у нас очень много ручного труда, у нас маленький срок хранения и жесточайшие требования к упаковке. То есть если все это разложить на себестоимость, то получатся, что мы просто не можем сделать дешевле.

По большому счету, согласиться с бизнесменом можно. Всем нам известно, что промышленное производство продуктов, того же молока, например, поставлено на поток. Корма берутся там, где совпадает цена и качество, организовать вентиляцию в стойле проще, чем арендовать площади для выгула животных, пастеризация увеличивает срок хранения, конвейер удешевляет производство, и так далее.

Все это мы обсуждаем стоя на большом скотном дворе. Под ногами носятся оголтелые курицы, гуси громко выясняют отношения, плескаясь в грязной лужи, коровы кучкуются, чтобы пойти на водопой, и лишь пушистые кролики тихо наблюдают за всем этим, сидя в своих клетках. Запах скота и навоза напоминает мне о летних каникулах, которые я проводил у бабушки в деревне. В голове всплывает образ настоящего из разряда «все, как раньше было».
Но вот цены в магазинах Коновалова цены, как и ожидалось, совсем не деревенские: свиная грудинка по 500 рублей за килограмм, литр молоко по 140 рублей, гусь по 900 рублей за килограмм.

- Где находятся мои магазины? Все без исключения они базируются в районе крупных коттеджных поселков, чтобы люди, живущие там, могли позволить себе свежие продукты, - отвечает на мой вопрос об основных потребителях своей продукции Коновалов, и добавляет, что если выходить в сети или открывать точки в городе, то, из-за усложненной логистики, цены могли бы быть и выше.

Эко-стиль

Пожалуй наиболее известным и раскрученным экофермерским брендом, по крайней мере в интернете, является «LavkaLavka». В соцсетях они выкладывают красивые картинки еды и фото с гастрономических вечеринок, чем притягивают внимание аудитории. Основной магазин компании находится на территории модного завода «Арма». Индустриальная атмосфера притягивает сюда креативную и мыслящую молодежь. Здесь расположились галереи, арт-студии и шоу-румы. На прилавке магазина «LavkaLavka» выложены свежие овощи и фрукты. «Помидоры от Новичихина 244 р/кг» - гласит надпись на одной из корзин. Рядом лежат яблоки по 134 рубля за килограмм. Из колонок звучит модная музыка, время от времени в магазин заходят хипстеры и разглядывают прилавки.

- Это только кажется, что наша целевая аудитория – это хипстеры, - не соглашается со мной совладелец магазина Борис Акимов, разделяя на части яйца пашот, приготовленные в местном ресторане. Я в свою очередь грызу обычный по вкусу огурец, но от фермера. - Мы посылаем некоторые эстетические знаки, которые могут быть для них понятны. Но у хипстера нет денег, он молодой и не готовит дома. Основной покупатель у нас – это человек за тридцать, представитель среднего или выше среднего класса.

Несколько лет назад Акимов также создал сообщество фермеров и разработал для них определенные правила производства экологически чистой продукции. Мелкие сельхозпроизводители потянулись к Борису, рассчитывая на продвижение своей продукции.

- Мы начинали как агрегаторы, а сейчас мы - фермерский кооператив. То есть мы уходим от торговли, а все больше занимаемся предоставлением услуг фермерам по продвижению, информированию, по логистике и продажам, за которые фермеры сами платят. То есть они назначают цену исходя из того набора услуг, который набирают себе, - объясняет Борис Акимов столь высокие цены на продукты в его лавке и плавно переходит к тому, почему фермерской экологически чистой продукции практически нет больших розничных сетях, если за таковую не считать йогурты с приставкой «био» или огурцы с приставкой «эко».

- Система современного ритейла не настроена на то, чтобы работать с фермерами. Не только потому, что потребителя мало, а еще и потому, что вся система сбыта противоречит логике этого продукта. Ей нужен другой продукт, он должен быть по-другому упакован, должен соответствовать определенным критериям логистики. Это все не фермерские продукты. Фермерский продукт хаотичен. А система жесткая и четкая, - считает мой собеседник. - Хотя сети «премиум» класса хотят, чтобы у них присутствовали фермерские продукты. Но не получается делать так, чтобы все было системно, регулярно и в большом ассортименте.

Фермерский продукт не стабилен и не калиброван. Каждое место на полке – это деньги для супермаркета. Если завтра там продукта нет, а потребитель пришел и говорит: «Где молоко то которое я вчера покупал?», то сеть просто не может объяснить, что раскупили, а сегодня корова дала мало молока, и продавцу приходится отказываться от работы с нестабильным поставщиком.

Выход из ситуации Акимов видит в создании маленьких магазинчиков семейного типа. А еще в том, что у покупателя должна поменяться сложившаяся в его голове система потребления. Покупатель должен понимать, что фермерский экопродукт вещь единичная.

Эко-жизнь

Но есть и еще один вариант потребления экологической фермерской продукции. Никуда не делись бабушки и сельскохозяйственные рынки. Я еженедельно хожу на рынок, в родном Подмосковье. Там есть мужик по имени Игорь, у которого я всегда беру свиную шейку на шашлык и купаты. Он знает, что каждую субботу, примерно в обед я к нему зайду. И каждую субботу он достает для меня мясо из-под прилавка.

- Сегодня шейки нет, - безапелляционно заявил он мне неделю назад.

- Как нет, если на витрине лежит? – возмутился я.

- Это не бери. Плохое, - склонился над прилавком Игорь. В тот день я остался без мяса, но не пожалел. Система взаимоотношений с продавцом складывалась у меня не одну неделю. Я специально ходил долгое время именно к нему и расспрашивал откуда на этот раз привезли мясо. Возможно я был слишком назойлив, но зато Игорь всегда знает, что я приду, а я всегда знаю, что куплю мясо с нормальной фермы и по нормальной цене. Кажется, что это оптимальная система покупки фермерских продуктов в нашей стране, для которой не нужны специализированные экофермы или магазины. По крайней мере я думаю именно так потому, что у меня еще нет возможности переплачивать за экопродукцию, но потребность в качественной и свежей пище уже сформировалась.

Эко-огурцы

… чтобы попробовать действительно вкусные луховицкие огурцы, я отправляюсь на их родину на границе с Рязанской областью. Прямо у перрона рядами стоят бабульки с ведрами. Пробую, беру сразу килограмм. Возвращаюсь в редакцию с двумя пакетами огурцов и по очереди предлагаю коллегам отличить екатеринбургские от луховицких. Все поголовно путают и принимают пупырчатые огурцы из Екатеринбурга за луховицкие. Но попробовав, все же меняют мнение. Луховицкие, говорят, более вкусные, хрустящие и сладкие, как в детстве.

Николай Долгушкин, главный ученый секретарь Россельхозакадемии

- Термин «экологически чистая продукция» не совсем точный. Теоретически ее быть не может. Даже если фермер не будет применять минеральные удобрения и средства защиты растений, производить экологически чистую продукцию в экологически неблагополучной стране невозможно.

Взять те же кислотные дожди. У нас сотни промышленных предприятий, которые делают вредные выбросы. Все это естественно оседает на землю и впитывается в почву.
Сегодня правильнее говорить о производстве органической продукции. Термин «органическое земледелие» понятнее и ближе к истине. Я говорю про замену минеральных удобрений на органические. Навозом удобрять мы, конечно, не сможем, потому, что сегодня его в разы меньше, чем раньше, но есть другие системы. Если говорить о защите растений, то тут также есть биологические методы защиты. Это более затратно и трудоемко, но определенный опыт и результаты уже есть. Но говорить о том, что продукция будет дешевой не приходится. Технология более дорогая, но этим заниматься нужно, потому что более чистая продукция будет иметь свой сектор потребителей.

Алексей Немерюк, руководитель департамента торговли и услуг города Москвы:

- К сожалению государственной поддержки именно экофермеров здесь нет. В данном случае спрос сам диктует предложение. Если граждане готовы платить за экопродукцию больше, чем за обычную, то соответственно она и продается дороже и есть смысл вкладываться в развитие экопродуктов. Но по правде сказать, эта продукция не намного лучше той, что производится в промышленных масштабах. Здесь каждый сам для себя определяет, что ему лучше. Мне тяжело сказать, но многие любят, например, ходить на рынок потому, что там продукция именно фермерская или из частных хозяйств. По поводу того насколько оправдана ценна я могу сказать лишь то, что если человек покупает краснодарские помидоры потому, что они пахнут помидорами, а не тепличные, которые вообще не пахнут, то для него, наверное, цена оправдана. В целом оценить именно московский рынок сложно. Это модная и популярная тенденция и люди готовы платить больше за экопродукцию, но они хотят быть уверенными, что это именно экопродукты. Это касается любой продукции. Тут все основано на доверии, именно поэтому в магазинах крутят специальные фильмы про то, как были произведены эти продукты.